Кома. 2024
Шрифт:
– Покажи-ка чек, - попросила я, поравнявшись с Павлом.
– Ну и любопытная же ты, Женька, - засмеялся мой друг и подал чек: - Держи! Только верни потом.
– Ладно, - согласилась я.
На серой, дрянного качества бумажке было выбито: "Гражданин Гольский П.А. Оплачено: 12 часов нахождения в лесу: за 5 человек - 5 талл. Рыбалка: за 5 человек - 5 талл. Вход разрешен". А еще более мелким шрифтом на чеке указывалось название реки Язь и допустимое количество улова, выраженное в килограммах.
– Ну и ну...
– протянула я и вернула талон Павлу.
– А за воздух вы еще не платите?
– За воздух, уважаемая Евгения...
– Можно Женя, - поспешно перебила я Ныркова.
–
– Да уж, весело вам тут живется, - с горечью отреагировала я на новую информацию и почувствовала, как градус моего настроения резко пошел вниз.
– Не думай об этом, подруга. Мы к этому давно привыкли, - похлопал меня по плечу Гольский.
– Мы платим абсолютно за все: за медицину и школы, за ношение и обслуживание наших чипов и СЭФ. За общенациональную компьютерную сеть и еще за бог весть за что.
Я снова поразилась. Пашка говорил о страшных вещах равнодушно и почти спокойно, словно все происходящее в Элитарии - это есть нечто привычное, обыденное, повседневное. А еще в интонациях его голоса я не услышала ноток боязни быть услышанным.
Павел внимательно посмотрел на меня и с легкостью прочел все мои мысли. Немного поразмышляв о чем-то, добавил:
– К счастью в этом районе еще нет столько прослушивающих антенн, как в городе. Ну не могут они пока охватить всевидящим оком Саурона все территории. И наш поселок - одно из таких редких мест. Но, надо полагать, уже совсем скоро они доберутся и сюда.
В это время лес расступился, и мы оказались на высоком берегу широкой чистой реки с рыбным именем Язь.
– Видишь, - Гольский указал рукой на противоположный берег, - там уже строится вышка. Как только она будет сдана в эксплуатацию, здесь уже нельзя будет ни ходить нормально, ни говорить спокойно.
– Павел сделал коротенькую паузу и предложил: - Друзья, давайте пройдем еще чуть-чуть. Я хочу показать вам свое любимое место. Если вам понравится, то там мы и расположимся.
Гольские и Серега двинулись дальше, а я еще какое-то время стояла и тупо смотрела на почти законченное высокое ажурное сооружение, утыканное антеннами. И отныне еще очень долго оно будет осквернять своим присутствием этот уголок чудной, восхитительной природы.
– Максимова, не отставай, - позвала меня Мара, и я послушно поплелась вслед за друзьями.
Нырков немного поотстал от Гольских и когда я поравнялась с ним, добродушно сказал:
– Не принимайте, Женечка, все так близко к сердцу. Я по вашему лицу вижу, что вы расстроились. В конце концов вы здесь просто гостья. И как я знаю, ваш отпуск не будет длинным. Вы вернетесь домой и обо всем забудете.
Я промолчала.
– А знаете, Женя, - продолжил Нырков, - я ведь по образованию компьютерщик и всю жизнь занимался написанием различных программ и даже принимал участие в создании некоторых гаджетов и девайсов.
– А что вы заканчивали?
– вяло поинтересовалась я для поддержания разговора.
– Я учился сразу на двух факультетах Госуниверситета в Столице.
– Да? Как такое возможно?
– пораженно спросила я.
– Возможно, если голова хорошо работает, - улыбнулся Серега, весьма довольный произведенным эффектом.
– А какие?
– Информационных технологий и управления, а еще прикладной математики и информатики.
– Но это же круто. Очень круто, - искренне восхитилась я.
– Да, согласен, круто, - не стал кокетничать Нырков.
