Лабиринт удачи

Дайана неспешно скользнула по нему взглядом. Светлые волосы, голубые глаза, добродушная физиономия… И еще роскошные мускулы, по которым она так часто скользила ладонями во время интимной близости. Почему же сейчас все это потеряло былую привлекательность?

– Суть вопроса проста: что такого есть в твоей новой подружке, что позволило ей затмить меня?

Произнося эти слова, Дайана не удержалась и вновь покосилась на свое зеркальное отражение.

Ответ Мика оказался совершенно бесхитростным.

– Лиззи была не прочь заняться сексом на том новом тренажере, помнишь? Ты даже не представляешь, что мы с ней проделывали на этой штуковине!
– Его глаза озорно блеснули.

Дайана поняла, о чем идет речь, и в ее мозгу тотчас вспыхнул яркий образ Мика и мужеподобной Лиззи, проделывающих не совсем обычные упражнения на горизонтальном тренажере с подвижным сиденьем. Это устройство было специально изобретено для разработки тазобедренных мышц.

Так вот в чем дело!
– подумала она. Оказывается, моя внешность здесь ни при чем. Да и я сама тоже. Этого мужлана интересовало лишь осуществление собственных эротических прихотей. Он просто использовал меня. Атак как я не спешила идти навстречу его желаниям, он подыскал мне замену. Как говорится, ларчик просто открывался. Что ж, так тому и быть.

– Ну почему, прекрасно представляю, - сухо произнесла Дайана.
– С воображением у меня все в порядке.

Ей показалось, что по лицу Мика скользнула тень смущения. Впрочем, впечатление было так мимолетно, что Дайана засомневалась, не привиделось ли ей это.

Скорее всего, я выдаю желаемое за действительное, пронеслось в ее голове. Вряд ли Мик способен испытывать столь тонкие эмоции.

– Рада за тебя, - сказала она.
– И за.., э-э…

Лиззи тоже. Желаю вам всяческих благ.
– Щелкнув замком, Дайана распахнула дверь.

– Я… - Не найдя, что сказать, Мик вышел за порог и уже там добавил:

– И тебе того же.
– Напоследок бросив на Дайану взгляд, он сбежал по ступенькам.

Вскоре хлопнула дверь подъезда, после чего наступила тишина. А для Дайаны настал период раздумий.

* 2 *

Вернувшись домой, она поместила авиационный билет перед зеркалом трюмо, чтобы находился на виду, а сама принялась поскорее освобождаться от жакета и короткой юбки. Деловой костюм хоть и был сшит из льняной ткани, но изрядно надоел Дайане за день. Лето выдалось жарким, к тому же в последнее время зачастили дожди, началась духота, порой становившаяся невыносимой. Поэтому любая тесная или сковывающая движения одежда вызывала раздражение и казалась неуместной.

Раздевшись донага, Дайана босиком направилась в ванную. Когда она ступила на прохладный кафель пола, на ее губах невольно возникла улыбка

– настолько приятным оказалось это ощущение.

Дайана вошла в прозрачную кабинку душа, включила и отрегулировала воду и с наслаждением подставила лицо под прохладные струи.

Ей припомнился день, когда она последний раз принимала душ не одна, а, так сказать, в приятном обществе. Тогда компанию ей составил Мик. И конечно, совместное омовение закончилось сексом, прямо здесь, в душевой кабинке.

При воспоминании о Мике брови Дайаны хмуро сошлись у переносицы. После разрыва с ним она постаралась поскорее все забыть, но из этого мало что получилось. Мик задел ее за живое. Вернее, не он сам - в конце концов Мик всего лишь очередной партнер в жизни Дайаны и вообще мужчина, а с них, как известно, взятки гладки, - но вся эта история.

Дайана взяла со стеклянной полочки флакон с шампунем, задумчиво отвинтила крышечку и плеснула на ладонь немного тягучего содержимого. Затем неспешно намылила темные шелковистые волосы, которые больше не были такими длинными, как в школьные времена. По окончании учебы Дайана укоротила их, и с тех пор они лишь едва достигали лопаток.

Вымыв голову, она вновь протянула руку к полке, на этот раз за гелем для душа. В кабинке разлился аромат миндального масла. С наслаждением вдохнув изысканный запах, Дайана принялась наносить гель на тело.

Сколько раз это проделывали с ней мужчины! Всех без исключения приводило в восторг ощущение легкого скольжения ладоней по соблазнительным изгибам, выпуклостям и впадинкам ее стройной фигуры. Эти прикосновения пьянили, будоражили, распаляли страсть - и в самой Дайане, и в мужчине, который в тот момент вел с ней эротические игры.

Да что там! Даже когда Дайана принимала душ одна, ее волновали собственные прикосновения. Дыхание учащалось, губы приоткрывались, веки незаметно опускались. Руки то и дело возвращались к самым интимным участкам тела - поглаживали упругую грудь, теребили соски, ласкали покрытую стрижеными волосками область между бедер.

Вспомнив об этом, Дайана вздохнула. Действительно, все так и было, причем еще совсем недавно. А сейчас…

С ее губ вновь слетел вздох. Все так переменилось…

Словно проверяя себя, она легонько сжала грудь, зажмурилась, прислушиваясь к своим ощущениям.., и не испытала ничего. Разумеется, у нее сохранились осязательные ощущения, но они имели к эротике лишь косвенное отношение. А где же былое возбуждение? Где приятная взвинченность, трепетное предвкушение удовольствия? Куда все подевалось?

Дайана не узнавала себя. Если бы еще совсем недавно кто-то сказал, что с ней произойдут подобные перемены, она рассмеялась бы этому человеку в лицо. Чтобы она, Дайана Старк, превратилась в холодное существо, остающееся безучастным к ласкам даже в объятиях наиболее опытного любовника? Скорее луна упадет на землю!

И тем не менее это произошло. Луна, к счастью, осталась на небесах, а вот с Дайаной что-то случилось. И, пожалуй, самым странным являлось то, что перемены даже не очень ее встревожили. Она восприняла их как своего рода облегчение, что ли. Ведь с некоторых пор ей больше не нужно было постоянно выискивать среди окружающих ее мужчин - знакомых и совершенно посторонних - потенциального сексуального партнера. Если учесть, что Дайана начала заниматься этим, едва войдя в соответственный возраст, то можно понять, насколько необычным казалось ей новое существование.

И она не лукавила перед собой, стоя в очереди перед кассой авиабилетов и размышляя о своей жизни, в том числе и о вновь обретенной способности смотреть на мужчин совершенно безучастно. Удивительно, но они как будто совсем перестали ее интересовать. Прежде у Дайаны разбегались глаза и она жалела лишь об одном: что невозможно объять необъятное. Ведь нельзя же, в самом деле, одновременно изучать внешность, характер и интимные привычки сразу нескольких парней. Если даже закрыть глаза на моральную сторону подобной идеи, все равно осуществить ее не удастся, потому что в ходе подобного общения какие-то нюансы непременно ускользнут от внимания. А Дайане очень нравилось вникать в детали.

Но то было прежде. А сейчас ее не интересовали не только всякого рода мелочи, но и их обладатели как таковые. Она перестала рассматривать мужчин как нечто достойное ее внимания. Они проходили мимо на улице, или сидели рядом на работе, или случайно задевали ее, а Дайана воспринимала это так, будто речь шла о таких же женщинах, как она сама, или, скажем, о родственниках, с которыми не может быть никаких эротических приключений. Иными словами, мужчины превратились для нее в какое-то подобие бездушных предметов обстановки.