Курьер
Шрифт:
– Какой враг, какой неприятель? Мне что, придется послания передавать султану?
– Не исключено.
– Не понял…
– Ты же курьер. Наша основная задача – связь с агентами, работающими за линией фронта. А они уже, случись такая нужда, могут часть твоей информации и до султана довести.
– Погодите, мне не сказали…
– И были правы, – перебил наставник. – В армии всей правды не говорит никто. Но изредка у нас действительно бывают тыловые задания.
Меня снова подставили. Но на этот раз я даже не мог назначить кого-либо виноватым. Леди Вализа? Эта явно ни при чем. А окажись на ее месте другая? Ну обошлось бы без драки. Капитан
Боевая магия действительно не причиняла мне особого вреда. Огненные шары таяли в двух шагах, удушающие заклятия просто щекотали ноздри, убийственные ледяные и водные потоки выпадали мелким дождем или снегом, и даже смерчи затихали, стоило им приблизиться на десять саженей, а земля под ногами, вместо того чтобы разверзнуться глубоким ущельем, лишь покрывалась мелкими трещинами.
Наш курьерский волшебник объяснил это тем, что внешние, или, как их еще называли, стихийные, заклинания распадались при столкновении с моей аурой. Понапридумывают же заумных словечек, а мне – ломай голову.
Приблизительно так же обстояли дела и с внутренними чарами. Магия крови ощущалась холодом на кончиках пальцев, колдовство разума вызывало легкую тошноту. Чего на мне не успели опробовать, так это чары жизни и смерти. Просто специалистов в городе не нашлось. И слава богам, а то мало ли какие последствия…
Уроки колдуна в моей учебе были самыми нудными, его бормотание навевало смертельную тоску, однако все его наставления я мог повторить слово в слово. Ничего не поделаешь – наградили боги памятью! Да еще вторую дали зачем-то.
Новые знания усложнили и без того нелегкую жизнь дурацкими мыслями: «Если магия мне нипочем, как она добралась до щита? Почему артефакт сумел защитить взвод от стрел, когда я находился рядом?»
Подумать только – месяц назад мне бы подобное даже в кошмарном сне не привиделось. А тут… Столько всего и сразу… У другого наверняка бы головушка не выдержала. Кстати о ней. Каким образом волшебники загружают туда послание?
Попытался выяснить у Гришала.
– Не засоряй мозги тем, о чем нам знать не положено, – ответил наставник. – И вообще, готовься. Тебе завтра предстоит дальний путь. За линию фронта.
– Ого! Почему сразу к луринийцам?
– Приказ высокого командования.
– А вдруг я не справлюсь?
– Найдут другого.
– Так, может, сразу другого и послать?
– Хочешь предложить это нашему лейтенанту? – усмехнулся унтер.
– Нет, – ответил, не задумываясь.
По рассказам, командир курьерской службы второго легиона видел в подчиненных едва ли не личных врагов. По любому поводу, а чаще и без него, следовали наказания. Стоило в свободное время попасться на глаза начальнику, и невезучего отправляли на полосу препятствий, где после получасового преодоления весьма болезненных приспособлений редко кто мог добраться до целителя своим ходом.
К счастью, у нас с Гришалом свободного времени не имелось в принципе. Подъем за час до рассвета, завтрак, пробежка до полигона. И занятия, занятия, занятия. До полуночи.
– Задание несложное, – начал объяснять наставник. – Добраться до Цескима (это приграничный городок в семи милях от передовой), найти нашего агента (адресок тебе выдадут), передать ему информацию и вернуться назад.
– А если меня схватят? Я же не подданный султана.
– Подумаешь, невидаль!
В приграничной полосе испокон веку все так перемешалось… И война в этом смысле ничего не изменила, в особенности – для контрабандистов. С ними ты завтра и выступаешь.– С преступниками?
– Конечно. Самый надежный способ. Там тоже есть наши люди.
Сразу после обеда меня вызвали к лейтенанту. Легенду менять не стали, поскольку вечером мне следовало находиться на хуторе Холмово, мимо которого пройдет отряд контрабандистов.
– Запомни, Сарин: на закате ты будешь копаться на огороде тетушки. Один из носильщиков каравана подвернет ногу, и контрабандистам срочно понадобится замена. Они станут предлагать серебряный, но меньше чем за три не соглашайся. В предместьях Цескима преступники оставят груз и день-другой будут ждать нового. За это время наведаешься к Варкасу. Он снимет информацию и загрузит другую. Возвращаешься тем же образом. Все ясно?
– Так точно!
Все было ясно и просто до того момента, как я постучал в дверь по указанному адресу.
– Здравствуйте. Господин Варкас дома? – неуверенно спросил я, поняв, что внутри находятся явно не те, кто мне нужен.
– Заходи, дорогой. Все дома, только тебя ждем. – Двое встречали, еще парочка перекрывала путь к отступлению.
Как там говорил капитан: «Риск отдать концы поменьше»? А мне вот «повезло» сразу. И, судя по тому, как они обрадовались, вряд ли поверят в легенду.
– А вы кто – друзья Варкаса?
– Самые близкие, уважаемый. Мы его в последний путь проводили.
– Он умер? Ой как нехорошо получилось. Извините, тогда мне лучше вернуться домой.
– Как, неужели и на могилку не заглянешь? Мы проводим.
«Меня до могилы должна довести красивая девушка, а не эти громилы. Интересно, с четырьмя справиться сумею? Пожалуй, пробовать не стоит. Вдруг легенда все-таки сработает?»
Не сработала. В городской тюрьме меня внимательно выслушали, потом пригласили местного чародея, которому не удалось прощупать меня магией. Колдун рассердился и привел начальника, Гришал показывал портрет этого хана. Тот распорядился поместить меня с утра в экзотическую камеру…
Сидеть подобно диковинному зверю в клетке посреди базарной площади – удовольствие само по себе не из приятных, а в такой компании – и подавно. По приказу местного хана Рунзеха (провались он, как говорит Лехан, трижды в цехмерские топи!) ко мне подселили необычную сокамерницу, решив с ее помощью сразу несколько проблем. Во-первых, выставили на всеобщее обозрение в надежде, что кто-то из горожан узнает чужестранца, во-вторых, обошлись без стражников, а в-третьих, пресекли на корню любые попытки посторонних приблизиться к пленнику: лишь взглянув на мою «милую» соседку, горожане благоразумно отходили на безопасное расстояние.
Угораздило же так вляпаться!
И теперь сидеть мне в этой клетке, пока в Цеским не прибудет особый маг-дознаватель. Местный оказался слабоват для моих мозгов, наверное, вторая память поработала, и за специалистом послали к соседям. Не поверили, гады, печальной истории о бедном кузнеце, решившем немного подзаработать у богатого дядиного приятеля. В результате – одна камера на двоих, где неизвестно насколько застряли я и она.
Я – курьер второго легиона Сарин Дюзан, она – пятиаршинная пустынная гадюка гурана. Плевок этого червячка, как объяснили стражники, с легкостью разъедает толстую кожу варанги, а яд убивает самое крупное животное песков за три минуты. Соседство, прямо скажу, не из приятных.