Корсар

Моряки закивали, явно ожидая возражений со стороны Исета или одного из его офицеров.

– Ужасные времена, – произнес Исет.—Впрочем, другого выбора у нас нет.

– На марше, – продолжил Гарет, – мы будем менять отряды местами, чтобы все узнали, как следует прокладывать маршрут передвижения.

Он объяснил всем свой план, потом обратился к кашианцу:

– Дихр, я хочу, чтобы вы распределили своих людей по всем отрядам колонны. Нам необходим ваш опыт.

– Среди нас есть только пара человек, освобожденных в Нуурате, которые знают эти места, – сказал Дихр. – Темный цвет кожи не означает, что все мы одинаковы.

– Конечно нет, – несколько нетерпеливо произнес Гарет. – И не думайте, что я слишком быстро составил о вас свое мнение. Но вы можете обладать большими знаниями, чем вам кажется. Какие растения растут рядом с болотами. Как по звуку отличить мелких животных от хищных, представляющих опасность для человека. Возможно, даже о съедобных фруктах и растениях, пригодных для приготовления пищи.

– Гм, – смущенно произнес Дихр. – Простите, капитан, я поспешил с ответом.

– Разбейте своих людей на группы… по десять, – продолжил Гарет. – Во главе каждой поставьте человека с боевым опытом.

– Будет сделано.

Гарет хотел было продолжить, но услышал крики. Все быстро вскочили на ноги, схватили мечи и мушкеты, потом по цепочке дошло сообщение: “Колонну догоняют два человека. Не линияты”.

– Техиди, – приказал Гарет. – Возьми пять человек и приведи сюда этих странников.

– Есть, сэр.

Косира незаметно для всех, кроме Гарета, с надеждой скрестила пальцы.

– Остальные возвращайтесь к своим людям, – сказал Гарет. – Вот еще что. Пришлите всех, кто имеет опыт приготовления пищи. Продуктов мало, и мы не можем позволить себе питаться раздельно, как на кораблях.

Через несколько минут после того, как разошлись офицеры, в лагере появился Кнол Н'б'ри в сопровождении одного из его добровольцев.

– Добрый вечер, – поздоровался он, словно встретил Гарета на набережной Нальты после ужина.

Гарет, возможно, и последовал бы его примеру, но Косира не собиралась этого делать.

– Проклятье! – воскликнул а она. – Мы все волновались о тебе.

– Перестаньте, – сказал Н'б'ри. – Разве я не обещал, что не попаду к ним в руки?

– Я рад, что ты сдержал свое слово.

– Всегда так поступаю. Впрочем, мне пришлось поспешить. Кажется, нас преследуют.

Улыбка исчезла с лица Гарета.

– Сделав последний залп, я и мой товарищ пошли по вашим следам, – продолжил Н'б'ри. —И правильно сделали, потому что проклятые линияты высадились на берег. Им потребовалось меньше часа, чтобы понять, что в городе никого нет, а потом их войска мгновенно нашли наш след, словно были ищейками. Сейчас они находятся всего в трех часах пути отсюда. Идут не спеша, но без остановок. Всего их тысяча или полторы. Все солдаты в доспехах и вооружены до зубов.

– Сукины дети! – воскликнула Косира.

– Быть может, – сказал Н'б'ри, – на рассвете ты захочешь сама в этом убедиться?

– Думаю, – сказал Гарет, опуская подзорную трубу, – вчера вечером Косира выразила общее мнение.

Лабала, не спрашивая разрешения, взял подзорную трубу.

Кроме него и Гарета в отряд входили четверо солдат, Исет и Том Техиди.

По другому берегу болота шли три колонны линиятов. Они двигались параллельно звериной тропе, что немного замедляло передвижение, но уменьшало возможность засады.

Даже Гарет мог понять, что это опытные солдаты, в нагрудниках, высоких сапогах и круглых, не закрывающих лица, шлемах. Солдаты были хорошо вооружены. Гарет заметил шестерых солдат, согнувшихся под тяжестью носилок, на которых лежала короткоствольная пушка. Всего он насчитал пять таких орудий.

– Больше всего мне не нравится, – сказал Гарет, – кроме того, конечно, что они преследуют нас, быстрота, с которой они снарядили экспедицию. Лабала?

– Ты прав, – согласился чародей, опуская подзорную трубу. – Я заметил людей в мантиях, которые постоянно что-то бормочут. Их колдуны идут по нашему следу.

– Можешь им помешать?

Лабала задумался, потом недобро усмехнулся.

– Могу придумать какую-нибудь пакость, если переговорю с капитаном Исетом.

Речка была слишком глубокой для перехода вброд, шириной в дюжину с половиной футов, с крутыми берегами. Ниже по течению начиналось болото, выше по течению берега становились еще выше, а лес – гуще.

Все говорило о том, что пираты переправились здесь. Линияты выставили на берегу строй солдат с мушкетами и послали на другой берег разведчиков.

Разведчики вошли в воду, замахали руками, один из них повел себя почти как человек – вскрикнул, погрузившись в воду с головой.

Командир работорговцев послал двоих человек вниз по течению, чтобы они его выловили, а потом приказал одному солдату снять доспехи и перейти на другой берег с тросом.

Разведчики предприняли еще одну попытку переправиться, на этот раз по тросу, раздевшись догола, оставив на себе только ремни с мечами. Эта попытка оказалась успешной.

Они углубились на двенадцать ярдов в заросли, как им было приказано, вернулись на берег и сообщили, что переправа свободна.

Командир переправил роту на другой берег. В это время к берегу подошла основная колонна. Были перекинуты пять тросов, и солдаты приступили к переправе.

– Начали, – прошептал Исет, и ветки исчезли со стволов пушек, установленных чуть выше по течению от переправы.

Шрапнель ударила по столпившимся в воде линиятам, и они с криками бросились назад.

Пока Техиди и комендоры перезаряжали пушки, вперед стали выходить, строй за строем, солдаты с мушкетами, залпами косившие находившихся на их берегу работорговцев.

Линияты побросали оружие и прыгнули в реку.

Пушки выстрелили еще два раза, один раз по противоположному берегу, второй – по барахтавшимся в воде линиятам.

– Уходим, – сказал Гарет, солдаты схватили веревки и вытащили пушку обратно на тропу.

– Ты тоже уходи, – сказал Гарет Лабале, который перестал бормотать заклинания и поспешил за пушкой.

Вторая пушка сделала еще один выстрел, потом ее тоже вытащили на тропу под прикрытием солдат.

Гарет, следуя плану Исета и Лабалы, оставил пушки, волшебника и три отряда солдат, а сам поспешил к колонне и приказал ей продолжить марш, оставляя за собой как можно более широкий и отчетливый след. Пушки были перетащены к броду, а Лабала произнес заклинание, названное им “легким обманом”, которому его научил Дафлемер.