Крымское танго

Девушка знаком подозвала охранника, державшего коробку, открыла её и сказала:

— Нам очень понравилось сегодня абсолютно всё! Мы, конечно же видели ваши шоу, — она улыбнулась Катерине с Денисом и Татьяне с Марко, — и после этого посмотрели ещё много видеороликов, но… видеть всё вживую… такая волшебная атмосфера зала… Мы бы хотели, чтобы не только у нас, но и у вас о сегодняшнем вечере остались только приятные воспоминания.

С этими словами она доставала небольшие букеты с вложенными в них карточками размером немного больше визитки и надписями: "С благодарностью от Уильяма и Кэтрин". Без подписей, поскольку автографы членам английской королевской семьи, как известно, запрещены. Кейт свою не ставила, видимо, за компанию. И с прицелом на будущее.

После того, как последний букет был вручён, Уильям показал на столик, на котором стояли бокалы с шампанским.

— Прошу!

Когда шампанское было выпито, он произнес: "Хочу ещё раз поблагодарить всех за сегодняшний вечер и поздравить с великолепными результатами", — и кивнул всем по очереди, давая понять, что всё, мол, хорошенького понемножку.

Ефимовых у дверей придержал один из секьюрити, прошептав на ухо Сергею: "Его Высочество просил вас задержаться на несколько минут". Санечка удивлённо посмотрела на мужа, но тот в ответ только пожал плечами.

— А знаете, что лично мне больше всего понравилось? — спросил Уильям, когда они остались одни. И, не дожидаясь ответа, продолжил, — намёк на то, что постоянство — было, есть и будет всегда в цене. В исполнении ваших учеников. — и с улыбкой посмотрел на Кэтрин.

— А что ваши дети? Они тоже танцуют? — Кейт поспешила сменить тему, задав, как её казалось, нейтральный вопрос. — Дети — это так здорово!

— Они танцевали. Но сейчас нет. Решили сделать перерыв на время учёбы в своих университетах, — ответила Шура. — А тренеры, которые тренировали детей, стали нашими учителями.

— У Вас тоже будут замечательные дети, — неожиданно даже для него самого вырвалось у Сергея, заставив будущую герцогиню Кембриджскую мило покраснеть.

— Как интересно! — продолжила Кэтрин, быстро справившись со смущением. — О вас в нашей прессе кое-что писали после "Крымского вальса", но о детях было только упомянуто, что их двое — сын и дочь.

— Кстати, о "Крымском вальсе", — с улыбкой заметил Уильям, меняя тему уже сам, — Её Величество, после просмотра репортажа, с присущим ей тонким чувством юмора заявила, что если бы не возраст, она бы сама не отказалась поучаствовать в таком необычном мероприятии.

— Ну, возраст Её Величества, конечно, весьма почтенный, но она, я уверен, ещё долго будет радовать своих подданных и крепким здоровьем, и ясностью ума, — тут же отреагировал Сергей.

По удивленному лицу Его Высочества и пристальному взгляду Ефимов понял, что только что сказал либо что-то очень важное, либо сморозил откровенную глупость. Удивление Уильяма заметили и женщины. Повисла пауза.

— Осенью прошлого года, как раз после того, как в Букингемском дворце посмотрели "Крымский вальс" — наконец заговорил Принц, — Её Величество рассказывала об одном разговоре с молодым человеком, который состоялся много лет назад. Причем, Вашим соотечественником, насколько я понял. Тогда, по её словам, тоже речь шла о её здоровье и долголетии. И Её Величество высказала сожаление, что очень необычный проект, который этот молодой человек пытался осуществить, так и остался нереализованным. А также выразила надежду, что Ваши оригинальные попытки объединения усилий разных стран для реализации крупных проектов будут более успешными.

Ефимовы, удивлённо переглянувшись, горячо поблагодарили за высочайшее внимание и лестную оценку и на этом, собственно, аудиенция, если эту встречу можно было так назвать, закончилась.

* * *

Выйдя в коридор, Ефимовы увидели слоняющуюся рядом свою молодежь. Компанию им составлял Плетнёв. Девушки, чуть не лопающиеся от любопытства, тут же взяли в оборот Шуру, выпытывая, о чем был разговор с принцем Уильямом и Кэтрин.

— Да о детях в основном, — разочаровала их Санечка.

