Копье судьбы
Шрифт:
Питер был прав, тренировки закончились, на следующий день мы вообще должны были уезжать.
– …И потом… – Он подмигнул, добавив уже совсем шепотом: – …не каждый день оказываешься на настоящих археологических раскопках. А тут еще и телевидение…
– Только не надейся, что тебя покажут в программе, – сказал я. – Даже если попадешь в кадр, твой эпизод при монтаже вырежут.
Питер махнул рукой.
– Ну и ладно. Не в том дело…
Он снова подмигнул, и я окончательно убедился, в чем, собственно, дело: Питеру очень хотелось остаться из-за Пэм. Я даже мысленно отругал себя за
Тем временем археологи закончили разбор покупок. Один из парней жевал сэндвич, другой открывал бутылку с кока-колой. Открыл неудачно, пенистый напиток хлынул фонтаном, окатив девиц, принявшихся визжать. Профессор, все это время разговаривавший с каким-то стариком, похоже, из местных, с клокастой седой бородой и красным носом, прервал веселье, два раза хлопнув в ладоши.
– За работу, друзья, за работу! Мы и так уже порядком выбились из графика.
Когда Питер принимал какое-то решение, спорить с ним, зачастую, бывало бесполезно. Мне ничего не оставалось, как взять лопату и направиться вслед за одним из парней, представившимся как Люк.
На вид я бы дал ему лет двадцать. На нем была зеленая куртка с логотипом программы, которую, собираясь начать работу, он снял. Сильно потертые штаны и некогда добротные, но уже порядком стоптанные башмаки, все покрытые пылью, сами собой показывали, что уже побывали не на одних раскопках. Можно было предположить, что их обладатель из основной команды «Хранителей времени», хотя я и не смог припомнить, видел ли его когда-нибудь в программе.
Пройдя несколько шагов от телевизионной конструкции, он остановился возле красного колышка, отмечавшего, как я понял, место, где нам предстояло копать. Питер, Пэм и высокая девушка в шортах, я уже не сомневался, что это и была та самая Фиона, про которую Пэм то и дело сообщала, что она – ее сестра, направились дальше по полю вслед за профессором. К ним присоединился и тот красноносый старик.
– Тут копаем? – спросил я.
– Ага, – отозвался Люк. – Пока пробную яму…
– Пробную?
– Ну да, где-то метр на метр. Видишь, уже намечено…
На траве можно было различить следы краски, очерчивавшие неровный квадрат.
– …Аккуратно снимаем дерн. Мы должны будем потом все восстановить, когда закончим. В общем, смотри и делай, как я…
На последних словах он вонзил лопату в землю.
– …Поглядим, есть ли тут что-нибудь. Поскольку геофизика ничего не показала, да и вряд ли могла. На поле сражения…
– Поле сражения?
Я последовал примеру Люка, и сразу стало ясно, что это окажется не таким уж легким делом. Земля была твердая, поддавалась с трудом.
– А ты не знал? – продолжал Люк. – Мы раскапываем поле сражения темных веков. Период после ухода римлян…
– Знаю. Это когда вторглись саксы.
– Именно. Никаких письменных источников того времени не сохранилось, поэтому его и назвали темными веками.
– Откуда же тогда известно, что тут было сражение, и кто с кем сражался?
Люк усмехнулся.
– По-видимому, саксы, по-видимому, с корнуольцами. А вот где именно, никто толком не знает. Один местный…
Оставив свою лопату, Люк изобразил пальцами кавычки.
– …историк,
может, заметил – старый такой, за профессором Рэмсботтомом все ходит как привязанный, – утверждает, что на этом самом поле. Вот Рони, ну, ведущий программы, знаешь наверное…Я кивнул.
– …и ухватился. Мы вообще-то должны были в другом месте работать, но нам разрешения на раскопки не дали. Они и решили сюда поехать, чтобы время не терять. Вчера копали там, где указал этот историк…
Люк снова усмехнулся.
– …На восточном краю поля, и ничего не нашли. Поэтому сегодня с утра отправили геофизиков проверить, есть ли вообще смысл разбивать…
Он не договорил, быстро наклонился, внимательно приглядываясь, я-то не видел решительно ничего. Земля и земля, но Люк, по-видимому, был другого мнения.
– Вот в этом вся прелесть археологии, – весело сказал он, подбирая что-то в раскопанной нами яме. – Никогда не знаешь, что и где попадется. Жаль только, нам это не поможет.
– А что это?
Люк протянул ладонь, на которой лежало что-то вроде плоского камешка. Не сразу я разглядел, что на самом деле это вовсе не камешек.
– Керамика, – проговорил Люк. – Вообще-то, весьма полезная вещь для датировки. Только нам датировать пока нечего. Да и не наш это период…
– Не наш?
– Конечно. Это осколок глиняной посуды Железного века. За сотни лет до того сражения.
– И как ты определил?
Люк усмехнулся.
– Это просто…
Он потер черепок между пальцами.
– …Видишь, работа довольно грубая, поверхность неровная, и вкрапления кремния. Люди Железного века для прочности добавляли в глину. Странно только, что в самом верхнем слое… Ну да ладно, копаем дальше. Рони придет, а мы тут балду пинаем…
Мы снова вознили лопаты в землю.
С непривычки у меня скоро стала побаливать спина. Все-таки оказалось, спортивные тренировки – это одно, а тут – совсем другое. И солнце припекало уже здорово. Профессор Рэмсботтом пару раз подходил, наверное, проверить, как у нас идут дела, да только дела никак не шли. О чем Люк и сообщил, когда тот появился в очередной раз. Профессор покачал головой.
– Понятно, – сказал он. – В раскопе Фионы тоже ничего…
К нам подошли Питер с каким-то небольшим, но видимо, увесистым ящиком, который он поставил на землю, и Пэм, у нее в руках тоже что-то было, я не разглядел.
– …Наверное придется тут все закрыть и снова искать место, – продолжал тем временем профессор.
– Вероятно, – согласился Люк. – Тут только Железный век, но что странно… – он показал профессору тот самый осколок горшка, – …в верхнем слое…
– В верхнем слое?
– Да. Мы углубились всего на половину лопаты. Даже меньше, и сразу попался этот черепок.
Профессор скривил физиономию и задумчиво хмыкнул.
– Если только это не… – снова заговорил Люк.
– Что?
– …Рекультивация. Если сюда когда-либо привозили землю из других мест, а такое весьма вероятно, это поле распахивали столетиями, слои могли перемешаться…
– Да-да-да, – вдруг оживился профессор, закивав головой. – Совершенно верно… То есть, очень может быть.
– Ну так, что? – спросил Люк. – Стоит копнуть поглубже?