Куджо
Шрифт:
Водитель грузовика с женой зашли в магазин. Стив, улыбаясь, вышел к ним, держа руки в карманах. Женщина немедленно улыбнулась в ответ.
— Привет, чем могу помочь? — спросил он, про себя решив отправить письмо сразу же после их ухода.
В тот же вечер, когда красное солнце уже нависло над горизонтом, Вик Трентон в рубашке, обернутой вокруг талии, копался в недрах «пинто», принадлежащего его жене. Донна стояла рядом, выглядя удивительно юной и свежей в белых шортах и красной безрукавке. Тэд в одних трусиках без устали гонял по двору на велосипеде.
— Попей чаю, — сказала Донна Вику.
— Угу, — стакан исчез за капотом машины. Вик сделал пару глотков и,
— Браво, — сказал он. — Прекрасная реакция. Она улыбнулась.
— Я просто знаю: уж если ты чем-то занят, то все. Гляди в оба и только успевай ловить.
Они улыбнулись друг другу. «Хороший момент, — подумал Вик. Может, виной тому его воображение, но ему казалось, что таких моментов в их жизни становилось все меньше. Перебранки по пустякам, холодное молчание или — что еще хуже — полное безразличие. Он не знал причины, но был признателен и за эту улыбку.
— Так что там с моим гробом на колесах?
— Карбюратор, — Вик ткнул в нужном направлении отверткой. — Похоже, клапан отходит.
— А это плохо?
— Да нет, — сказал он, — только в любую минуту он может полететь. Этот клапан контролирует поступление бензина, а без бензина машина не поедет. Закон природы, малышка.
— Па, ты меня покачаешь?
— Да, подожди немного.
— Я буду сзади.
И Тэд устремился к качелям, стоящим за домом. Вик соорудил их прошлым летом, обложившись планами и прикладываясь в процессе работы к джину с тоником под аккомпанемент транзистора. Тэд, тогда еще трехлетний, молча сидел рядышком и смотрел на отца, обхватив ладонями подбородок. Это было хорошее лето, не такое жаркое. Казалось, что и Донна, наконец, поняла, что Мэн, Касл-Рок, «Эд Уоркс» не так уж плохи.
Но потом все покатилось под откос, и хуже всего было чувство безысходности, иногда возникающее у них обоих. Вещи в доме стали менять места, будто сдвинутые чьей-то невидимой рукой. У него возникло дурацкое ощущение, что Донна слишком часто меняет простыни. Они всякий раз казались совершенно свежими, и однажды в его голове эхом всплыл старый, как мир, вопрос: «Кто спал в моей кровати?»
Но теперь положение немного исправилось. Если бы не дурацкое дело с «Красной клубникой» и не предстоящая поездка, он бы даже мог решить, что лето выдалось на славу. Оно еще могло таким стать. Не все потеряно. Он верил в это, хоть и без особой надежды.
— Тэд! — Крикнула Донна. — Ставь велосипед в гараж.
— Ну ма-а-м!
— Давай-давай, сударь.
— Су-удырь, — повторил Тэд и рассмеялся. — Мам, а ты тоже не ставишь машину в гараж.
— Мою машину папа чинит.
— А…
— Слушай маму, Тэдди, — вмешался Вик из-под капота. — Я скоро закончу.
Тэд влез на велосипед и покатил в гараж, сопровождая это громким воем, наподобие сирены.
— Ты что, уже все? — спросила Донна.
— Я только посмотрел. У меня нет нужных инструментов. Если я попытаюсь лезть туда, может случится хуже.
— Ч-черт, — сказала она с досадой и пнула колесо. — Это обязательно случится где-нибудь в дороге. — «Пинто» был еще совсем новый и успел наездить не больше 20000 миль.
— Это тоже закон природы, — сказал Вик, завинчивая шурупы.
— Наверное, придется свозить его в Сауз-Пэрис, пока тебя не будет. Как ты думаешь, он доедет?
— Доедет, но я не советую. Езжай лучше к Джо Кэмберу. Это всего семь миль отсюда, а делает он хорошо. Помнишь то колесо в «Ягуаре»? Он взял всего десять долларов. Если бы я поехал в Портленд, меня бы распотрошили там, как кролика.
