Корейский Гамбит

Здесь был неформальный центр сбора музыкантов и певцов, так что сюда в большом количестве стекались зрители, желающие послушать музыку и посмотреть на новые таланты. Прохожие перетекали от одних выступающих к другим, останавливаясь перед наиболее понравившимся. Часть зрителей не жалели деньги за выступления, бросая деньги в коробки, кофры и чехлы от инструментов и переносных динамиков.

Не сговариваясь, девушки пошли от одних исполнителей к другим, не пропуская никого, останавливаясь ненадолго у понравившихся. И оказались у очередных певцов: два парня с гитарой и переносным динамиком. Один лет двадцати, типичный кореец и парень помладше. Судя по схожести черт, они родственники. Типичные корейцы со смазливыми мордашками. Но ничего такого, выдающегося.

Парни расположились на каменной инсталляции: то ли большая скамейка, то ли маленький стол. Не поймёшь этих современных скульпторов в их новых веяниях. Подобных несуразных инсталляций хватало в парке.

Тот что постарше, играл на гитаре и пел основную партию в гарнитурный микрофон, а младший стоял чуть позади и изображал что-то вроде бэк-вокала.

Чанми остановилась и стала слушать, как они исполняют ставшую популярной в прошлом году песню «Overdose», к-поп мальчуковой группы EXO-K (бойсбенд EXO - поделённый на две саб-группы: EXO-K и группа EXO-М). Из её агентства обе группы, кстати. Приходилось сталкиваться в коридорах и общих сборах.

Парни хорошо исполнили хит, но… не айдолы они, не айдолы…

Старший парень был – старым, для этого. Младший не имел сильного голоса, так – среднее звучание. И такие поют в к-поп группах, но таких вот подобных типажей в агентствах сотни.

Только она собралась переходить дальше к следующим певцам, как к парням подошёл третий парень, одетый в чёрные джинсы и худи, с маской на лице. Ещё и с бейсболкой на голове в придачу. Несмотря на закрытое лицо, Чанми показалось, что он ей знаком.

– Как успехи? – когда братья стали обустраиваться на выбранном месте, то Джун решил пробежаться по округе. Посмотреть, что тут и как. Забавное место и люди – интересные.

Братья нашли себе свободное местечко, немного в стороне от других исполнителей, что было достаточно затруднительно. Распаковали гитару и колонку, вытащили микрофоны. Чон Хо пробежался пальцами по струнам, поняв, что настройки не требуется. Поморщился, когда с двух сторон услышал песни от других исполнителей. Это вызывало определённые проблемы, не давая сосредоточиться на своём выступлении.

Джун всё никак не мог собраться с духом, чтобы спеть. Вот и бегал кругами вокруг площадки… а Чон Хо и Сон Хо исполнили несколько произведений. Пока он не решился и не подошёл к ним.

– Не так много, - печально ответил Чон Хо, заглянув в открытый футляр, где лежали несколько купюр и мелочь. – Поможешь? – он с надеждой смотрел на Джуна.

– Ты обещал!
– внёс свою лепту Сон Хо, во взгляде было не требование, а мольба.

– Блин, - на русском языке сказал Джун, а братья с удивлением посмотрели на него, ничего не поняв. – Ладно, уговорили, братцы-кролики.

– Да! Файтинг! – Сон Хо вскинул руку, сжатую в кулаке.

Петь в маске не самая хорошая идея!

И показывать своё лицо Джуну категорически не хотелось. Так что сегодня он прикупил бейсболку и большие солнцезащитные очки, скрывающие большую часть верха его лица.

– Хм, - Чанми этот парень казался всё более знакомым.

Примостившись на полускамейке, полустоле, Джун надел очки, спустил капюшон «худи» назад, убрал маску в карман. Чон Хо снял микрофон и помог Джуну нацепить его, затем передал гитару ему в руки.

Пальцы пробежали по струнам, выдав не самые приятные звуки. Окружающим показалось, что неумёха взялся играть, дергая струны невпопад.

«Что ожидать от уличного музыканта?!» - с сожалением заключила девушка.

Ещё несколько проигрышей и неожиданно были выданы несколько хороших проигрышей в испанском стиле. Практически без фальши. Тем более, что обычно в такой манере в Коре мало кто выступает.

ГЛАВА 18

А затем полилась музыка…

« Maybe I ' m foolish

Maybe I'm blind

Thinking I can see through

this

And see what's behind… »

После первых строчек Чон Хо взял протянутый ему братом микрофон и стал подпевать, стараясь не «забивать» голос Джуна своим.

Чанми достаточно неплохо владела английским, благодаря учителям, что обеспечила её семья. Самые лучшие и умеющие вложит язык в самую тупую голову. И она могла сделать вывод, что парень поёт на английском без какого-либо акцента.

Тут она вздрогнула от грассирующего звука, выданного на последней фразе первого куплета, до этого просто завороженная песней, которая ввела её в какой-то ступор, а она не могла оторваться от мелодичности музыки, стихов, а в особенности от голоса певца - явный бас-баритон с низкой тональностью:

« I'm only human

I do what I can

I'm just a man

I do what I can

Don't put the blame

on me

Don't put your blame

on me » .

Музыка разносилась над улицей… Окутывая своей необычностью каждый закуток парка, накрывая своей экспрессией и мелодичностью тех, для кого она предназначалась – зрителям.

Помимо Чанми и подруг, изначально перед парнями стояли два человека: парень и девушка. А после первого куплета стали подходить ещё люди. Двое, трое, потом ещё четверо.

Ещё и ещё…

Песня закончилась, а зрители молча смотрели на певцов, а потом… Сначала одни, затем другой и вот все – захлопали, а кто-то даже засвистел. Однозначно не кореец, а какой-то вегугин. Их здесь тоже хватало.

– Давай вторую, - прошипел Чон Хо, - смотри сколько их, - показывая взглядом на скапливающихся вокруг слушателей.

– Эх! – вздохнул Джун, а потом в очередной раз провёл по струнам пальцами…

«I remember the prison of all memories