Крест и стрела

— Ах да… Ну?

— Я сказал, что я добуду для этого дела экскаваторы.

— Да, разумеется. Простите меня. Что это со мной сегодня? Совсем ничего не помню. Значит, экскаваторы уже… Это замечательно.

— Два уже приступили к работе.

— Великолепно. Вы очень распорядительны, Баумер.

— Дело вот в чем, — сказал Шниттер. — Слой земли над ямами, конечно, укроет ваши станки, но этого недостаточно. Нужны мешки с землей, камуфляжная сетка, куриные перья, проволока. Понадобятся рабочие руки. Сооружение большое и сложное, за день тут не справиться.

— Как насчет рабочих ночной смены? — обратился Баумер к Кольбергу.

Директор ожесточенно затряс головой.

— Если они целый день будут копать, то с таким же успехом можно совсем остановить завод вечером. Вы забыли, ведь приезжает герр фон Бильдеринг.

— Да мне-то все равно, — возразил Баумер. — Если вы не станете заботиться о своих станках, то я — тем более.

— А почему нельзя использовать рабочих дневной смены?

— Они копают щели для людей.

— Пусть сначала выкопают ямы.

— Нет! — отрезал Баумер. — За безопасность людей отвечаю я. Пока не будут выкопаны щели, они не возьмутся ни за что другое.

— Ладно, — со вздохом уступил Кольберг. — Пошлите рыть ямы ночную смену. Придется остановить завод на двадцать четыре часа. Как все это глупо! Бомбить нас не будут, и ничего этого не нужно, я уверен. А вы, капитан?

Капитан Шниттер улыбнулся с плохо скрываемым презрением.

— Сказать по правде, нет.

— Послушайте, — сказал Кольберг, — я не говорю, что мы не должны принимать меры предосторожности. Но вся эта спешка — это же просто истерика… Я мыслю так: предположим, англичане видели сигнал предателя. Все равно они не станут бомбить без разведки. Это невозможно.

— Герр директор, — негромко сказал Шниттер, — предположим, вы командуете британскими воздушными силами. Вам докладывают, что в таком-то месте замечен сигнал. Как бы вы поступили?

— Да так, как я сказал: послал бы разведку. Англичане не дураки. Откуда они знают, например, что этот сигнал не трюк с целью завлечь их в зенитную ловушку? Кроме того, налеты планируются заранее.

— Верно, — ответил Шниттер. — Тем не менее, стрела указывала на лес, не забудьте. Один из способов проверки — это разведка. Но разведкой вы невольно предупреждаете противника. Второй способ — быстрый налет с зажигательными бомбами. Поймите меня, я не ожидаю форсированного налета без предварительной разведки, но пробный вылет «москитов» — это вполне осуществимо. Все зависит от умонастроения британской авиации. Позволю себе напомнить вам Клаузевица: «Основной принцип войны — внезапность». А ведь англичане тоже читают Клаузевица.

— Значит, вы думаете, что ночью будет налет? — с нескрываемой тревогой спросил Кольберг.

Шниттер опять презрительно улыбнулся.

— Вообще говоря, нет. Я просто прикидываю возможности.

— Есть еще какие-нибудь вопросы? — нетерпеливо перебил Баумер.

— У меня — нет, — ответил Кольберг. — Между прочим, вы добились грузовиков?

— Пока нет.

— Ах, господи…

— Прошу вас, — перебил Баумер, заливаясь краской, — не все сразу. Очень вас прошу. Черт возьми! Ведь ямы же еще не готовы. Свое дело я сделаю, можете быть уверены. Ямы будут глубокие, в них будут деревянные настилы, чтобы грузовые машины могли съехать вниз. Грузовики будут круглые сутки дежурить у каждого цеха, который вы укажете. Вам остается только организовать погрузку станков. Делайте ваше дело, а я займусь своим. И не дергайте меня, ради бога.

