Корейский Гамбит

– Когда-то, - грустно улыбнулся Чон Хо, - это был, - он выделил последнее слово, - наш дом! Сейчас этот дом принадлежит банку. Ну или кому-то ещё, но теперь он точно не наш. Оставайся, - он переглянулся с братом. – Если погонят, то и нас вместе с тобой.

– Ну так-то да, - хмыкнул Джун. – Но всё-таки.

– Оставайся! – горячо поддержал брата Сон Хо.

ГЛАВА 9

Загородное поместье семьи Юн.

Загородная территория, раскинувшаяся на целых восемьдесят десятков акров, частично покрытая местными лесами, но большей частью – подстриженной, ухоженной травой. Всего в сорока минутах езды по-скоростному шоссе от Сеула, расположенная в относительно безлюдной и живописной местности. На небольшой территории страны таких мест осталось очень мало, и подобных уголков становилось всё меньше и меньше.

На границе участка, что соединялся со скоростным шоссе собственной асфальтированной дорогой, располагался огромный двухэтажный дом в викторианском стиле, занимающий территорию в несколько тысяч квадратных футов.

На первом этаже располагались большая гостиная, совмещённая с большим залом для приёма пищи, соединённая отдельным проходом на кухню; а также библиотека, совмещённая с кабинетом хозяина дома.

Второй этаж был жилым, разделённым на три жилые зоны.

В левом крыле проживал президент корпорации Юн с женой, в центральной - сын хозяина с женой, правая часть дома была отдана детям генерального директора: Чанми и сыну – Хён Ки Юну.

С левой стороны к дому прилегал гараж на десяток автомобилей, спортивный зал с бассейном, соединённый с домом галереей.

Позади поместья на расстоянии метрах тридцати расположились двухэтажных дома для гостей. Большей частью пустующих, но всегда готовых к приёму людей, приглашенных семьей Юн.

С правой стороны от здания за искусственно созданным холмом компактно расположились хозяйственные постройки и несколько одноэтажных домов для обслуживающего персонала семьи Юн: двухкомнатные квартиры для семейных и однокомнатные для одиноких, ничем не уступающие городским квартирам в столице.

Обслуживающий персонал работал с условием постоянного проживания на территории поместья, а экономить на них президент Юн не собирался, понимая, что эти люди входят в ближайший круг. Зарплаты у обслуги не уступали окладам менеджеров среднего звена в больших корпорациях. За это они подписывали контракты с жёсткими условиями о неразглашении информации, с гигантскими штрафами в случае их нарушения. Терять такие места, несмотря на жёсткие условия, мало кто хотел. Большинство обслуживающего персонала работали на господина Юна, основателя корпорации, более тридцати лет. Их повзрослевшие дети занимали места уходящих на пенсию или здоровью родителей, либо новые вакансии, т.к. штат постоянно увеличивался. Таким образом соблюдалась преемственность поколений.

Основную часть территории поместья занимали подстриженный лужайки и небольшие участки леса, а также собственное поле для гольфа.

Стоимость данного поместья десять лет назад была в районе двадцати миллиардов вон, а сейчас доходила до пятидесяти миллиардов, с учётом инфляции. А в основном из-за того, что богатых людей становилось большей, а таким мест – всё меньше. Так что никто ничего продавать не собирался.

Это поместье было приобретено у одного разорившегося бизнесмена, который продал её в качестве довеска к своим нескольким заводам по производству строительных материалов, органично влившихся в «Корпорацию Юн».

Когда-то совсем маленькое предприятие, состоящее из двух работников, созданное Пак Хо Юном в начале пятидесятых по изготовлению кирпичей и плитки для крыш домов. Благо рядом с его родной деревней был брошенный японцами глиняный карьер. Так что сырье ему доставалось совсем бесплатно. А потом и собственное правительство подключилось к процессу будущего процветания небольшого предприятия.

Чиновники Коре, после обретения независимости республики, отчаянно нуждались в тех, кто поднимет экономику страны. Исступлённо искали людей, кто может работать руками и думать головой.

Его заметили, предоставили кредиты под низкий процент, освободили от части налогов, также, как и некоторых, умеющих и желающих работать для процветания своей страны, которые в большинстве потом и стали чеболями.

Двадцать лет тяжелейшего труда, а потом предприятие стало разрастаться в геометрической прогрессии, начав приносить фантастические прибыли.

Сейчас «Корпорация Юн» занимала значимое место в экономике республики Коре - производство цемента, десятки строительных смесей, вся номенклатуры строительных материалов: кирпичи, шлакоблоки, бетонные панели, стены и т.д. Все коммуникации – трубы, электрика, а также любая сантехника на любой цвет и вкус.

В настоящий момент холдинг построил и продолжал строить жилые комплексы, дома, офисы, производственные помещения, цеха и заводы по всей территории Коре, Филиппинах и Индонезии.

Любой объект по желанию клиента и в любых объемах.

«Корпорация Юн» охватывала пятнадцать процентов строительного рынка республики Коре. Входя в пятерку крупнейших строительных гигантов, среди таких, как «Hyundai Engineering

», «Daelim Industrial

», «GS Engineering

» и «Doosan

». Разделивших между собой остальной строительный рынок.

Подразделения компании были раскиданы почти по всей территории республики. Кроме того, было филиалы на островах и на территориях ближайших соседей. Оборот компании исчислялся триллионами вон, йен и миллиардами фунтов.

Сейчас в большой гостиной дома единой группой расположились создатель «Корпорации Юн» - патриарх семьи, бессменный президент совета директоров Пак Хо Юн; его сын – Хан Пек Юн, он же генеральный директор компании; глава службы безопасности Ан Кин и Хён Ки - старший брат Чанми.

Президент и его сын уселись в соседних креслах, а Ан Кин и Хён Ки сидели на диване, стоявшего перпендикулярно и с права от кресел.

Оставшуюся часть семьи представляли: Сэбёк Юн, хальмони (бабушка, - прим.) и Минё Со - омма (мать, - прим.) девушки, сидевших с левой стороны от мужчин на отдельном диване.

И все грозно глядели на сидевшую на стуле «обвиняемую» - Чанми, лицом к деду и отцу, «поджимаемая» справа и слева осуждающими взглядами остальных родственников.

Её вид показывал, что ей безразличны их взгляды.

В качестве обвинителя выступал сам президент!

Защитником выступал…

С защитниками было плохо, от слова – никак. Все, кроме брата Чанми, которому было наплевать на её выходки, были сильно злы на её побег, чуть не приведший к печальным последствиям.

Только отец и мать были готовы высказать слова неодобрения Чанми прямо в лицо, в отличие от деда и бабушки, которые почти никогда не ругали девушку. Высказывая своё недовольство её родителям.

Узнавший о случившемся и прибывший с женой только сегодня, дед желал услышать от своей любимой внучки мельчайшие подробности того, как ей в голову пришло сбежать, как её похитили и т.д.