Конец мая

Выключив фен, я поворачиваюсь к брату и протягиваю ему свою расческу.

– Раз уж ты здесь помоги, – у нас с ним одинакового цвета волосы. Но в отличие от моих, к концу дня превращающихся в гнездо, его лежат идеальной волной.

– Ты можешь сделать круг и подкинуть меня на работу, – медленно раздирая спутанные пряди, говорит Игнат, – Это ведь не так сложно.

– Нет, несложно, просто у меня были другие планы.

– Посплетничать обо мне?

– Ну, конечно, мечтай, – закатываю я глаза, по правде сказать, Алиса о нем даже слышать не хочет. Мама не оставляет надежды на их примирение. Я же стараюсь держать нейтралитет, – И вообще, это не твое дело, – повторяю я его же слова.

– Мое, если это касается моей работы.

– При чем здесь твоя работа? – он с силой дергает меня за волосы, – Ай, мне больно! – восклицаю я и забираю у него щетку. – Ты специально это сделал, – тыкаю в Игната пальцем.

– Нет, клянусь, – его улыбка говорит об обратном, – Я бы не стал тебя просить, но мне очень нужно сдать проект жилого дома в срок. Мой босс настоящая свинья и не терпит задержек, особенно от младшего архитектора.

– Общественный транспорт тебе в помощь, или ты белой кости? – едко интересуюсь я.

– Не хочу тратить время на пересадки, – давит на меня брат, и постепенно я начинаю сдаваться, – Отец еще не вернулся, так я бы взял машину у него, и не стал тебя просить, – папа всегда оставлял свой новенький «Фиат» на стоянке в аэропорту, предпочитая собственный автомобиль такси.

– Ты ему звонил? – я озадаченно хмурюсь, – Может, его вылет задержали?

– Он не берет трубку.

– Странно.

– Что именно? – брат забирает у меня щетку и размеренными движениями начинает прочесывать густую массу моих волос, – Что отец решил продлить свою командировку?

– Да нет, – отмахиваюсь я, – Что не предупредил маму.

Я закрываю глаза и погружаюсь в свои мысли.

Наши родители были неразлучны, и почти все время проводили вместе. Они работали по плавающему графику. Иногда отсутствуют неделями. Папа главный научный сотрудник, а мама старший лаборант в институте космических исследований РАН, который располагается в Москве.

Между нами 6417 километров.

– Ладно, я довезу тебя до центра, – соглашаюсь я, – Тебя это устроит? – поднимаясь со стула, я прохожу в гардеробную и закрываю дверь.

Сбросив халат, решаю на сегодня остановится на брючном костюме, бежевого цвета и шелковой блузе того же оттенка.

– Я твой должник,– долетает до меня приглушенный голос Игната, – Сварить тебе кофе?

Я широко улыбаюсь.

На самом деле, я обожаю, когда ему что-то от меня нужно, он сразу становится таким покладистым, как золотистый ретривер, и я могу вертеть им, как захочу.

– Ева?

– Если ты настаиваешь… – сладким голосом отвечаю я, и застегиваю блузку, – А мама где? В гостиной?

– Не-а, у себя.

– Ясно.

– Только не задерживайся, нам через полчаса выезжать, – Игнат выходит из комнаты, громко хлопнув дверью.

– Ага, как же, – бурчу я себе под нос, прекрасно осознавая, что он меня не слышит.

Собрав волосы в хвост и, подкрасив глаза, я беру сумку и быстро сгребаю все со стола: телефон, дипломную работу и ноутбук. Обведя взглядом комнату, решаю, что уборка мне действительно не помешает.

Может быть, заставить брата…

Нет, это уже слишком.

Я выбегаю в коридор и спускаюсь на первый этаж.

В кухне витает запах свежесваренного кофе. Моя любимая кружка уже на столе. Брат стоит у раковины и допивает свой сок. В костюме от Хуго Босс он выглядит, как настоящая кинозвезда.

Кинув сумку в кресло, я усаживаюсь за стол. Приготовленная вчера пицца стала твердой как камень. Отодвинув тарелку, я беру еще дымящуюся чашку кофе и делаю глоток:

– Боже, как же хорошо.

– Завязывала бы ты по ночам за компом сидеть, – выдает Игнат.

– Намекаешь, что я плохо выгляжу? – если бы взгляд мог убивать, то сразил бы его наповал.

– Как вампир, – губы брата расплываются в широкой улыбке.

– Надеюсь, это комплимент.

– Решай сама.

– Твоя жизнь все еще в моих руках, – предупреждаю я, пригрозив ему пальцем, Игнат смеется.

Я намазываю тост толстым слоем инжирного джема и откусываю большой кусок.

– Фу, как можно портить вкус хлеба этой дрянью, – сморщив нос, он отворачивается от меня и моет свой стакан.

– Завтрак должен быть сытным и питательным, – с набитым ртом ворчу я.

– Питательным и полезным, – выделяет последнее слово Игнат, – Какое это имеет отношение к тому и другому?

– Самое прямое.

Я смотрю в окно, и мое внимание привлекают люди во дворе. Они собрались у соседнего дома Беликовых, и что-то увлеченно обсуждают, яростно жестикулируя. Последний раз так решали, кто будет платить за разбитый в районе фонарь.

И только я хочу спросить у брата, знает ли он причину этого странного собрания, как круг распадается и один человек отделяется от толпы и с криком бросается бежать.

Его белая футболка вся в крови, а лицо изуродовано до такой степени, что разобрать, кто это, не составляет возможным.

– Игнат! – в ужасе вскакиваю на ноги и подбегаю к окну, – Что там случилось?

Брат быстро подходит ко мне, и мы оба таращимся на улицу.

Я не могу рассмотреть, кто это, чтобы потом дать показания. Человек в белой футболке похож на нашего охранника, но он скрывается во дворах, и я в этом точно не уверена.

– Я пойду, посмотрю, – Игнат направляется к входной двери.

– Нет, – я успеваю схватить его за руку, – Ты спятил?

– Что ты предлагаешь?

– Позвонить в полицию, – в воздухе висит напряжение, от которого у меня учащается пульс, – Это их работа.

– Серьезно? – прищурив карие глаза, он пристально смотрит на меня, – Отпусти, – уже мягче добавляет брат.

– И не подумаю.

– Вы сию же минуту уедете из города, – прерывает наш спор мама, она одета в черный спортивный костюм, на ногах кеды для бега, а волосы убраны в косичку, – Объезжайте большие города, скоро там станет опасно, не оставайтесь надолго в одном месте, слышите меня? Утром уходите.