Ледяной Улей

— Ну… что ж. Мы хотели, чтобы ты направился в другую деревню, на этот раз в Стэрм. Эта деревня находится в трех днях пути к северу. Мы ещё не знаем, произошло ли там что-либо ненормальное. — Глорен говорил это беспокойно. Баор внимательно слушал его, нахмурив брови, сделав серьезное лицо, хотя был уставший пытался полностью внимать всем словам.

— Ты сказал, что в той стороне все обезумили. Не думаешь ли ты, что в Стерме ещё остались люди? Я право испугался, когда ты сказал, что охотники Шорена напали на наш пост. Слава богу они никого не убили и не ушли живыми назад…

— Я знаю, Баор, когда ты ещё не родился, я уже знал. Все боятся смерти, даже храбрые люди. И я боюсь… все боятся. Но делают. И ты останешься, Баор.

Охотник кивнул с лицом, словно нахлебался по самое горло. Как будто ему стало жутко холодно. Баор не мог представить, что его может ожидать, но в голову закрался образ пылающей среди ночи деревни. Глорен ненадолго сделал усталое лицо, но потом вновь напрягся.

— Отправляйся. Чем раньше, тем лучше. Но время до утра твой отдых. — пояснил Глорен. Он поёрзал на своем месте. Затем стал смотреть на реакцию Баора.

Охотник встал и живо выскочил из шатра. Он шел в сторону своей палатки, очень быстрыми шагами. Сделав ужасное лицо.

* * *

Баор не стал прощаться с семьей. Ему не хотелось их тревожить, может он сказал сыну: "Береги мать, береги наши сани, и не лезь куда не надо, не геройствуй." И он бы понял его, потому, что и так это знал и никогда не старался быть героем. Для его сына, как и для него, приоритетом была жизнь, а не слава или общее уважение.

Охотник взял с собой лук, копьё, кинжал. Сумку он надел через плечо, в ней были припасы и жир, кремний и кадмий, чтобы разжигать огонь, вяленное мясо. Даже был небольшой котелок, и железная чашка, чтобы сделать из снега чистую воду. Он надел хорошие сапоги, дорогой пояс, обычное одеяние охотника, а то, есть мех.

Охотник двигался по снежной пустыни пешим. У него были запасы на неделю. он будет три дня двигаться вперед, ему придется найти ещё еды, или немного поголодать.

Ему почему-то было страшно. Хотя вроде бы ничего особенно опасного, если грамотно идти и не привлекать внимания. К своей деревне он не будет близко подходить. Он уже продумал, что обогнет её и пойдет вперед, на север, к деревне Стэрм. Там может ещё остались вменяемые, не обезумившие люди… хотя Баор очень сильно сомневался.

Он делал шаг за шагом. Но вдруг остановился, он всегда любил при возможности посмотреть на рассвет. Начало нового дня. Самое, как ему казалось важное время. Утром начинаются битвы. Когда воин полон сил.

Солнце только показалось, снег залился золотым светом утренних лучей света. Баору светило прямо в глаза, но он не мог оторваться, это было невероятно красиво. Охотник закрыл глаза, они начали болеть, сильно. Он шагал всю ночь, и глаз привык к тьме.

Баор истосковался по одиночеству. Сейчас ему хотелось побыть одному. Охота вынуждает проводить много времени одному, и мысль могла лететь, как ей хочется. В окружении родных и близких Баор забывал о своем голосе, о себе и жил своей семьей. Он был привязан к домашним, но жил охотой и уже так вжился в неё, что не мог не охотится.

Охотник почесал бороду и посмотрел вдаль. Там, ему оставалось ещё не много. может пару миль. А это три часа пешком, Баор ходил гораздо дальше.

Одна нога вновь стала обгонять другу…

* * *

Это было страшно. Это было место, где Баор провел много лет, где он жил. Ещё позавчера оно было полно жизни и его друзья, его семья. Все они жили здесь. Дети бегали везде, они были неугомонны. Собаки мирно грызлись за кости, приветливо лаяли, при приближении хозяев.

