Кукольная королева

— А как же ты тогда относишься к Ленмариэль Бьорк?

— Она была совсем не такой, как остальные оборотни!

Алексас вздохнул.

— Не волнуйся, братишка, — сказал он рассудительно. — Герланд и Найдж наверняка в Адаманте, перстень родителей при нас… продадим его, экипируемся и доберёмся до штаб-квартиры. Обещаю. С этой милой семейкой или без них, не суть важно. Хотя с семейкой, думаю, будет проще.

Алексас мельком оглянулся на запертую дверь, словно мог сквозь неё снова увидеть «порождение Мирк». Копна бледно-золотистых локонов, лицо сердечком с блеклой россыпью веснушек, лёгкая курносость и тень ресниц на щеках… он не назвал бы её красавицей, но было в ней что-то притягательное. Маленькая, хрупкая, с доверчивым серебряным взглядом по-кошачьи раскосых, широко расставленных глаз — дочь дэя походила на дорогую фарфоровую куклу, которую хотелось завернуть в шелка и ревниво спрятать подальше от грубости чужих рук.

— Знаешь, иногда мне жаль, что я не люблю проигрывать, — негромко произнес он. — Особенно тебе.

— Почему?

Юноша тонко улыбнулся:

— Иначе я бы подумал над тем, так ли страшны траты, связанные с покупкой полного собрания сочинений Джорданесса.

— И что же, папенька, — осведомилась Таша, когда шаги Алексаса стихли вдали, — вы хотели со мной обсудить?

— Не сердитесь, Таша, — мирно произнёс Арон. — У меня не было никакого желания объяснять этому молодому человеку всю ситуацию, а его фантазию необходимо было осечь.

Пояснений, какие именно фантазии могло породить воображение Алексаса при взгляде на них с Ароном, Таше не потребовалось.

— Всё так страшно? — поинтересовалась она, слегка покраснев.

— Почти, — подтвердил дэй. — Итак, дело в том, что он хотел кое о чём нас попросить.

— А именно?

— Чтобы мы ему помогли. В данном случае, как я думаю, под помощью будет подразумеваться его сопровождение в Адамант.

Таша нахмурилась; она не имела ни малейшего понятия, что им делать и куда двигаться дальше, но путешествие в столицу было последним, что могло бы прийти ей на ум.

— А почему он не может сделать это один?

— Учитывая, что король знает о разгуливающем на свободе юном мятежнике, — его уже ищут, как мы могли убедиться, и продолжат искать. На наше счастье, тихо и незаметно: думаю, король захочет избежать огласки того, что кто-то из заговорщиков сумел ускользнуть из его лап. Соблюдение секретности немного свяжет им руки, но одинокий юноша вызовет у соглядатаев куда больший интерес, чем юноша в нашем обществе, — пояснил дэй. — К тому же… если что, я смогу отвести от нас все подозрения.

— Красноречивым взглядом, который заставит соглядатаев усомниться в вере глазам своим?

— Именно. — Арон извлек откуда-то из складок фортэньи вдвое сложенный пергамент. — На самом деле его историю и его затруднения я узнал ещё до того, как вы проснулись. А потому утром раздобыл для него новую дорожную грамоту.

— Как? — охнула Таша.

— Не суть важно, но выглядит она очень убедительно. Теперь всё зависит от вас. Хотите ли вы помочь заговорщикам и взять на себя дополнительный риск? Да — они путешествуют с нами. Нет — я отдам им грамоту, тем самым исполнив свой долг, и благословлю на все четыре стороны.

Таша опустила голову.

Адамант. Столица. Общество заговорщиков. Стоит ей сказать своё имя… и что будет тогда?

Я больше не буду одна, подумала Таша. Там будут люди, готовые защитить нас с Лив от любой опасности. И…

Я могу стать королевой.

«Моя принцесса», называла её Мариэль. Мама воспитывала её принцессой. Надеялась, наверное, что когда-нибудь она действительно сможет стать принцессой…

Но есть ли у Таши силы, чтобы ей быть?

Она обречённо прикрыла глаза — слушая молчание Арона, ждавшего её ответа.

Даже если Богиня будет ей благоволить, сможет ли она пойти по дороге войны и крови? Свергнуть мудрого и дальновидного короля? А ведь столичная штаб-квартира в любой момент может повторить судьбу подгорной штаб-квартиры…

Когда Таша вскинула голову, лицо её было спокойно.

Нет.

Я не имею права подвергать Лив такой опасности.

И призрак одобрения, померещившийся ей в лице Арона, окончательно убедил её в правильности решения.

— Я хочу им помочь, — твёрдо произнесла она. — И помогу по мере своих возможностей, только вот… у меня не так много денег, а им ведь понадобится лошадь, одежда…

— У них есть при себе то, за что можно выручить неплохие средства. На всю экипировку, положим, не хватит, но всё же. Однако, — дэй внимательно смотрел на неё, — сможете ли вы терпеть рядом с собой присутствие такого человека, как Алексас Сэмпер?

Вопрос был довольно неожиданным.

— И что он за человек? — уточнила Таша.

— А у вас не возникло никаких догадок?

— Вы явно знаете больше меня.

— Что ж, скажу то, в чём уверен. Он бесстрашный воин, блестящий фехтовальщик, любящий брат, порядочный фат и неисправимый ловелас.

На последних словах Таше наконец стало ясно, к чему клонил дэй.

— Прямо-таки неисправимый? — она недоверчиво улыбнулась. — В его-то возрасте?

— До сегодняшнего дня — увы. А если учесть, что карьеру соблазнителя он начал в четырнадцать, для исправления срок у него был порядочный, — Арон рассеянно расправил складки своей накидки. — Так что скажете?

Таша задумчиво подпёрла подбородок рукой:

— Интересная личность.

— Не спорю. Но не самое лучшее дополнение такой компании, как наша.

— А зачем тогда вы меня спрашиваете? Вы же знаете, что… я вам доверяю.

— Всё не так просто, — дэй устало прикрыл глаза. — Не стоит забывать о Джеми Сэмпере. Большую часть своей короткой жизни этот мальчик провёл в домашней библиотеке. В городе он мгновенно теряется, без руководства брата не может ступить ни шагу. Он отличный колдун и отнюдь не трус, но его мутит от одной мысли о пролитии чьей-то крови. Он терпеть не может любую нечисть, но готов пожертвовать всем ради первого встречного человека в беде. И что в итоге получается?

— Недееспособная высоконравственная сомнамбула? — предположила Таша.