Лагуна

Когда Эми замечает меня, она сбрасывает звонок и проходит на кухню. Опираясь плечом о дверной косяк, Эммелин бросает на меня недовольный взгляд:

– Ты ничего не перепутал? Это моя кухня.

– Так, значит, я невероятный? – Отложив пармезан, одариваю ее широкой улыбкой.

– С чего ты взял, что мы говорили о тебе?

Ухмыляюсь.

– Я тоже подумал, что речь шла не обо мне. Ведь со мной тебе гораздо лучше, чем просто «хорошо».

Она цокает, пока я мою руки, после чего в пару шагов сокращаю расстояние между нами.

– Ты проголодалась? – интересуюсь, положив ладонь ей на поясницу и притягивая к себе.

– У тебя мокрые руки. – Она складывает свои на груди, отказываясь обнимать меня в ответ, и недовольно произносит: – И почему рядом с тобой слово «мокрые» имеет сексуальный подтекст?

Я коротко смеюсь.

– Я рад, что ты голодна. Но что насчет настоящей еды?

– Ты так и не ответил на мой вопрос, почему я должна отвечать на твои?

Сдерживаю улыбку.

– Нет, я ничего не перепутал. Это чисто в оздоровительных целях. Я считаю своим долгом накормить тебя [14] .

14

Цитата Эдварда Каллена в фильме «Сумерки».

– Помимо подростковых сериалов ты еще и просмотром «Сумерек» балуешься?

Губы расплываются в улыбке.

– Мне нравится, когда ты делаешь вид, что ты стерва. Но ведь я знаю, какой нежной ты можешь быть.

– Смотри поменьше фильмов про первую любовь, а то ты слишком романтизируешь наш секс.

Я издаю смешок, а затем накрываю ее губы своими, теряясь в водовороте чувств, что испытываю рядом с ней. Она наконец перестает сдерживаться и кладет ладони мне на грудь, отвечая на поцелуй и пылко лаская своим языком мой. Я притягиваю ее ближе, наслаждаясь дрожью по телу, которая всякий раз возникает, когда я целую ее, и едва сдерживаюсь, чтобы не раздеть ее сию же секунду.

– А чем так вкусно пахнет? – шепчет Эми между поцелуями.

– Значит, проголодалась, – ухмыляюсь я. – Это зеленая гречка с беконом, пармезаном и яйцом пашот.

– М-м-м, звучит не очень. Гречка? Еще и с яйцом?

– Поверь мне, это очень вкусно.

– Ну ладно. – Она кладет руки мне на шею, обнимая. – А правила те же?

Фыркаю, прекрасно понимая, что она говорит об оргазмах, после чего вновь целую ее и произношу ей в губы:

– Кто не ест, тот не кончает.

Она утыкается лицом мне в грудь и краснеет, отчего я начинаю широко улыбаться. Я подхватываю Эми на руки, и ей приходится обхватить меня за талию своими ногами и скрестить их на моей пояснице. Вскрикнув, Эммелин крепко хватается за мои плечи, пока я тянусь к двум порциям нашего ужина и направляюсь с тарелками к столу.

– Ты что, даже не будешь надо мной издеваться и заставлять есть, пока твой язык во мне? – хихикает она, когда я опускаюсь в ротанговое кресло напротив окна, продолжая держать Эми на руках.

– Нет, у меня достаточно хорошо развита фантазия для того, чтобы не повторять одно и то же, – ухмыляюсь я.

– М-м-м. А у тебя есть хоть одна фантазия, в которой ты ешь, пока я стою перед тобой на коленях?

Я смеюсь.

– Лагуна, у меня нет фетиша еды.

– А по тебе не скажешь.

– Я просто забочусь о тебе.

– Ну да. А ты в Сиднее с клиентками тоже такой заботливый?

– Ревнуешь?

– Не дождешься.

– Я заботливый только с тобой, – шепчу я и коротко касаюсь ее губ своими.

– Если ты думаешь, что после этой фразы я должна растаять, то спешу тебя расстроить… – снова включает стерву она, и я в очередной раз затыкаю ее поцелуем.

– Я всего лишь констатировал факт. – Протянув ей ее тарелку, спрашиваю: – Как прошел твой день?

– Хочешь обсудить, как прошел мой день, пока твой стояк упирается в меня? – Она вскидывает бровь.

– Он просто очень рад тебя видеть. Даже в одежде.

Эми закатывает глаза с широкой улыбкой на лице. Любуюсь ее соблазнительными губами и искрящимися голубыми глазами, в которых я готов добровольно пойти ко дну, лишь бы только хотя бы раз увидеть в них любовь.

– Так чем ты занималась? – прочистив горло, спрашиваю я и убираю прядь ее малиновых волос за ухо.

– Правда хочешь разговаривать?

– Почему нет?

– Ну ладно… С утра был урок. Ты ведь меня… видел.

– И не только я.

– Твой брат?.. – Она прикусывает губу.

Шумно выдыхаю.

– Арчи видел, как я вылезал из твоего окна, и мне пришлось сказать. Но чем меньше людей будет знать, тем нам будет легче дольше скрывать то, что между нами.

– Мы просто спим вместе. И только, – в очередной раз поправляет меня она.

– Лагуна… – усмехаюсь я и облизываю губы. – Мы вместе.

Ее зрачки бегают по моему лицу, словно она пытается понять, не причиню ли я ей боль снова. И я не виню Эми за это. Лишь жду, когда смогу пробить ее защиту.

– Мы пара, – добавляю я, не сводя с нее взгляда. – Да, у нас охренительный секс. Но я хочу не только трахать тебя. Хочу с тобой говорить, хочу тебя обнимать, хочу заботиться о тебе.

– В такой же последовательности, как ты перечислил?

Усмехаюсь.

– Мы уже начали с заботы. Так что придется идти с конца, – пожимаю плечами. – Я хочу быть с тобой. Утром на пляже я еле сдержался, чтобы не поцеловать тебя. Это меня убивает.

– Зато все же не сдержался и прокомментировал мой зад.

– Хэй. Ты сделала сложнейший элемент, я был поражен в самое сердце. – Я кладу ладонь на вышеупомянутый орган, пока Эми звонко хохочет.

– Это самый простой элемент для новичков, ты просто не разбираешься в кайтсерфинге.

– Поверь, Эми, я не могу выполнить даже такой элемент, – киваю я со знанием дела. – А потому был сражен.

Эми широко улыбается.

– Ты помнишь про свидание? – хрипло спрашиваю, чувствуя покалывания по телу от одной ее улыбки.

– Да, я помню про свидание. Сложно забыть, когда ты напоминаешь о нем каждые пять минут. – Она прикрывает веки и издает стон. – И до него еще полторы недели. Зачем ты сейчас всё портишь?

Смотрю на Эми и не могу перестать любоваться ею. Убираю волнистую прядь ей за ухо, проводя подушечками пальцев по ее щеке.

– Не нужно так на меня смотреть, – тихо произносит она.

– Как? – улыбаюсь.

– Так. С восхищением. Или что там у тебя в голове. Макс, мы просто занимаемся сексом. Если для тебя это какая-то проблема и ты не можешь без отношений, то лучше все прекратить.

– Ты бы хотела все прекратить?

Когда вопрос вылетает из моего рта, я замираю, ведь боюсь услышать «да», сорвавшееся с ее губ. Слышу, как из ее рта вырывается короткий вздох.