— Этот тип заставил меня поволноваться, — заметила Донна.
— Как
это?— Сильно уж у него глаза озабоченные.
— Дорогая, я думаю, у него не мало забот, — улыбнулся Вик.
— Но это не повод, чтобы так пялиться на женщину. Он просто раздевал меня глазами, — она промолчала, глядя на закатный свет, и опять посмотрела на него. — У некоторых людей такой вид, будто они подставляют всех встречных женщин на роль в порнофильме.
У него опять возникло неприятное чувство. Он не спал с ней уже месяц, и сегодня ему тоже не хотелось.
— Он же безвреден. У него жена, сын…
— Да, наверное, — но она скрестила руки на груди и спрятала локти в ладони, что выдавало волнение.
— Ну, как хочешь, — сказал он. — Я могу сам отогнать машину туда в субботу, если хочешь. Может, он согласится починить ее сразу же. Я еще пива с ним выпью и на собаку посмотрю. Помнишь этого сенбернара?
Донна усмехнулась.
— Даже имя помню. Как он обслюнявил Тэда. Ты помнишь? Вик кивнул.
— Тэд потом не отходил от него. «Ку-у-джо». Эй, Ку-у-джо!»
Они рассмеялись. Вик со стуком захлопнул капот.
— О-о-о, балда! — простонала она. — Там же стоял твой чай!
У него был такой комично-растерянный вид, что она не выдержала и рассмеялась. Через минуту он присоединился к ней. Наконец они в изнеможении упали друг другу в объятия, как двое пьяниц. Тэд даже прибежал посмотреть, что случилось. Убедившись, что все в порядке, он тоже начал смеяться.
А в это время в двух милях от них Стив Кемп опускал письмо в почтовый ящик.
Позже, когда солнце зашло, жара немного спала и в воздухе закружились первые светляки, Вик качал сына на качелях.
— Выше, папа! Выше!
— Еще немного, и ты сделаешь мертвую петлю.
— Выше! Выше!
Вик толкнул качели прямо к небу, где уже зажигались первые звезды. Тэд радостно завизжал.
— Ух ты, здорово! Качни еще!
Вик снова толкнул качели. Тетя Эвви жила неподалеку, и радостно-испуганные крики Тэда были последними звуками, которые она услышала перед смертью. Ее сердце внезапно толкнулось наружу; стены комнаты пошатнулись; чашка кофе выпала из рук. Сначала ей показалось, что ребенок кричит от радости, но когда она вместе со стулом начала опрокидываться назад, этот крик показался ей криком боли, криком агонии; потом все пропало, и когда на другой день племянница зашла ее проведать, кофе остыл, сигарета превратилась в столбик пепла, а вставная челюсть торчала из раскрытого рта, как пожелтевший частокол.
Тэд с Виком сидели на крыльце. Тэд пил молоко, Вик — пиво.
— Па?
— Что?
— Не уезжай.
— Я скоро вернусь.
— Да, но…
Тэд смотрел вниз, пытаясь не зареветь. Вик положил ему руку на плечо.
— Что с тобой такое?
— Кто будет говорить слова, чтобы отпугнуть монстров от моего шкафа? Мама их не знает! Только ты знаешь! На этот раз он не сдержал слез.
— И это все? — спросил Вик.
Слова от Монстров (Вик сперва назвал их Заклинаниями, но Тэд не знал этого слова) появились в конце весны, иногда Тэду стали мерещиться ночные страхи. Он говорил, что в шкафу у него кто-то сидит; иногда ночью дверца шкафа открывалась, и он видел там кого-то с желтыми глазами, кто хотел его съесть. Донна думала, что это все влияние книжки Мориса Сендака, а Вик высказывал Роджеру (но не Донне) мысль, что Тэд могу услышать где-нибудь об убийствах в Касл-Роке и решить, что убийца — который стал чем-то вроде местного пугала — прячется у него в шкафу. Роджер соглашался, что такое может быть: с детьми возможно все.