Коварный повеса

Энтони невольно вздохнул; он уже жалел о том, что произнес эти слова.

— Нужны вовсе не для планов, а для моего рассудка, — вырвалось у него.

Мэдлин на мгновение замерла. Затем, отступив на шаг, внимательно посмотрела ему в глаза.

«Проклятие! — мысленно воскликнул Энтони. — Похоже, я сказал слишком много. Не следовало показывать ей, насколько она очаровала меня. А впрочем… Если она будет смотреть на меня так же, как сейчас, можно сказать ей все, что угодно».

— А если кто–нибудь увидит нас здесь? — прошептала она неожиданно.

— Все пошли обедать, помните? Вы ведь сказали, что миссис Харрис точно не знала, куда мы с Китти пошли. А если она послала за нами кого–то еще, то мы услышим

— шаги. Но на всякий случай…

Виконт закрыл окно и задернул шторы. Когда же он снова к ней приблизился, глаза ее пылали.

— Я никогда не соглашалась на ваши условия, вы ведь знаете… — пробормотала Мэдлин, отступая на шаг.

Если она собиралась раззадорить его, то у нее это прекрасно получалось.

— Что ж, прекрасно. — Энтони пожал плечами. — Тогда мы проведем вечеринку на следующей неделе, как я первоначально и планировал.

Он повернулся к двери, но она схватила его за руку:

— Нет–нет, если хотите, можете закончить свой урок обольщения. Но, пожалуйста, побыстрее…

Из его горла вырвался смех.

— Во–первых, моя милая, вам следует запомнить: обольщать «побыстрее» невозможно. Обольщение требует времени. — Он подвел ее к каменной скамье. — Садитесь же…

Она села и вопросительно взглянула на него. Склонившись над ней, Энтони поцеловал ее в губы, затем опустил ее платье, корсет и сорочку, чтобы полюбоваться упругими грудками и розовыми сосками.

— У вас идеальная грудь, — выдохнул он, падая перед ней на колени.

— Правда? — Она смотрела на него без малейшего намека на смущение. — Но ведь они… Они не очень большие…

— Они именно такие, как требуется, — пробормотал он, целуя сначала одну грудь, затем другую.

Мэдлин тихо застонала. Потом, не удержавшись, застонала гораздо громче. Упиваясь ее вздохами и стонами, Энтони ласкал и целовал ее груди, стараясь не замечать свое быстро нарастающее возбуждение. Он страстно желал овладеть ею немедленно, однако твердо решил сдержаться, решил доказать этой женщине, что умеет держать себя в руках. В конце концов, он вполне мог потерпеть, потому что нисколько не сомневался: вскоре она поймет, что их соединение неизбежно, и тогда он получит сразу все — и Тесса непременно будет принята в школу, и эта очаровательная учительница окажется в его постели.

Чуть отстранившись, Энтони задрал повыше ее юбки и развел ноги.

— Но, Энтони… — пролепетала она.

— Позвольте мне закончить урок. — Он с улыбкой посмотрел ей в глаза. — Клянусь, речь идет только об уроке…

Опустив голову, он судорожно сглотнул; теперь ему открылся вид на сладостный соблазн, видневшийся в прорези панталончиков.

— Что–то не так? — прошептала Мэдлин.

Энтони снова посмотрел ей в лицо — теперь ее щеки были залиты жарким румянцем.

— Нет–нет, все замечательно.

В следующее мгновение он уткнулся лицом меж ее ног, и Мэдлин, содрогнувшись, едва удержалась от крика, рвавшегося из ее горла. Посмотрев вниз, она увидела голову Энтони между своих раздвинутых ног и в ужасе подумала: «Почему я позволяю ему делать это?.. Ах, это удивительно… невероятно… сладостно…» Ей никогда даже в голову не приходило, что мужчина способен на такое. И уж тем более она не могла бы представить, что ей это понравится. Однако ей не только понравилось — она страстно желала, чтобы он продолжал эти чудесные ласки.

Едва ли осознавая, что делает, Мэдлин легонько сжала его голову коленями, и Энтони, на мгновение отстранившись, бросил на нее самодовольный взгляд. Черт бы его побрал! Потом она заставит его пожалеть о таком самодовольстве. Но сейчас… Ах, сейчас ей хочется только его ласк, от которых…

Мэдлин вдруг содрогнулась всем телом, и из горла вырвался пронзительный крик, который она никак не могла сдержать; крик этот словно излился из нее, когда она достигла вершин наслаждения.

— Вот так, моя милая… — Энтони поднял голову и посмотрел на нее с дьявольской усмешкой. — Тебе ведь понравилось, не так ли?

— Но что… что это было? — пролепетала она.

Он поднялся на ноги и внимательно посмотрел на нее:

— Неужели не знаете? Это называется «маленькая смерть».

— Но я… Это совсем не походило на смерть. Во всяком случае, на мое представление о смерти. — Мэдлин попыталась собраться с мыслями. — Это было как… Словно я оказалась в раю.

Он рассмеялся, опуская ее юбки.

— Вы ведь никогда раньше не испытывали ничего подобного, верно?

Мэдлин поняла, что не сумеет солгать.

— Нет, — прошептала она.

— Ваш любовник, наверное, совершенно ничего не умел.

Мэдлин в растерянности заморгала.

— Мой любовник?..

— Мужчина, который соблазнил и бросил вас. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Мужчина, который вынудил вас отправиться в изгнание, то есть в школу для девочек, хотя он должен был жениться на вас.

Мэдлин едва сдержала истерический смех. О Боже, какую глупейшую историю он придумал! Неужели он действительно решил, что с ней произошло нечто подобное?

— Кто это был? — спросил Энтони. — Кто был тот эгоистичный болван, который забрал вашу невинность, даже не потрудившись подарить вам наслаждение?

— Я не хочу об этом говорить, — ответила Мэдлин, возвращая на место корсет.

Энтони отступил на шаг и пожал плечами:

— Что ж, если не хотите, ваше дело. Пожалуй, я вас понимаю. И я догадываюсь, что именно из–за этого ублюдка вы теперь опасаетесь мужчин.

Мэдлин решительно покачала головой:

— Нет, вы ошибаетесь. Я уже говорила вам, чего опасаюсь.

— Болезней и незаконнорожденных детей, не так ли? Но ведь существуют способы предотвратить и то, и другое.

— Вы уверены?.. — спросила Мэдлин и тут же прикусила язык и потупилась — получалось так, что она поощряла его.

— Абсолютно уверен. — Он приподнял ее подбородок, чтобы она посмотрела в его пылающее лицо. — В следующий раз я непременно вам все объясню.

Она хотела сказать, что никакого следующего раза не будет, однако промолчала.

— Что ж, пойдемте, дорогая?

Мэдлин тут же кивнула: