Кусака

Танк пыхтел, как кузнечные мехи. Из-под прикрывающего голову шлема на лицо обильно стекала кровь.

— Что, раздолбаи мокрожопые! Веселья захотелось? — крикнул он. — Ну, так веселитесь! — И с ревом прорвался из зала в самую гущу врагов.

Оцепенение Дифин рассеялось. К лицу снова прихлынула краска. Дрожа крупной дрожью, она упала на колени, повторяя: «Ку-сака. Ку-сака. Ку-сака».

Сквозь гудение клаксонов Джесси расслышала, как в буфете задребезжали чашки.

О шлем Танка вдребезги разлетелась пивная бутылка. Он ткнул кулаком в лицо Джоя Гарраконе, получил по спине цепью и пошатнулся. Кто-то прыгнул на него с машины. Потом на Танка приземлились еще двое и стащили его, еще размахивающего кулаками, вниз.

— Бей их! — Глаза Бобби Клэя горели яростной жаждой человекоубийства. Он проскочил через разбитую витрину зала, за ним последовали Джек Досс, Отрава и прочие Щепы, въехавшие в нее на грузовике. Замелькали кулаки и цепи, в воздухе носились бутылки. Рик ринулся в свалку, Зарра не отставал. Коди сорвал со своего ремня еще один разводной ключ и нетвердым шагом двинулся наружу. Мышцы болели, но кровь звенела, требуя насилия.

А примерно в двадцати ярдах от места потасовки в патрульной машине сидел, вцепившись в руль потными руками, Эд Вэнс и слушал, как в том уголке его сознания, где обитал испуганный толстый мальчишка, звучит монотонный напев: «Бурро! Бурро! Бурро!»

Он почувствовал, как машина содрогнулась, и в следующий момент понял — нет, не машина. Земля.

— Ку-сака. Ку-сака. Ку-сака, — повторяла Дифин с расширившимися от ужаса глазами. Она потащилась в угол, под тикающие часы-кошку, и стала пытаться сложить свое тело, как человек-змея.

В шкафах подпрыгивали стаканы. Теперь и Джесси, и Том, и Роудс — все сумели почувствовать, что пол задрожал. Буфет распахнулся, на пол хлынули кофейные чашки. Стены скрипели и трещали, как крохотные бенгальские огни.

— О… Господи… — прошептал Роудс.

Джесси нагнулась к Дифин, которая ужала тело, приняв такую позу, что суставы Стиви едва не лопались.

— Что это было? — Пол завибрировал еще сильнее. — Дифин, что это было?

— Ку-сака, — повторило существо, глядя мимо Джесси неподвижными остекленевшими глазами. — Ку-сака. Ку-сака.

Люстра закачалась.

Клаксон патрульной машины затрубил, хотя Вэнс до него не дотрагивался. «Боже Всемогущий!» — подумал он и выкарабкался из машины. И даже сквозь подметки почувствовал, как дрожит земля. Слышался басистый грохот, словно где-то терлись друг о друга тяжелые каменные плиты.

Танк дрался не на жизнь, а на смерть. Скотина замахнулась битой на Отраву. Та увернулась и отступила, шипя ругательства. Рик повсюду видел силуэты дерущихся. Его рука потянулась к Клыку Иисуса, но пальцы не сжали рукоять ножа. Он услышал, как взвизгнули шины, оглянулся и увидел, что по улице катят еще две машины, битком набитые Щепами. Не успели они остановиться, как пассажиры повыскакивали и присоединились к свалке. В плечо Рику угодила шальная бутылка. Он споткнулся о дерущихся, упал и уже собирался подняться, приложив к этому все усилия, когда почувствовал, что бетон дрожит, и подумал: «Что за черт?.». Барабанные перепонки Рика заныли, в костях запульсировала низкая басовая нота. Он посмотрел вверх, и у него захватило дух.

С неба на Инферно опускалась шаровая молния.

