Леди для короля

— Представляешь, Амелия, в этом кошмарном доме могли пострадать невинные люди, если бы однажды туда кто-нибудь заселился, — содрогнулся Иден. — Воистину ужасная смерть ожидает там неосведомленного.

Но Эдгар был не настолько человеколюбив, как целитель:

— Впрочем, у всех нас есть на примете кандидатура, которой не жалко пожертвовать для испытания в этом лабиринте из ловушек. Так что будем бить Натана его же оружием или, точнее, оружием его предков. Нам нужно, чтобы Натан пришел в библиотеку того дома. Мы уже стянули туда силы и расставили капкан, надо только, чтобы он туда шагнул.

— Может выйти, если в капкан положить аппетитную наживку, — признала я. — От чего у нашего красавца потекут слюни?

— Мы можем пообещать ему там присутствие кого-то королевской крови, а можем предоставить доказательства того, что Натан — истинный наследник Иннокентия. Или и то и другое вместе, — не поскупился Фаренджер.

И мы взялись придумывать легенду. Что ж, тут я могла помочь: придумывать — это мое хобби. И хоть никто из присутствующих не в курсе, но я в этом хороша.

Итогом нашего совместно творчества стало решение муссировать на подставном совещании «новость», что всплыл дневник леди Мариссы. В нем она признается, что злая сестра увела ее мужа, а ее, беременную, заточила в северном крыле.

Родив дитя, она скрывала его, сколько могла, а когда Каэлле стало про него известно, Марисса пожертвовала собой, устроив пожар, а свою доверенную служанку отправила из башни вместе с сыном. Надо постараться донести до Натана, будто королевская семья подозревает, что тогда Роберт Винтерстил, проникшись нежными чувствами к отвергнутой королеве, вырастил ее ребенка.

Разумеется, на совещании обсудят, где находится дневник, и придут к мнению, что его необходимо уничтожить. Эдгару предстоит выкрасть этот документ из старого дома Вайнката, где тот его хранил, не смея обнародовать. До коронации Иннокентия не зря звали Иганом Лютым, он вполне мог, не разбираясь, приказать отрубить голову старому другу.

После смерти короля его жена, королева Каэлла, правила так жестко, что Вайнкат решил приберечь дневник до более подходящего времени. Но не успел, на смертном одре он поведал Одноглазому рыцарю, где хранится признание Мариссы. Дневник искали и раньше, в интересах королевской семьи, чтобы все считали его легендой. И вот только теперь Крайст, копаясь в архивах, узнал, где спрятаны доказательства.

По нашему общему мнению, на такое Натан может клюнуть. На совещании не мешкая договорятся, что забирать дневник Эдгар отправится сегодня ночью. Все организовано в кратчайшие сроки, чтобы не оставить врагу времени на разработку собственного плана. А если у него и возникнут сомнения, то соблазн слишком велик и должен толкнуть его на риск.

Однако все согласились, что нужна подстраховка кроме сил Тайной канцелярии и королевской магической защиты. Пока Натан не будет схвачен или убит, расслабляться не стоит.

— Если я ничего не путаю, Алисия Уэзерфлоу — талантливый артефактор. Не так ли, Амелия?

— Не тебе в этом сомневаться. Да, талантливый и сильный, — подтвердила я. — Ты хочешь, чтобы она сделала что-то для тебя?

— Возможно, но это уже наше дело с Алисией. А ты, как и обещала, отправляешься в покои ждать цветов. За свои слова придется нести ответственность, этому тоже учит лорд Бранхерст.

Услышав это, Эдгар вскинулся, но король уже запихнул меня в портал, и через минуту я осталась в своей комнате в полном одиночестве.

Глава 44

В этот раз Эдуард подстраховался. Даже если и захочу вмешаться, то попросту не смогу: я не знаю, где их искать. Дом Вайнката не являлся городской достопримечательностью. В столице я ориентировалась хорошо, но вовсе не все опустевшие особняки были мне знакомы. Все, что мне оставалось, это сидеть и ждать.

Клара накрыла мне в гостиной обед, который я кое-как в себя запихнула. Казалось кощунственным наслаждаться утиной грудкой в малиновом соусе, когда где-то там все рискуют и от этого, возможно, будет зависеть их жизнь, которая и так висит на волоске.

Я слонялась по покоям из комнаты в комнату, не зная, чем себя занять, и в моей голове плодились кошмарные предположения. Я представила себе, наверно, тысячу вариантов развития событий. Алисия прислала немногословную записку, где рассказала, что Эдуард попросил ее помочь, и они с Тофинбейлом закрылись в его лаборатории. Очень надеюсь, что когда она закончит, то сразу придет ко мне, иначе я сойду с ума.

Я ощипала весь амариллис, пока смотрела в окно. Оно выходило в парк, и я пересчитала каждый куст на аллее. Уже на закате я увидела в парке Аделину, прогуливающуюся с лордом Джейдом. Какое неудобное, жёсткое имя. Возможно, он разрешит называть себя по имени? Если лорд Джейд снова во дворце, то и отец вернулся. Я просила Клару разузнать, где он, но, вернувшись, она сообщила, что лорда Бранхерста никто во дворце не видел. Думаю, папа сразу отправился в дом Вайнката.

Стемнело. Никто ко мне так и не пришел. Никогда не любила и не умела ждать, а сегодня это было особенно невыносимо. Устав от страха, отчаяния и мерещившихся мне ужасов, я решилась принять снотворное и уже открыла ларец с зельями, как в спальне раздался тихий шорох. С подобным звуком отпиралась панель тайного хода, которым пользовалась Дель. Но когда я заглянула в спальню, то увидела не Аделину, а Сарду.

Внутри у меня все оборвалось.

— Что-то случилось? — прохрипела я. Сарда невозмутимо прошел из спальни в гостиную и расположился в кресле.

— Ничего пока не произошло. У двери стоит стража, а я не горю желанием с ними объясняться. Леди Аделина поделилась со мной способом навестить тебя, не привлекая излишнего внимания.

— А зачем ты хотел меня навестить? — я все еще не могла поверить, что Сарда не принес дурные вести, но вовремя спохватилась. — Прости, это прозвучало грубо, но ты ведь никогда не появляешься просто так.

Он усмехнулся:

— Ты очень нервная для того, кто так безрассудно раз от раза бросается в объятия опасности.

— Я несколько раз видела, как моим друзьям угрожает опасность! Мне кажется, это извиняет мою нервозность? Как я могу быть спокойна, не зная, что происходит? — всплеснула я руками.

— А если будешь знать, нервничать не будешь?

— Буду, конечно. Но знать все равно легче, чем находиться в безызвестности.

— Должен тебя расстроить, туда тебе никак не попасть, да и делать тебе там нечего.

— Ты что-то знаешь? Где они?

— Даже если бы я знал, то не стал бы тебе помогать. Не в этом случае. Но иногда, чтобы что-то увидеть, не обязательно находиться в том же месте.

— И что ты предлагаешь? Хвиссинских ясновидящих, сафтийский транс или гадание на картах?

— Не предлагаю. Ты можешь увидеть все своими глазами.

— Каким образом?

— Таким же, каким Эдуард увидел вчера артефакт, на который смотрела ты.

И вправду с того места, где стоял Эдуард, он не мог его видеть. Однако, он четко и уверенно сказал, что нужно делать.