Крафтер

Краев усмехнулся:

— Конечно! Так как вы теперь член ордена, платить будете только кровью, потом и закрытыми порталами.

— Такой дисконт меня устраивает.

— Тогда прошу за мной.

Главный инспектор повел меня вдоль темных строений, рассказывая по пути интересные байки о преимуществах службы в столь прославленном ордене. Через несколько минут мы оказались у одноэтажного склада. Краев попросил меня подождать снаружи, а сам нырнул внутрь здания. Из-за двери я услышал трехэтажный мат и говор двух напряженных мужчин. Спустя какое-то время главный инспектор вышел с новенькой формой в руках и натянуто улыбнулся:

— У нашего прапора Юрия Шматко хрен что возьмешь…

— Ну, ё-мое! — донеслось со склада. — Расхитители!

Краев суетливо вручил мне обновки в руки и поспешил удалиться от склада на безопасное расстояние:

— Идемте. Я вас провожу.

Дойдя до проходной, главный инспектор остановился у ворот и скрестил руки на груди. Его тень, вытянутая полуденным солнцем, легла на земле, как длинный, острый клинок. Ветер зашевелил полы его чёрного мундира, расшитого серебряными узорами, а глаза мужчины пусть и улыбались, но были холодны и пронзительны. Ему явно что-то было нужно от меня.

— Как собираетесь служить? — спросил он.

— В смысле?

— У нас два вида службы. Альтернативная — для дворян. Они получают доступ к информации по порталам, все добытое с той стороны остается за ними. Но на них не распространяется защита ордена и короны. Им не платят жалование, не предоставляют оружие и не помогают в обучении магии.

— А второй вариант?

— Полноценная служба. — добродушно улыбнулся Краев и нацепил на лицо маску великого продажника. — Вы получаете самое лучшее снаряжение, покровительство императора, при клановых войнах на вас никто не осмелится напасть открыто. Также вам предоставляется право улучшать свои навыки боя у лучших мастеров ордена. У нас есть своя специализированная магическая академия, где вы можете бесплатно изучать магию у самых квалифицированных преподавателей. Бонусом идет регулярное жалование, которое постоянно растет в зависимости от ваших заслуг…

— Полноценная служба — это жизнь по уставу и строгое соблюдение иерархии и субординации… — задумчиво протянул я. — А я слишком свободолюбив и непостоянен для такого. Я выбираю первый вариант.

— Я навел о вас справки… — не сдавался главный инспектор. — Древний, но обнищавший род: куча долгов, врагов и всего одно имение на окраине Империи. Вы не справитесь с таким ворохом проблем. А если примете мое предложение, будете подчиняться только моим приказам.

— Не-не. — хмыкнул я. — Мне своей удавки хватает. Боюсь, ваш поводок быстро лопнет на моей шее.

— Морозов, — Краев наконец-то принял истинный свой облик и перешел на «ты». Он назвал мою фамилию, будто откусил кусок гнилого яблока. Его голос стал низким, с хрипотцой, как будто он только что выкурил пачку сигарет. — Орден — не детская площадка. Решил стать вольным стрелком? Тогда запомни: никакой защиты, никаких преференций. Трофеи — твои. Смерть — тоже.

Я покрутил перстень ордена на среднем пальце, ощущая холод металла. Плюм, принявший форму ящерицы, зашипел на инспектора с моего плеча, его крошечные глаза сверкали, как угольки. А мужик его даже не замечал, что ясно говорило об убогости его магического дара. Такой человек ничего не мог мне дать. Я ухмыльнулся.

— Защита мне не нужна, — сказал я, медленно поднимая взгляд на инспектора. — А преференции… — Я щёлкнул пальцами. — Я сам себе преференция.

Краев оскалился, как палач, видящий новую жертву. Его губы изогнулись в кривой улыбке, но в глазах не было ни капли веселья. Он бросил на меня тяжёлый взгляд, словно взвешивал мои шансы на выживание.

— Портал в пяти километрах от города, — произнёс он. Его голосом можно было тушить вулканы. — Можешь заняться им. Глядишь, хоть так пользу принесешь…

Я уже держал планшет в руке, его экран мигал, показывая карту с меткой портала. Плюм, всё ещё шипя, прыгнул с моего плеча на руку, его крошечные лапки цепко впились в кожу.

— Не переживай, пушистик, — прошептал я, глядя на Краева.

Инспектор покрутил пальцем у виска, считая меня сумасшедшим, повернулся и ушёл. Его тень скользила по земле, пока он не скрылся за главным штабом ордена. Я посмотрел на планшет, затем на Плюма, который уже начал преображаться в свой привычный кошачий облик.

— Ну что, друг, — сказал я, предвкушая славный денек. — Пора показать этим Клинкам, как надо работать с порталами.

Плюм мурлыкнул в ответ, его глаза хитро блеснули.

Мы вышли за ограду ордена и проследовали к парковке. Мой трехколесный велосипед стоял у обочины, как разгоряченный зверь, выдохшийся после погони. От стального каркаса валил пар, смешиваясь с магическим свечением, которое пульсировало сквозь трещины в раме. Я провёл ладонью по рулю и взглянул на Плюма.

Он демонстративно отвернулся, как бы намекая, что больше не полезет в этот агрегат. Видимо, остыл к нему.

— Ладно, отдыхай, дружище, — пробормотал я, ощущая, как под пальцами дрожит перегруженное сердце артефакта. — Негоже тебя мучить ради пары километров. Найдем машину Гриши и помчим на ней.

Плюм, принявший форму угольного дымка, завис над седлом и фыркнул искрами. Его мыслеобразы прожгли мой разум: он предлагал превратить велик в стального дракона и полетать.

— Не-не, старина… Дракон привлекает внимание, — огрызнулся я вслух, сворачивая к морю. — А нам сейчас тишина нужна.

Следуя навигации в телефоне, мы с легкостью добрались до пляжа. Море серебрилось на солнце и тихо шелестело волнами. Я на миг залип на эту чудную картину. Но Плюм дунул мне в ухо и взглядом указал на красную машину.

«Ласточка» Григория стояла там же, где я ее оставил после свадебного безумия. Машина притаилась под согнутой пальмой, будто прячась от солнца. Борта были облеплены конфетти и розовыми лентами — словно её обстреляли праздником. На капоте красовался отпечаток губной помады в форме сердца, а под стеклом лежала полурастаявшая шоколадка в золотой обёртке.

— Вот это сервис, — усмехнулся я, счищая с ветрового стекла блёстки. — Жаль, шампанское не оставили.

Плюм, уже превратившийся в кота, запрыгнул на крышу и принялся счищать лапой прилипший бантик. Его хвост нервно дёргался, когда я наклонился под куст, где пару дней назад бушевала «любовь» новобрачных. На песке алел обрывок фаты, перепачканный песком, и женские трусики.

— Свадьба удалась, — ухмыльнулся я и подобрал фату.

Дверь «Ласточки» скрипнула, как старуха, встающая с кресла. Салон пропах бензином и горячим пластиком. Плюм уселся на приборную панель, тыкая лапкой в сторону руля, словно говоря:

— Ты уверен, что эта консервная банка доедет?

Я провернул ключ, дёрнул рычаг переключения передач, и двигатель завыл, как загнанный волк. Машина дёрнулась вперёд, выплюнув из выхлопной трубы клубок сизого дыма.

— Лучше сосредоточься на монстрах, — рявкнул я, выруливая на убитую дорогу, где каждый камень звенел под колёсами, как пустая бутылка. — Если в портале попадётся что-то крупнее таракана — превращаешься в огнемёт. Договорились?