– Но учеба давалась мне легко. А после университета, я вместе с парой однокурсников создал стартап.
Я заинтересованно посмотрела на собеседника. Серега был чуть
младше меня. Имел худощавое телосложение, но уже наметившаяся полнота и чуть выпирающий животик, выдавали в нем человека, ведущего преимущественно сидячий образ жизни. Его нельзя было назвать ни красавцем, на симпатичным. Он был каким-то обыкновенным, неприметным. Если бы я увидела Ныркова на улице, то не обратила бы на него внимания. Но справедливости ради надо сказать, что его открытая улыбка, несколько смягчавшая чуть заостренные черты лица и глаза умницы, могли привлечь женщину, ценящую в мужчине прежде всего ум и энциклопедические знания. Да и странная прическа выбивалась из общего портрета этого обыкновенного гения. На Ныркове были надеты вполне приличные джинсы и фирменные кроссовки; рубашка, еще помнившая лучшие времена своего хозяина и дорогая изрядно изношенная ветровка, явно импортного производства. У меня создалось впечатление, что друг Гольских когда-то принадлежал классу Высших, но по каким-то неведомым мне причинам, скатился в Средние.И, увы, я не ошиблась.
– Я очень любил свою работу, - неторопливо продолжил Серега, - отлично зарабатывал. Потом моими наработками заинтересовались в МСС и мне предложили должность начальника сверхсекретного отдела, в котором уже были собраны спецы в области высоких технологий. Я с радостью согласился. Ведь передо мной открывались такие перспективы, что дух захватывало. Сам-то я вырос в семье Средних, но еще в начальной школе учителя заметили мои способности. В четырнадцать лет директор школы написал докладную в Министерство образования и меня забрали в колледж для одаренных детей при Госуниверситете. В университет меня зачислили без экзаменов. Таким образом я автоматически перешел в Высшие. Но общение с родителями для меня было закрыто, когда я начал работать в МСС. Это было одним из условий моего продвижения по карьерной лестнице.
– А твои родители живы?
– я незаметно перешла на "ты".
– Как они отнеслись к вашей разлуке?
– Родители, слава богу, живы. Они сейчас живут в интернате. Я иногда их навещаю. А что касается того, что меня рано оторвали от семьи, то здесь не все так просто и однозначно. Понимаешь, они, естественно, очень переживали поначалу, а потом, когда стала вырисовываться перспектива повышения моего социального статуса, они даже были рады за меня. Из класса Средних шагнуть в Высшие возможно лишь при наличии обширных знаний и таланта в какой-то определенной области науки и техники, необходимой государству для выполнения текущих задач. ("Или прихотей ГГ"). И такой отраслью стали когда-то IT-технологии...
Серега осекся почти на полуслове и устремил взгляд на Гольских, призывно машущих нам руками. Семейство остановилось у небольшого песчаного пляжа, окруженного высокими соснами. Мы с Нырковым ускорили шаг. Когда мы приблизились к друзьям, Пашка весело доложил:
– Здесь мы остановимся, а рыбу будем ловить чуть выше по течению. Видите, заросли?
– Гольский указал рукой в сторону участка реки с нависающими над водой деревьями и кустарниками.
– Там течение реки медленнее и там я вас рассажу с удочками, а сам на своей лодчонке поплыву на середину реки. Не зря же я тащил ее на себе. Согласны?
Все дружно закивали, а Серега деловито поинтересовался:
– Мы можем рассчитывать на хороший улов?
– Естественно, - еще больше оживился Гольский.
– Здесь и окунь водится, и плотва, и большие караси. Можем даже и леща подцепить. Но если не поторопимся, то останемся без рыбы. Время бежит быстро. Так, девочки, - обратился он к жене и дочери, - разбирайте рюкзаки и сумки. Серега, пошли сначала надуем лодку, потом приготовим удочки и накопаем червей. А ты, Женечка, займись хворостом. За работу!