— Хватит, хватит, — понизив голос, надменно сказал Кольберг. — Что с вами? При телефонистке… Неужели вы не можете держать себя в руках? — Он повернулся на каблуке и широкими шагами вышел из приемной.

Баумер поморщился от раздражения и усталости.

— Послушайте, мне сейчас некогда, — тихо сказал он Шниттеру. — Посидите здесь с Фридой, пожалуйста. Она знает, кому позвонить, чтобы вызвать рабочих ночной смены и достать нужные вам материалы.

Капитан кивнул.

— Вы слышали, Фрида? — спросил Баумер.

— Да, герр Баумер. Я знаю, кому позвонить.

— Я буду у комиссара гестапо Кера.

— Герр Баумер… — неуверенно начала Фрида.

— Да?

— Мне очень неприятно беспокоить вас в такое время…

— Вы никогда не беспокоите меня, Фрида, — сказал Баумер со вздохом. — Вы одна из немногих, в чьем спокойствии я могу быть уверен. Кроме капитана. Вас никогда ничего не беспокоит— правда, Франц? Ну так в чем же дело, Фрида?

— Меня должна сменить Марта Гутман. Ее до сих пор нет, а она никогда не опаздывает. Я работаю уже много часов без перерыва — я не жалуюсь, герр Баумер, но когда я очень устаю, то начинаю ошибаться. Если бы мне хоть несколько часов поспать…

— Вы звонили Марте?

— У нее на ферме нет телефона.

— Скажите Зиммелю, пусть пошлет за ней машину.

— Спасибо, герр Баумер, — благодарно улыбнулась Фрида.

— Что за улыбка у этой девушки! — воскликнул Шниттер. — Видали вы такую улыбку, Юлиус? Разве не прелесть?

Баумер усмехнулся.

— Перспектива бомбежки вас веселит, Франц? Опять есть чем заняться после семимесячной передышки?

— Врать не стану, — ответил капитан, — мне не так уж весело. Дело в том, что я еще не опомнился от бомбежки в Смоленске. Между прочим… мне кажется, настроение рабочих оставляет желать лучшего. Они копают эти щели с видом могильщиков.

— Знаю, — проворчал Баумер. — Мне уже докладывали. Я устрою митинг пораньше, в десять пятнадцать.

Шниттер кивнул, и Баумер направился к двери. На пороге он столкнулся с Мартой Гутман.

— Вот и вы наконец! — воскликнул он. — Именно сегодня не надо было опаздывать. Ну, ничего. Садитесь за работу.

Он хотел было выйти, но Марта дотронулась до его плеча.

— Герр Баумер, — сказала она тихим, сдавленным голосом.

— Да? — Он пристально взглянул на нее. — В чем дело? У вас нехороший вид.

— Да, герр Баумер, — ответила Марта, и голос ее задрожал. — Простите, что я опоздала. Я пришла… попросить вас дать мне сегодня выходной.

— Слушайте, дитя, — хрипло ответил он, — если вы могли прийти, значит, сможете и работать. Сегодня вы здесь нужны. Возможно, нас будут бомбить. Фриде необходимо немножко поспать, а потом вы обе будете дежурить у коммутатора.

— Бомбить? — повторила Марта, широко открыв глаза.

— Да. Понятно вам? А теперь…

— Но, герр Баумер, я не больна… У меня особенный случай.

— Марта, я спешу.

— Прошу вас, герр Баумер. — Она расплакалась. — Мой муж убит, я недавно узнала.

Баумер прикусил губу. Он поколебался, потом обнял одной рукой рыдающую девушку и провел ее в свой кабинет. Притворив ногою дверь, он усадил Марту на стул и дал ей воды. Она выпила, держа стакан дрожащими руками.

— Когда вы узнали об этом? — мягко спросил он.

— Вчера вечером, герр Баумер. Он был в Африке.

— Да… Слушайте, Марта. Вам будет нелегко, как бы вы ни держались. Но я вас уверяю, самое лучшее средство: зажать себя в кулак и работать изо всех сил.