Крылья
Шрифт:
ГЛАВА XXI
К чести Дэвида, надо сказать, что он прекрасно выдержал встречу с Тамани – особенно если учитывать, что его разбудил незнакомец. На рассказ о троллях Дэвид отреагировал довольно спокойно, и Лорел невольно подумала, уж не решил ли он, что ему это снится. Впрочем, вести машину он не отказался.
Тамани сел на заднее сиденье и оставил дверцу открытой, взглядом приглашая Лорел к себе. Она взглянула на Дэвида – помятого, грязного после заплыва и с синяком на щеке (ее рук дело), – виновато улыбнулась Тамани, закрыла заднюю дверь и скользнула на пассажирское
Если Дэвид и заметил это, то виду не подал.
Лорел посмотрела на часы. Было почти четыре утра. Она вздохнула.
– Мама, наверное, в ужасе. А твоя?
– Надеюсь, нет, – ответил Дэвид. – Я предупредил, что могу остаться у тебя с ночевкой, и она разрешила пропустить завтрашние уроки. Позже я ей позвоню и скажу, что я с тобой.
– Если б она знала… – Лорел не договорила.
– Какой у нас план? – сменил тему Дэвид.
– Ты отвозишь меня к логову, – ответил Тамани, – я разбираюсь с троллями, потом ты привозишь меня обратно. Все просто.
– Расскажи про этих троллей. В жизни не видел таких жутких тварей!
– Надеюсь, и не увидишь.
Дэвид вздрогнул.
– Я тоже. Когда нас привели к реке, этот… тролль поднял меня, как пушинку. А я не такой уж дохлик.
– Твоя правда, ты выше меня. – Тамани покосился на Лорел и решил оставить снисходительный тон. – Тролли – это… ну, вроде глюка эволюции. Они животные, как и ты, Дэвид, и даже приматы, но не вполне люди. Сильнее, как ты уже заметил, и быстрее исцеляются. Как будто эволюция хотела создать сверхчеловека, но оплошала.
– Почему оплошала? Из-за их уродства?
– Уродство – лишь побочный эффект. Главная беда троллей в симметрии.
– То есть? – не поняла Лорел.
– Им ее не хватает. Феи тоже отличаются от людей симметрией. Люди практически симметричны – насколько это возможно с такими неупорядоченными клетками. У вас два глаза, две руки, две ноги, все примерно одинаковых размеров. Даже странно.
– Почему? – обиженно спросил Дэвид.
– У вас очень неровные клетки. Если ты и впрямь так умен, как говорит Лорел, ты не станешь это отрицать. – В голосе Тамани слышались едкие нотки, но Дэвид был польщен. – Мы с Лорел, – он погладил ее шею, – идеально симметричны. Если согнуть нас пополам, половинки будут в точности одинаковые. Вот почему Лорел похожа на супермодель. Дело в симметрии.
– А у троллей все наоборот? – спросила Лорел, стараясь увести разговор от обсуждения своей персоны.
Тамани кивнул.
– Помнишь, ты рассказывала, что одно веко у Барнса опущено, а нос не посередине лица? Это физическая асимметрия. Просто у него она не так ярко выражена. Обычно тролли выглядят куда хуже, я видел таких уродливых детенышей, что от них отказывались родные матери – тоже не красотки, между прочим. Ноги росли у них из головы, шеи были свернуты. Кошмарное зрелище. Когда-то феи пытались приютить несчастных, вылечить, но если эволюция ставит на тебе крест, смерть неизбежна. И дело не только в физическом уродстве. Чем ты глупее – чем безжалостней обошлась с тобой эволюция, – тем меньше в твоем теле симметрии.
– Почему же тролли не вымерли? – спросил Дэвид.
– Увы, у
них рождаются не только калеки. Тролли, подобные Барнсу, живут в человеческом мире вполне благополучно. Некоторым даже удается обрести над людьми власть. Мы не знаем, сколько их; они могут быть всюду.– И как отличить их от людей?
– В том-то и беда – это трудно, а подчас невозможно. Впрочем, не для стражей: на троллей не действует наша магия. Это выдает их с головой.
– Вообще не действует? – уточнила Лорел.
– Весенняя магия им нипочем. Жаль, конечно, – это здорово упростило бы мне жизнь. Есть и другие приметы, но их можно скрыть.
– Какие, например?
– Изначально тролли жили в подземельях, потому что солнечный свет губителен для их кожи. Современные солнцезащитные кремы – большое подспорье для троллей, и все равно кожа у них редко бывает здоровой.
Лорел скривилась, вспомнив растрескавшуюся кожу на шее Бесс.
– Глаза у троллей часто бывают разного цвета, но контактные линзы помогают скрыть и это отличие. Единственный способ вычислить тролля – увидеть его редкую силу или застать его за поеданием сырого мяса.
– Барнсу понравилась кровь на моей руке… – вспомнила Лорел.
– У тебя нет крови.
– Это была кровь Дэвида, не моя.
– На твоейруке?
Лорел кивнула.
– Он порезался стеклом, когда его втащили в комнату. Точно так же я поранила спину.
– И много было крови? – спросил Тамани.
– Барнс перемазал всю ладонь, когда схватил меня за руку.
Тамани хихикнул.
– Теперь понятно, почему он бросил тебя в реку. Ни один уважающий себя тролль не будет пытаться утопить фею. Он не понял, кто ты.
– А как он мог понять?
Тамани вздохнул.
– Увы, тролли запросто отличают фею от человека. Их острое обоняние настроено на поиск крови, а у фей ее нет. Пока ты не цветешь, тролль вообще тебя не учует. А человек без запаха сразу их настораживает.
– Выходит, Барнса сбила с толку кровь Дэвида?
– Другого логического объяснения я не вижу.
– А почему он не узнал меня в больнице?
– Там все пропитано запахом крови, его не перебьешь даже хлоркой. Он бы и десяти фей в больнице не заметил.
– А в тот вечер у тебя дома от меня за милю несло костром! – вспомнил Дэвид.
– Он был у тебя дома?! – Рука Тамани на плече Лорел слегка напряглась. – Ты не говорила.
– Да, уже давно. Я ведь не знала, кто он.
Тамани стиснул ее плечо еще крепче.
– Тебе очень, очень повезло. Если бы он догадался, тебя бы уже не было в живых.
Голова у Лорел пошла кругом, и она положила ее на подголовник, оказавшись вплотную к Тамани. Впрочем, свою оплошность она не исправила.
Они подъехали к Брукингсу, и Тамани стал расспрашивать Лорел о планировке дома.
– Да мне проще пойти с тобой! – не выдержала она, описав дом всеми возможными способами (рассказала она немного: ночь-то выдалась темная).
– Ни в коем случае. Я не могу рисковать твоей жизнью. Ты для нас слишком важна.
– Не так уж и важна, – буркнула Лорел, немного съехав с сиденья.
– Ты должна унаследовать землю. Это очень важно.
– Я могла бы… ну, не знаю, подстраховать тебя.