Крестная мать

— С ума сошел?! — возмутилась Анна. — Забудь вообще! А с этими жуликами из торгового центра я разберусь!

— Да это же самое крутое, что я видел! — глаза Савелия горели так ярко, что Анне стало жутковато: откуда в ее мальчике, в ее милом добром ребенке такая жажда криминала?! Он ведь даже «Бригаду» не смотрел! — Васек, ну скажи же!

Васек восторгов не разделял. Он все еще с опаской косился на Химика, готовый в любую секунду спрятать голову под курткой.

— Да… — неуверенно протянул бедолага. — Не, в смысле, круто, круто, да… Но… Игра вроде не самая чистая…

Химик, который все это время за ходом разговора следил издалека и особой заинтересованности не проявлял, вдруг так резко шагнул к Ваську, что тот чуть не влез на стул с ногами, и в ужасе прикрыл лицо руками.

— Спокойно, — Химик раздраженно поморщился и кивнул на мониторы. — Что значит «не самая чистая»?

Васек сжался в комок, как пойманный ежонок, медленно убрал руки и большими глазами, — а через линзы очков и вовсе огромными, — посмотрел на Химика.

— Я… Не то чтобы я разбирался в покере… — пролепетал он. — Но вроде в одной партии должна быть только одна десятка треф… А там… — Васек ткнул на один из экранов. — Уже вторая…

Химик достал из нагрудного кармана очки, приблизился к монитору.

— Здесь? — коротко спросил он.

— Ага.

Тогда Химик принялся медленно перематывать запись. Все затаили дыхание, даже Анна забыла о том, что ей надо отвадить сына от игорного бизнеса. Васек всегда был умным, а уж с компьютерами и вовсе ладил лучше, чем с людьми. Но такой внимательности Анна от него не ждала. Десятки экранов, куча столов. Карты и карты, рулетки и рулетки, как можно заметить такую мелочь?

— Вот! — вдруг дернулся Васек, и Химик остановил запись.

Действительно, там была тоже десятка треф. Еще одна.

— Получается, он шулер? — выдохнула Анна. В памяти замелькали картинки вчерашнего вечера: вот на таком же мониторе человек, привязанный к стулу, ему ломают пальцы… Боже! Нельзя, чтобы дети это увидели!

— А я о чем, мам! — уже завелся Савелий. — Давай так: Васек будет на безопасности, а я могу карты сдавать. Разучу все эти фокусы, примочки, телочки будут кипятком…

— Вон отсюда! — не выдержала Анна. Сейчас ей как никогда хотелось высечь ремнем всех присутствующих. Саву с Васьком — за то, что суются куда ни попадя, Молота — за глупую безалаберность, Химика… За то, что он такой… такой… Химик!

— Ма, да ты че! Семейный бизнес, типа в «Крестном отце»! — Савелий чуть не подпрыгивал, как в детстве в магазине игрушек: «Вон того робота, ну пожалуйста!»

— Оба вон! — рявкнула Анна, сама от себя не ожидая, что вообще способна повышать голос. — И ни на шаг от ресепшн. А ты… — она повернулась к Молоту и стиснула зубы. — Только попробуй от них отвернуться! Слышишь? Ни на шаг!

Молот озадаченно поднял брови и посмотрел на Химика. Анна отчетливо поняла: она может из трусов выпрыгнуть, но саму ее здесь слушаться не будет никто.

— Ты ее слышал, — тихо подтвердил Химик, и Молот, как верный пес, тут же отбыл по месту назначения.

Анна чуть не расплакалась от умиления. И не потому, что ей нравилось, как мужчины командуют друг другом, и не потому, что в юности мечтала выйти замуж за генерала. Нет. Столько раз она билась над детьми, заставляя их что-то сделать! Угрожала отобрать телефон, сулила сладкое… Обращалась за поддержкой к Игорю, но всегда слышала только: «Да оставь ты их, пусть делают, что хотят». А ей хотелось вот такой маленькой поддержки, единства фронтов. Неужели трудно? Ведь фраза «делай, как мать говорит» даже короче!

Сава и Васек мгновенно прочувствовали, что ловить тут больше нечего. Еще бы! Если уж человек-гора предпочел ретироваться, то удача точно не на их стороне. Анна прикрыла за парнями дверь, щелкнула замком. Химик задумчиво прокручивал запись.

— Ему вы тоже сломаете пальцы? — Анна подошла к мониторам.

— Нет. В смысле… Да, конечно, но дело не в этом, — Химик так спокойно говорил о членовредительстве, будто надиктовывал супруге, что купить к ужину. Мол, я бы не погнушался телячьими котлетками. Лучше — с рисом. Ах, да! И не забудь по дороге прострелить тому фраеру коленную чашечку. — Он бы не смог вот так просто вбросить карту. Любой наш крупье считал бы фокус на раз. Значит, крупье в деле.

— А кто на раздаче? — Анна наклонилась к монитору.

Отвечать Химику не потребовалось: все было очевидно. За столом стоял Федор собственной персоной.

— Но ему-то зачем?! — удивилась Анна. — Ясно, что он тот еще гад, но ведь он и так главный! Фактически. Что ему, денег мало? Разве казино не всегда в прибыли?

— А я еще думал, что не так с выручкой… — Химик снял очки и потер переносицу. — Вон оно что… Хитрая схема…

— Какая схема?!

— Он ведь предлагал казино Барсу? Решил вывести деньги перед продажей.

— Но если Барс об этом узнает… Федору ведь крышка, разве нет? — Анна еще не до конца вникла в тонкости криминального мира. У нее язык не поворачивался сказать «убьет» или «устранит»… С детским «крышка» звучало не так страшно, если не включать воображение.

— Вот сучок, а? — Химик цокнул с досадой. — А я думаю: и чего он рвется к раздаче? Крупье у нас, как грязи, сам Федя явно не для работы цвел… А он вот как…

Анна поняла: другого такого удачного момента просто не будет. Как за спасательный круг, она ухватилась за локоть Химика и проникновенно посмотрела ему в глаза.

— Помоги мне. Пожалуйста. Дима…

Химик сморщил нос, будто услышал не собственное имя, а нечто вроде «люди добрые» или «Христа ради».

— Химик, — раздраженно напомнил он.

— Хорошо, — быстро согласилась Анна. — Как скажешь. Но только помоги, пожалуйста. Я не прошу тебя о жалости. Не прошу думать о моих детях… Пусть будет сделка.

— Какая?

— Три дня. Мне нужно только три дня, чтобы вернуть деньги Барсу. Сам подумай: если у меня не получится, Барс убьет меня и все равно отберет казино. Как компенсацию или что там у вас… Работы не будет ни у тебя, ни у Молота. Ни у всех остальных, кто внизу.

— А если не отберет?

— Да он получит его так или иначе, Химик! Либо отберет, либо купит у Феди… А Федя уже вынесет все, что плохо прибито. И что, ты думаешь, Барсу нужен такой сотрудник, как ты? Думаешь, у него своих людей нет? И кто тогда будет посылать деньги твоему внуку?

На скулах Химика угрожающе шевелились желваки, темные глаза нехорошо блеснули. Ему явно не нравилось то, что говорила Анна, и тем не менее, он не вышел, хлопнув дверью, а коротко спросил:

— Что ты предлагаешь?