Кошмар

Но у всего этого была и темная сторона, из-за которой то она и испытывала смешанные чувства по поводу внезапного звонка. Конечно, в смерти человека, а тем более являющегося тебе довольно близким родственником, нет ничего хорошего, это страшное событие, по поводу которого радость испытывают только корыстные и бесчувственные люди. Нет, Юля вовсе не была рада этому, ни в коем случае, но и не впала из-за этого в депрессию, как зачастую происходит с теми, кто теряет близких. Причиной всему этому было то, что она помнила свою жизнь лишь с двенадцати лет, а все, что было до этого – только редкими короткими отрывками. И именно начиная с этого возраста Юля видела свою тетю всего три раза, когда та приходила в детский дом на короткое время, чтобы узнать, как поживает ее племянница. Все эти три визита уложились в небольшой период в виде двух месяцев, после чего тетя Мария словно испарилась, перестав хоть как-то напоминать о своем существовании.

Когда Юля выпустилась из детского дома, начав свою полностью самостоятельную жизнь и поступив в местный институт на специальность дизайнера, то всяческим образом пыталась связаться с тетей, чтобы хоть что-то узнать о своей семье, надеясь, что уже повзрослевшей племяннице та все-таки сможет все рассказать. Но все попытки были тщетными. Юля несколько раз приезжала к ней домой, рассчитывая застать родственницу, но дверь ей так никто и не открыл. Один раз она точно была уверена, что дома кто-то был, так как отчетливо слышала шаги за дверью, но по какой-то причине этот кто-то так и не решился с ней поговорить.

Все выглядело очень странным и немного пугающим для юной девушки, она искренне не понимала, почему ее тетя вдруг так внезапно решила вычеркнуть племянницу из своей жизни? Даже частые размышления на эту тему ни к чему не приводили, Юля так и не смогла найти ответа на этот вопрос. Вместо этого в ее сознании поселились сомнения по поводу, что она вообще когда-либо была нужна тете. Все сводилось к тем трем коротким визитам с небольшими диалогами, в которых та ей и рассказала, что раньше часто навещала Юлю, иногда даже забирая к себе домой на выходные. Возможно, это попросту была ложь, чтобы, будучи на тот момент еще подростком, ее племянница не чувствовала себя совсем уж несправедливо брошенной.

Именно поэтому сейчас Юля не испытывала такой уж большой скорби по утрате тети. Да, возможно, на такое внезапное исчезновение из ее жизни у нее были причины, но какие именно, так и осталось неразгаданной тайной, которую тетя унесла с собой в могилу.

Оставалась так же теперь и еще одна проблема: что делать с домом, который достался Юле в наследство? Она отчетливо помнила, что он из себя представлял: красивый двухэтажный особняк на берегу огромного озера, раскинувшегося на многие километры в разных направлениях. Не дом, а настоящая сказка, мечта, рай – называйте, как хотите, но любой хотел бы жить в таких хоромах. А вот хотела ли этого Юля – она и сама не знала. Стоило ли въезжать в дом, в котором погибли ее родители, да еще и при загадочных обстоятельствах? Если, опять же, все это было правдой, сомнения у нее были и здесь.

В итоге Юля пришла к выводу, что не ей одной решать этот вопрос. Все-таки у нее был молодой человек, с которым они вместе были почти три года и в большинстве случаев все решали сообща. Исключением не стал и этот случай, поэтому Юля решила, что лучше дождаться возвращения Димы с работы и в спокойной обстановке все с ним обсудить. Отличный план, за исключением того, что не слишком ли много новостей для одного вечера? Ведь еще нужно было сообщить ему о своей беременности, а не только о том, что на их голову свалился здоровенный особняк.