Рик встал. Шаровая молния росла. Кто-то из Щепов ухватил его за рубаху и размахнулся, чтобы врезать как следует, но Рик яростно и презрительно отбросил пацана в сторону. Улица дрожала. Рик закричал: «Стоп! Прекратить!», но драка, кипевшая вокруг, была слишком ожесточенной, никто его не слушал. Он снова посмотрел наверх. Мимо, пошатываясь, прошел один из Гремучек с окровавленным лицом и толкнул Рика. Улицу лизнуло оранжевое свечение шаровой молнии.

Вэнс, который стоял позади Рика, тоже увидел огненный шар. Жмуря глаза от ослепительного сияния, он почувствовал, что сердце подкатило к горлу и застряло там, как лимон. «Конец света», — подумал он, не в силах ни крикнуть, ни убежать. Казалось, огненный шар падает прямо на него.

— Послушайте! — завопил Рик. Он нырнул в гущу драки, пытаясь на секунду разделить бойцов.

И тут лицом к лицу столкнулся с Коди Локеттом.

Кости Коди пульсировали болью, в ушах от давления на перепонки громко стучало, но он думал, что сказываются полученные в драке повреждения. Теперь, однако, парнишка заметил оранжевое сияние, но не успел он задрать голову, как наткнулся на Рика Хурадо. Первой мыслью Коди было, что у Хурадо нож и бить надо первым. Он занес гаечный ключ, чтобы врезать противнику по черепу.

Рик перехватил его руку.

— Нет! — крикнул он. — Нет, послушай…

Коди саданул его коленом в живот, так, что Рику стало нечем дышать, и вырвал руку, чтобы обрушить свое оружие на затылок Хурадо.

Дифин пронзительно закричала.

Огненный шар, диаметр которого составлял почти двести футов, с ревом рухнул на автодвор Мэка Кейда, взметнув в воздух тучи пыли и куски машин. От потрясшей землю ударной волны по улицам Инферно и Окраины побежали трещины, в домах вылетели окна, а Коди Локетта сбило с ног, и гаечный ключ не успел опуститься. Металлическое ограждение автодвора повалилось, его куски смертоносными коршунами разлетелись в стороны. Разбились глядевшие на запад окна Первого Техасского банка. Долей секунды позже вылетели восточные окна — это с ревом прокатилась ударная волна. Электрическое табло, показывавшее 85 градусов по Фаренгейту, 21:49, погасло.

Дом Хэммондов содрогнулся. Пол встряхнуло, сочленения от нажима пронзительно взвизгнули. Джесси кинулась на пол, и Том последовал ее примеру, потому что южные окна вылетели, Роудса же отбросило на стену и подбросило, будто ударная волна превратила ее в огромную горячую сковородку.

Когда раздался удар и налетел ветер, Палома с Мирандой были в доме. Полы вдруг заплясали, из стен полетела пыль, и женщины ухватились друг за друга. Вокруг летело стекло, полочка Паломы, на которой стояла керамика, оборвалась, и обеих женщин сбило с ног — сквозь дом прокатился низкий рев.

С некоторых домов Окраины сорвало выбеленные солнцем крыши и понесло по воздуху. Крест на шпиле католической церкви покривило.

Выброшенная из кровати Рут Туилли завизжала «Нооооой!», а ее сын тем временем укрывал в кабинете лицо от летящего стекла. В часовне гробы качались, как колыбели.

Сержант Деннисон на своем крыльце крикнул «Получено сообщение!» и очнулся от сна, обнаружив, что вокруг бушует пыльная буря, в ушах звенит, а стальная пластинка под черепом ухает, как дьявольская наковальня. Бегун запрыгнул к Сержанту на колени и сидел там, дрожа. Сержант нервно потрепал черно-белый пятнистый загривок невидимого пса.

По всей Кобре-роуд и Селеста-стрит пронзительно заливалась сигнализация. Собаки выли. Три уцелевших городских светофора скрипели на проводах, четвертый, на пересечении Оукли и Селеста-стрит, сорвался на мостовую и разбился.

В доме Керта Локетта с лязгом растворились ставни, застонали стены, а Керт с широко раскрытыми глазами лежал в темноте на пропотевшей постели.

Сотрясение катилось призрачными волнами, и ночные твари стремглав разбегались по норам.