Сейчас Глаор была пуста, абсолютно. Молчаливые стены, мертвые дома. Деревня слилась с ледяной пустыней и стала такой же холодной и безжизненной. Кровь стыла в жилах. Баору никогда не было так жутко. Словно целая деревня вымерла за ночь.

Нет, конечно он знал, что все его сородичи сейчас двигались караваном к пристанищу. Но страх пробежался по нему волной. В глазах ненадолго потемнело, а внутри как будто множество мельчайших кусочков льда разлетелись и стали колоть кожу изнутри. Сердце сильно билось, дыхание перехватило. Баору не нравились эти ощущения, и это место ему хотелось обойти…

Но почему-то мертвая деревня приковала его взгляд и особенно пустой вход, без дежурных, которых он так привык здесь видеть. Там было пусто, и его это не могло не трогать. Охотник не мог не смотреть на это, как на нечто дикое, не нормально. Не мог просто пройти мимо. Ему хотелось зайти.

Вверху неожиданно будто что-то пронеслось. Баор как ребенок, дивившийся чуду, резко повернул голову и стал всматриваться, но там уже ничего не было.

"Что может ждать меня в пустой деревне, разве что призрак?" — сказал сам себе Баор и пошел решительно вперед, прямо по дороге, потом он все-таки решил, что лучше будет идти скрытно, и слегка пригнувшись он двинулся легким тихим шагом.

Баор быстро проскользнул к стене, после чего примкнул к ней и пошел вдоль, к выходу. Он соблюдал все осторожности, хотя и не замечал никого. он видел, что в округе не было не души. И все равно ему казалось, что кто-то может здесь оказаться там, где он недоглядит и не посмотрит.

Вход был преодолен, охотник глянул из-за края стены одним глазом. В деревни никого не было. Все по-прежнему, пустая дорога, по краям которой все было заполнено опустевшими лачугами, обстроенными льдом. Белая деревня. Пустота и одиночество сейчас настолько сильно навеивали страх… Но это притяжение охватило Баора и его разум окунулся в нечто, что поглотило целиком его и заставляло идти в деревню.

Охотник не понимал, почему ему так хотелось зайти сюда. Страх был, но он не имел давления, а теперь и вовсе исчез. Все, он больше не боялся. Баор встал на середину дороги и стал всматриваться в пустые дома. Любая боязнь в это время потеряла силу власти над ним, и охотник спокойно, не спеша, пошел по дороге, осматриваясь, словно идет по этому месту в первый раз, но во взгляде его была опаска или легкая неприязнь, будто место стало неродным.

Тишина стала внезапно звенеть в ушах. Прерываемая лишь скрипом она все равно рвала уши. И на это Баор не обращал внимание, вскоре он перестал замечать свои шаги, как во сне. И вдруг он резко начал идти вперед. Баора нечто толкнуло, и он пошел быстрее. А может охотник сам решил так, ему было все равно.

Он подошел к дому старейшин. Он разбудил его. Баора обдало жутью и страхом. Он проснулся и задрожал, как ребёнок. он взялся за своё копье обоими руками и направил на дом, его вход был темным, страшным. Такое ощущение, что если войдешь в него, то не выйдешь.

Вдруг усилился ветер, он сильным потоком подул с запада. Надо было выйти из-за стен, обогнуть их и выйти на северное направление. Баор мог быстро думать в опасные моменты. Из него наружу выходил резерв, сила била ключом и решительность…

Баор пошел прочь от этого места. Снег вновь заскрипел под ногами, тогда он услышал некий шум. Кто-то направлялся к входу в деревню. Он метнулся в переулок и исчез меж белых домов. Баор стал прислушиваться и наблюдать.

У входа появились они. Чужаки. Они двигались безумно, ужасно громко, без стеснения, чуть согнувшись, они были вооружены копьями, у каждого была сумка с запасами. Их было трое и все одеты в мех. Один из них был крупнее, он шел впереди, узколобый, с мощной челюстью и впалыми глазами. Через чур дикий и тупой по виду.