А Леонид Михайлович, подхватил Сергея под руку и отвел его чуть в сторону. Потом, отступив на шаг, с чувством пожал руку и, немного волнуясь, сказал:

— Я очень рад, что несколько лет назад познакомился с Вами. Именно в этом зале. И горжусь этим знакомством. И прекрасно помню, что Вы говорили о своих мечтах. А сегодня увидел, что и последнее, о чем Вы тогда, в нашу первую встречу, говорили, начало сбываться.

— Спасибо! — Ефимов даже слегка растерялся от такого бурного проявления чувств.

— А еще Вы говорили о мечте, не связанной с танцами. Там, надеюсь, всё продвигается так же успешно?

— Пока нет, — вздохнул Сергей, — но у меня появилась надежда!

Эпилог

Спустя ровно три года, день в день, с момента только что описанного разговора, Сергей Михайлович Ефимов сидел в кабинете Президента Российской Федерации и изо всех сил старался оставаться спокойным. После прочтения двух страниц документа, показанного ему только сейчас Дмитрием Анатольевичем Медведевым, получалось… не очень.

— Это Вы таким образом нас на прочность испытывали?! — совсем скрыть раздражение всё-таки не удалось.

— Ну что Вы! — Президент едва заметно улыбнулся, — Просто нам было жизненно важно понять, можно ли в рамках действующего законодательства решать такого рода и такого масштаба проблемы. Подчеркну, исключительно(!) в рамках законодательства.

— Ну да, ну да! — саркастически хмыкнул Ефимов, — исключительно частная компания борется с "оборотнями в погонах" чуть ли не в масштабах всей страны. А государство спокойно стоит в сторонке и просто наблюдает за сражением комнатной собачки со сворой шакалов.

— Не преувеличивайте! На комнатную собачку вы давным-давно перестали быть похожими.

Сергей на это только грустно улыбнулся, вспоминая, чего стоили ему, Долинину и Разумовскому эти прошедшие три года.

Через неделю после возвращения из Англии обворовали один из крупных складов "Всё для всех". С самого начала вся эта история выглядела как-то странно. При очень и очень серьёзной подготовке к ограблению (усыпили охрану каким-то газом через систему вентиляции, вывели из строя наружные камеры видеонаблюдения, петли на дверях срезали чуть ли не плазменной горелкой…), товара вынесли всего на двести семьдесят тысяч. Перепортили, правда, примерно на столько же. А вот во время следственных действий начались серьёзные неприятности. Оказались подменены некоторые финансовые документы. На основании этого уже против интернет-магазина, точнее — против склада, который, к счастью, был отдельным юридическим лицом, возбудили аж целых три уголовных дела. Все попытки показать, что изъятые документы — фальшивка, внаглую игнорировались. Понадобилось почти два месяца работы двух весьма и весьма грамотных и, одновременно, ушлых, адвокатов, чтобы доказать, казалось бы, очевидные вещи.

А потом началось долгое, муторное, выматывающее нервы, разбирательство, временами переходящее в острую конфронтацию и с МВД, и с прокуратурой. Разумовский и его люди довольно быстро, всего за три недели, нашли исполнителей и сдали их ещё не переименованной милиции. Организаторов и заказчиков тоже получилось вычислить, хотя и не так быстро. А вот с доказательствами были проблемы. Ефимову тогда с огромным трудом удалось убедить Германа Степановича не останавливаться на полдороге, а довести дело до посадки этих гнид, не взирая на затраты сил, времени и денег. Сергей чувствовал, что вся эта ситуация — скорее всего — чья-то месть за "Золотую Антилопу", уж больно резонансным было её обсуждение и слишком часто это шоу поминали все, кому не лень. И, с другой стороны, он, прекрасно понимал, что, если ограничиться только исполнителями, дав свести дело к банальной краже, похожие наезды будут повторяться вновь и вновь. Поэтому он выделил Дмитрию Александровичу приличную сумму из личных средств на наем и лучших адвокатов, и разрешил Разумовскому задействовать все свои сохранившиеся связи, оплачивая его бывшим коллегам и их "смежникам" взятые за свой счет отпуска. В этих самых отпусках они просто выступали в роли частных детективов. Эти разрешения на внеочередные отпуска, кстати, были единственной помощью, которую удалось получить от Андрея Олеговича. Насчет чего-либо сверх этого тот, беспомощно разведя руками, сказал: "Я всё прекрасно понимаю, но мне поставили очень жесткие рамки, выйти за которые я не имею ни малейшей возможности. И при этом я очень надеюсь, что у Вас с Разумовским всё получится".