Кровавые игры

У меня с Этаном реально не было возможности поспорить о мусоре — как потому, что мы обычно разбирались с другими драмами, так и, честно говоря, потому что он нанял персонал для такого рода работы. Элен, наставница Дома, управляла обслуживанием многовекового здания, поэтому нам с Этаном ни разу не приходилось спорить об уборке пылесосом или мытье посуды. Учитывая мое предпочтение равенства и его царственный характер, готова поспорить, такие разговоры были бы частыми и неприятными.

Очко в пользу Элен.

— Машина здесь, — сказал я, указывая, но она махнула мне и продолжила идти в сторону Дивижн.

— Это, вроде как, в шести кварталах отсюда. Мы поболтаем, немного разомнемся. — Она взяла меня под руку. — А теперь, выкладывай мне все из Дома Кадоган на блюдичко.

Конечно, было много чего рассказать, по крайне мере, насколько мои отношения были болезненными. Пока мы шли вдоль таунхаусов Уикер-Парка — высоких, узких и кирпичных, с милыми верандочками и крошечными садиками перед ними — я рассказала ей об Этане и таинственной женщине из его прошлого.

— Значит, в его прошлом есть таинственная леди, и она угрожает ему, потому что не хочет, чтобы он возглавлял ГС? — Она пнула камешек, отправляя его скакать по тротуару. — Они были любовниками?

Мэллори за словом в карман не полезет, именно поэтому я рассказала ей.

— Не знаю. Но для меня не имеет значения, если так и было. Я имею в виду, я признаю, что у него есть прошлое. Да и я не была святой до нашей встречи.

Она скользнула по мне взглядом.

— Я не была.

— Ты была занудной студенткой английской литературы; ты была настолько близка к святой, насколько этого можно добиться без благословения. Но продолжай.

Ради своего эмоционального равновесия я проигнорировала свой порыв побороться за правду и вернула нас к теме.

— Я могу жить с прошлым Этана, его эго, с тем фактом, что он альфа. Но сейчас он отталкивает меня, и я не понимаю, почему.

— Ты действительно этого не видишь? — спросила она, юрко увиливая от подозрительной коричневой кучки посреди тротуара.

— Не вижу чего?

— Его проблему. Говоря начистоту, он помешан на контроле. Я не имею в виду, что это плохо. Он усердно трудится, чтобы защитить то, что принадлежит ему, и сейчас он пытается расширить этот диапазон защиты. Он пытается переложить свою значительную энергию на ГС, Дома в Европе и США.

— Но в его прошлом есть люди — в том числе и эта чокнутая баба — которые лезут из всех щелей. Он не любит, когда ему напоминают, что он уязвим — или, что уязвима ты — и она точно знает, какие кнопки нажимать. Она знает, как добраться до Этана. И это охрененно его пугает. Особенно сейчас, в то самое время, когда он пытается доказать, каким сильным, влиятельным и бесстрашным он является. Это как торнадо ужасов Дарта Салливана.

Если отбросить двусмысленные слова, это имеет смысл.

— Подводя итог, он любит тебя. Сильно. И он пытается построить с тобой жизнь. Эта телка мешается. Может, он немного растерян от того, что не может контролировать это; может, он немного боится, что потеряет тебя из-за этого.

— Он отталкивает меня.

— Лучше уж оттолкнуть тебя, чем допустить, чтобы ты увидела его менее могущественным или совершенно другим, нежели сейчас. Я видела, как ты смотришь на него, Мерит. Он видел, как ты смотришь на него. В этом много чего замешано — любовь, теплота, изумление. Но также присутствует и восхищение. Такой мужчина, как Этан не будет с легкостью этим рисковать.

Я кивнула и мы прошли несколько шагов в товарищеской тишине. Я прочистила горло и выложила ей остальное:

— Перед всем этим он заикнулся о предложении.

Она резко остановилась, ее челюсть отвисла.

— Ты прикалываешься?

— Ничуть.

Мэллори мгновение смотрела на меня, а затем ее улыбка блеснула ярко и воодушевленно.

— Дарт Салливан собирается сделать предложение.

— Ну, он собирался сделать предложение. Теперь, кто, черт возьми, знает? — Я вздохнула и в отчаянии пожала плечами. — Что мне с этим делать, Мэллори? Это заставляет меня хотеть кричать и плакать одновременно.

— Вы двое всегда перегреваетесь, — сказала она. — Большинство людей, как я думаю, действуют где-то между четверкой и семеркой.

— Четверкой и семеркой?

— По шкале от одного до десяти. Один — являешься абсолютно равнодушным, десять — сходишь с ума от не-можем-держать-наши-руки-подальше-друг-от-друга любви.

— Анджелина и Билли Боб.

— Точно. Вы двое действуете в зоне от семи до девяти, и это только по тому, что я наблюдала. Я бы предположила, что вы двое нагреваетесь также и в остальное время.

— Он сказал мне, что просто дал мне шанс раскрыться, стать тем человеком, каким я должна была стать.

Мэллори приложила руку к груди, вздохнув.

— При всех его недостатках, которых великое множество, Дарт Салливан умеет обращаться со словами. Допускаю, что он также умеет обращаться с тем, что я принимаю за впечатляющую способность. Секс как вариант? Думаю, он помогает исправить многие проблемы, которые неразрывно связаны с мужчиной-альфой.

— На самом деле в этой области проблем нет.

— Хорошо. И не удивительно. Вампир или нет, он в хорошей форме. — Она покачала головой, все обдумывая. — В таком случае, я бы посоветовала тебе внести немного разнообразия. Отобрать мяч. Начать новую игру. Прыгнуть выше, чем все остальные. Обвести защитника.

— Ты можешь перестать примешивать спортивные метафоры. Полагаю, я должна устроить Этану встряску.

Она решительно кивнула.

— Мерит, крадущаяся за спиной Дарта Салливана? Мне это нравится.

— Если он меня выгонит, я могу спать под твоим столом в мастерской, да?

— Нет, — ответила она без колебаний. — Но ты можешь спать на полу фургона Омбудсмена.

Но не в своей собственной футболке Омбудсмена, печально подумала я.

Глава 14 НАПОЛНЯЙ, ПОКА НЕ ПЕРЕВАЛИТ ЧЕРЕЗ КРАЙ

Было уже поздно, и большинство ресторанов и магазинов на Дивижн уже заперли на ночь. Но в круглосуточной пиццерии и баре по соседству ярко горел свет, а также в магазине, который располагался рядом с ними в небольшую линию.