Поразмыслив и об этом, Юля приняла решение, что по поводу будущего прибавления пока что промолчит. Ребенок, так сказать, никуда не денется, если о его существовании будущая мама сообщит немного позже, а вот проблему с домом нужно было решать как можно скорее. Сама Юля считала себя девушкой сильной, поэтому без особого труда перенесла все свалившиеся на нее за этот день новости, а вот Дима был человеком довольно впечатлительным, на которого сваливать нечто подобное разом было довольно опасно. Скорей всего, он просто бы впал в ступор, не зная, как лучше поступить в дальнейшем, и начал бы строить безумные планы об их совместном проживании вместе с ребенком в шикарном особняке. В общем, и в самом деле оставалось лишь одно: сначала решить проблему с домом, а потом уже сообщать о беременности.

Из очередных размышлений, в которых Юля, как ей казалось, провела большую часть дня, ее выдернул раздавшийся щелчок от поворота ключа в замке входной двери. К этому моменту она уже закончила готовить ужин, минутой ранее выключив газовую плиту, на которой стояла сковорода со свежеприготовленной жареной картошкой. Юля прекрасно знала, насколько сильно Дима любил ее, поэтому-то и решила начать с его любимой еды перед тем, как начать с ним разговор о свалившемся на нее наследстве от тети. Помимо жареной картошки, на столе уже стоял салат из свежих огурцов и помидоров, а также горячие куриные котлеты, которые Диме тоже очень нравились.

Накрыв сковороду стеклянной крышкой, чтобы картошка быстро не остыла, Юля пошла встречать своего любимого. Входная дверь распахнулась, когда она была уже в прихожей, и на пороге появился молодой парень двадцати пяти лет в черном пуховике, утепленных синих джинсах и со взъерошенной темной шевелюрой на голове, по которой уже давненько плакала парикмахерская. Сколько бы Юля ни ругала его за то, что Дима ходит зимой с непокрытой головой, эффекта все равно не было никакого – он по-прежнему предпочитал оставлять шапку дома, объясняя это тем, что в машине тепло, и она там не нужна. Взглянув на Диму, Юля сразу же поняла, что смена для него выдалась не из легких. Образовавшиеся темные круги под глазами говорили сами за себя: работы было немало. Да и вид в целом у него был довольно уставшим.

При виде встречающей его любимой девушки Дима сразу же заулыбался, сделав вид, что он вовсе не устал. Даже не сняв еще пуховика, он подошел к ней и поцеловал, а затем крепко обнял, словно они были в разлуке не полдня, а как минимум месяц. Хотя ничего удивительного в этом не было – Дима всегда так делал перед тем, как уйти на работу и после возвращения домой. На этот раз объятия получились недолгими: как только он обхватил Юлю своими руками и прижал к себе, та сразу же заверещала и отпрянула в сторону.

– Сдурел, что ли? Холодно же!

– Ой, прости, не подумал, – засмущался Дима, поняв, что сглупил.

– Бестолочь ты моя, – засмеялась Юля. – Давай раздевайся, иди в душ, а затем на кухню – ужин уже ждет.

– М-м, чую жареную картошечку, – начал облизываться Дима при запахе любимой еды.

– Она самая, так что давай не тормози, – поторопила его Юля.

– Слушаюсь, босс! – приподняв правую руку, согнутую в кулаке, провозгласил Дима.

Не развязывая шнурков, он стянул с себя кроссовки, снял пуховик и мигом направился в ванную комнату, чтобы поскорее принять горячий душ, напоследок еще раз страстно поцеловав свою девушку.

Дождавшись, пока Дима скроется за дверью ванной комнаты, проводив его взглядом, с довольной улыбкой на лице Юля вернулась на кухню, села на стул возле стола, начав размышлять о том, как бы получше начать разговор о смерти своей тети и ее доме. Голова девушки и без того уже начала болеть – слишком уж много она сегодня передумала, из-за чего все ее мысли стали путаться, выстраиваясь в бессмысленную цепочку. Махнув на это рукой, Юля решила довериться импровизации, понимая, что, как бы она все это ни изложила, Дима все равно сможет ее понять.