Компасу надо верить

Я не ответил. Хорошо, что Настя узнала, какой Баскет двуличный.

— Тащи! — истошно закричал Баскет.

Заяц больше не мог выдержать. Сорвался посмотреть, какую рыбу поймали.

— Не клюет сегодня, — сказала Настя.

— Если тебе надо домой, иди. А я останусь.

Тяжелые шаги заставили меня обернуться. Дядя Макарий, смешно размахивая руками, сбегал с тропы.

— Обловились?

— Не клюет сегодня, Макарий Ксенофонтович, — сказала Настя.

— А ребята ловят.

— Им везет! — Настя кивнула головой в сторону Баскета. — Секрет знают.

«Зачем притащился? И без него тошно!»

— Давайте попробуем, — дядя принялся откручивать пуговицу у пиджака. — Карпов хорошо ловить на сухарь или пуговицу. На Дальнем Востоке узнал я такой способ. Присосется карп к насадке, а пуговица бьет его по жабрам, беспокоит. Попробует он пуговицу — несъедобная. Разозлится и проглотит, а потом выплюнет через жабры. Так сам себя на леску и посадит.

Рассказывая, дядя Макарий оторвал еще одну пуговицу. Отрезал перочинным ножом крючки, привязал пуговицы.

Я не мог поверить в новую снасть. Переглянулся с Настей. Она улыбнулась мне. По глазам понял: не верила дяде.

Баскет замолчал. Перестало у них клевать.

Карпам по-прежнему не было дела, болтались ли пуговицы от дядиного пиджака или на крючках висели шарики теста. Вот тебе и хваленый, много раз испытанный метод!

Но дядя Макарий спокойно смотрел на поплавки. Терпения ему не занимать!

И вдруг поплавок качнулся и медленно пополз вперед.

Дядя Макарий потянул удилище к себе.

Ореховая палка согнулась и заскрипела. Мы с Настей не дышали.

Дядя Макарий приподнял удилище. Из воды показалась толстая голова карпа. На спине тускло горели золотые пятаки чешуи.

— Можно и мне подержать чуть-чуть? — попросила Настя.

— Не упусти!

Карп вылетел на берег. Я упал на него и с силой прижал к траве.

— Надо скорей забрасывать! — торопила Настя. — Начало клевать!

Я подошел к дяде и положил ему руку на плечо. «А он совсем простой. Не чернильно-карандашно-бумажный!» Я засмеялся.

5 октября

Разбудила мама. Передавали сообщение ТАСС. Голос Левитана гремел в комнате. Вчера запустили третью космическую ракету. Межпланетная станция должна облететь Луну.

Купил три газеты, на все наличные. Развесил «Правду», «Советскую Россию» и «Комсомольскую правду» в коридоре школы, чтобы все читали.

Колобок похвалил меня. А я думал, будет ругать, что я набил в стенку гвоздей.

Дядя Макарий пришел домой сияющий: «Шарик облетели. Луну облетим. Доберемся до Марса. Ступит нога человека на Большой Сырт!» Я тоже хочу погулять по Большому Сырту!

ГЛАВА 9 Вожатый действует

На последней перемене появился Алешка Звездин. Через плечо у него перевешены два здоровых свертка с журналами. На шее завязан красный галстук.

Перед нашим классом Алешка сбросил свертки.

Баскет раньше других заметил Алешку. Расталкивая ребят, бросился к нашему вожатому. Колька Силантьев топал сзади.

Не знаю, какой Колька футболист, но парень оказался дрянной. Любит бить слабых. Так поступают только трусы!

— Носильщик, вы с вокзала? — засмеялся Баскет. — Помочь?

Я оттолкнул плечом Каланчу.

— Без тебя справимся.

— Юрка, это вам вожатый принес соски? Зачем так много? По одной хватит.

— Там заводные автомобили! — засмеялся Колька.

— А ну топай!

— Юрка, ты не задавайся! — Колька подошел к Баскету. — Нас двое. Так и считай, четыре кулака!

— Остыньте, петухи! — Алешка уничтожающе посмотрел на Кольку Силантьева. — Знаешь, парень, не люблю я, когда двое на одного нападают! И еще грозятся. Так и хочется вмазать!

С девчонками подбежала Настя Вяткина.

— Алексей Мартынович, давайте мы поможем!

Настя взяла пачку журналов, но в это время Баскет рванул сверток к себе. Тонкая веревка лопнула, и журналы рассыпались.

— Юрка, вы решили собирать макулатуру? — Баскет принялся хохотать.

— Собери журналы! — Я сжал кулаки и угрожающе двинулся на Баскета. — Слышишь?

— Отстань!

Но я не думал отступать.

— Разорвал — собирай! Последний раз говорю!

Баскет кивнул Кольке Силантьеву головой.

— Помоги им, а то сами не могут справиться. Известное дело — малыши!

— Юра, оставь! — Алешка положил мне руку на плечо. — Не стоит связываться! А если этот грамотей попросит почитать, дашь ему журналы.

Раздался громкий звонок. Звонок у нас необыкновенный — пожарный. Даже выкрашен в красный цвет. Такие звонки обычно бывают на заводах и фабриках. Крышки большие, как блюдца. Стоит ударить молоточку — и оглушительный звон несется по соседним улицам.

Мы направились в класс с журналами. Честное слово, ребята из шестого «Б» еще позавидуют нам. Алешку Звездина нельзя сравнить с Элей Березкиной. Раз принес журналы, значит, придумал что-то интересное. Мне даже не сказал. В тайне держит.

Алешка представился Ирине Капитоновне и попросил разрешения присутствовать на ее уроке. Учительница внимательно посмотрела на нашего вожатого.

— А я уже слышала о вас… Андрей Петрович мне рассказывал. Сами согласились у нас работать? Вы действительно храбрый человек. Работайте. Вы — шофер?

— Шофер. На самосвале работаю. Есть такая машина ЯАЗ.

— Это большая машина?

— Семитонка, а четвертаки еще не получили.

Ириша улыбнулась.

— Ничего не понимаю в технике. В библиотеке взяли журналы? Что будете с ними делать?

— Журналы мои, я выписываю. Принес из общежития. Пусть ребята читают.

Ириша смутилась. «Поделом попало, — подумал я и переглянулся с Настей. — Надо знать Алешку. Хочет, чтобы мы познакомились с техникой. Все решил наперед».

Алешка придирчиво осмотрел поцарапанную черную доску, шкаф, стены. Прошелся между рядами парт, стараясь выбрать самую высокую. Парты подходящей не оказалось, и он сел рядом с Федей Зайцевым. Долго запихивал длинные ноги.

— Сегодня у нас диктант! — объявила Ирина Капитоновна. — Проверим, как вы усвоили правописание наречий.