Корабль времени
Шрифт:
– Ещё один!
– Похоже, с другой стороны.
– Быстро спускайте вёсла! – приказал Коннор.
– И-и раз! И-и два!
Чувство напряжённого ожидания стало невыносимым. Были слышны лишь тяжёлое дыхание гребцов и удары вёсел.
Внезапно Мина перестала грести.
– Ты слышал? – спросила она у сидящего рядом Шена.
– Нет. А что я должен был услышать?
– Это было словно… – Мина подумала, что ей просто почудилось, и не закончила фразы. – Так, ничего.
Они снова ударили вёслами.
– Голоса! – вдруг воскликнул профессор Галиппи. –
– Какой-то мужчина! – произнёс Коннор у штурвала.
Удар вёсел.
– Нет, похоже на женские, – возразил Мюррей.
– И-и раз!
Только Шен ничего не слышал. Туман окутывал их, словно влажная вата.
– Я ничего не слышу! – крикнул он, и не узнал собственного голоса.
– Это мой отец! – воскликнул вдруг Мюррей, поднимаясь со скамьи. – Это голос моего отца! Он… зовёт меня!
– Мюррей! – крикнул ему Коннор. – Сядь на место! Это не может быть голос твоего отца!
– Я говорю вам, что слышал его! – настаивал мальчик.
– Брунильда? – через некоторое время проговорил профессор Галиппи. – Брунильда, это ты? Что ты говоришь, дорогая?
– Профессор!
Шен услышал шаркающие шаги.
– Они плачут… – пробормотала Мина.
– Кто плачет? – переспросил Шен. – Тебе показалось.
– Дети, Шен! Маленькие дети! Они плачут… совсем рядом…
Шен ухватил её за локоть:
– Мина! Здесь нет никаких детей, которые могли бы…
Глаза Мины были закрыты, словно девочка спала.
– Нет, Шен, я говорю тебе, дети плачут. Они здесь…
Шен потряс её, но Мина не просыпалась.
На палубе снова послышались шаги.
– Брунильда! – на этот раз намного ближе воскликнул профессор Галиппи.
– Я не знаю вас… – раздался голос Коннора. – Кто вы такие?
Корабль накренился, и Шен понял, что его друг оставил управление.
Пока не разразилась катастрофа, надо было что-то предпринимать.
Прежде всего он поднял Мину и отнёс её в каюту капитана.
– Отпусти меня, Шен, – бормотала девочка, слабо сопротивляясь. – Этим детям нужна моя помощь! Шен…
Стараясь не задаваться вопросом, правильно ли то, что он делает, Шен уложил Мину в каюте и закрыл дверь. Затем на ощупь вернулся обратно и наткнулся на профессора Галиппи, который протягивал руки к чему-то в тумане и бормотал:
– Да, Брунильда, сейчас я приду! Держись, дорогая… – Глаза профессора тоже были закрыты.
Шен взял его за руку и отвёл в ту же каюту, где оставил Мину. Девочка за это время успела встать и хотела выйти.
– Выпусти нас, Шен! – молили его друзья, когда он запирал замок.
Раздался сильный всплеск, и внутри у Шена похолодело. Он помчался на палубу и увидел Мюррея, который только что бросил в море своё весло и уже перекинул ногу через борт.
– Да, я знаю, что ты невиновен! Я верю тебе, не говори этого! – твердил мальчик.
Шен оттащил его от борта и тоже поволок к каюте. Затем отправился искать Коннора. Стоя у румпеля, Коннор шептал:
– Я не знаю, кто вы такие… Я никогда вас не знал… Как я могу вам верить?
Заставить Коннора идти за собой оказалось
труднее всего. По щекам Коннора катились слёзы.– Мне очень жаль, Коннор… Прости… – твердил Шен, подталкивая друга к каюте.
Коннор был отважным капитаном, и Шен прекрасно знал это. Но туман подействовал даже на него.
Теперь Шен и сам стал различать приглушённые голоса.
– Прочь! – вскричал он, размахивая свободной рукой. – Уходите! Я не боюсь! Не боюсь!
На самом деле Шен боялся. Проклятый туман лишал мужества и уверенности. На память пришли сирены – магические существа, что-то вроде русалок, которые сладкими песнями заставляли моряков бросаться в волны. А что, если земля, которую якобы видел Мюррей, это иллюзия, сотворённая сиренами? И рог? Что это были за звуки? Стоило ему подумать об этом, как снова раздался зловещий вой.
Не выпуская Коннора, Шен справился с замком и ворвался в каюту.
– Простите, простите меня… – твердил он, обматывая ноги друзей верёвками.
Они слабо протестовали:
– Отпусти нас, Шен!
– Мы должны помочь им!
– Это мои родители!
Но Шен, борясь с собственным страхом, не слушал их. Хорошенько связав друзей, он снова запер каюту и на всякий случай подпёр дверь снаружи. А потом помчался к штурвалу.
На ум пришёл рассказ Эдгара По о корабле, попавшем в бездонный водоворот. Сжимая рукоять гребного руля, Шен чувствовал, как бешено колотится сердце.
«И теперь что? – думал он. – Лишь я один у штурвала…»
По левую сторону раздался высокий, пронзительный звук, похожий на крик умирающего зверя.
Шен вздрогнул и наступил ногой на компас, который выронил Коннор. Подняв его, он покачал головой.
Надо выбираться отсюда. Неважно, в каком направлении.
– Ше-е-ен, – вдруг зашелестел туман вокруг него. – Ше-е-ен!
И Шен сразу понял, что нужно делать. Чтобы не чувствовать страха, надо… всего лишь перестать думать.
Выполнять приказ.
Отдать самому себе приказ и выполнять его.
Выбираться отсюда!
Он потянул на себя румпель прямого хода и повернул «Метис» против течения.
– Ше-е-ен!
– Придумай что-нибудь получше, глупый туман! – выкрикнул в пустоту юноша.
Ему показалось, он слышит голос отца. Шен всегда боялся своего отца. Боялся его молчания: отец почти не разговаривал с ним.
Он дотянулся до троса, стягивающего парус, и, освобождая полотнище, с силой потянул.
Парус, его парус.
Он написал на нём…
– Отвага! – закричал Шен. – Отвага унесёт нас отсюда!
Резкий порыв ветра с громким хлопком наполнил полотнище.
– ОТВАГА! – кричал Шен.
«Метис» разрезал волны, солёные брызги пены хлестали по палубе.
– ВПЕРЁД! Прочь отсюда!
В это мгновение снова раздался зловещий вой. Но Шен расхохотался и повернул штурвал. Постепенно набирая скорость, корабль понёсся вперёд.
Чувствовать, что «Метис» слушается его, было невероятно пьянящим ощущением! Белые клочья тумана таяли, и вместе с ними исчезали голоса, а потом и вовсе пропали.