Легенда

— Что?

— Скажи, что это? — вкрадчиво поинтересовался бородач, выкладывая на стол всю мою руду и аккуратно кладя сверху три волоска.

Понятно, что это волосы Локи, ведь я оставил их вместе с легендарной рудой. Но я все-таки взял волосок в руки, всмотрелся в свойства и сказал очевидную вещь:

— Волосы Локки.

Ульф устало выдохнул и покачал головой. Затем воззрился на меня и произнес пламенную речь:

— Как ты умудряешься добывать такие материалы!? Мифриловая руда, инфернумная, теперь еще и божественный материал! Где ты смог раздобыть волосы?

— Да так. С одним богом повздорили, пришлось вырвать ему клок волос.

— Что?!

Ульф смотрел на меня диким взглядом, причем правый его глаз ощутимо подергивало. Да, знаю, что конфликт с Локки — штука несмешная, но я не удержался и улыбнулся. Хоть какие-то приятные эмоции от терок с Локки. Вид ошалевшего в хлам учителя — бесценно. Но в конце концов я сжалился над кузнецом и все-таки пояснил:

— На самом деле все довольно-таки серьезно. Я действительно повздорил с Локки.

Глаз Ульфа дергаться перестал, но выражения лица тот не сменил, продолжая глядеть на меня немного выпученными глазами.

— От элементаля мне досталась не только руда, но еще и сердце стихии. Слышал про такое?

— Слышал.

Лаконично согласился со мной учитель, приняв более-менее нормальный вид.

— Локки хотел обманом забрать у меня сердце. Мне это не совсем понравилось.

— И?

Кивнул бородач, показывая, что ждет продолжения.

— В итоге я взбеленился и выстрелил в него из лука. Локки увернулся, но, — я показал на стол, где лежали волосы, — оставил после этого мне небольшой презент.

Ульф задумчиво погладил бороду:

— Хм, это может быть очень даже не плохо. А что с сердцем стихии?

— Я его усвоил.

Вроде бы уже успокоившийся кузнец вновь выпучил глаза и как-то глуповато переспросил:

— Что-что ты сделал?

— Я его усвоил.

Ульф секунд пятнадцать смотрел на меня немигающим взглядом и, кажется, даже не дышал. Потом как-то неловко вздохнул и протер лицо ладонями:

— Ты понимаешь, что сердца стихий предназначаются богам? Как ты вообще смог его усвоить? Считалось, что это не может вытерпеть ни один человек и ни один призванный.

У меня по загривку прошел холодок от воспоминания, через что мне пришлось пройти, когда я усваивал сердце стихии. Сколько раз сквозь животные крики я желал извращенных половых связей всем разработчикам, а сгоряча и всем их родственникам в придачу. Особенно в самом начале, когда навык игнорирования боли был на нуле. Переведя помрачневший взгляд на учителя, я пробасил внезапно охрипшим голосом:

— Я и сам не знаю. Но смог. Меня моя упёртость когда-нибудь убьет, наверное.

Ульф побарабанил пальцами по столу и с задумчивым видом тихо, словно сам себе, проговорил:

— Ну да, убьет… либо поможет усвоить силу стихии…

— Кстати, ты говорил, что это может быть очень даже не плохо. Что ты имел в виду?

Ульф посидел еще немного времени смотря на ничем непримечательную точку на столе, но в конце концов встрепенулся и перевел взгляд на меня:

— Что?

— Говорю, ты упомянул, что это может быть очень даже не плохо. Ты о чем?

— А-а, у бога кузнечного дела с Локки вражда. Наверное, нам пора сходить до алтаря Сефлакса.

— А раньше чего не ходили, если это бог кузнечного дела?

— А толку?

Кузнец посмотрел на меня издевательским взглядом, медленно растягивая улыбку и молча. Видимо, мстя за мое схожее поведение только что. Какой злопамятный, однако. И лишь выдержав театральную паузу, продолжил:

— Раньше толку вести тебя до алтаря не было. Ты, конечно, мог оставить подношения. И да, в будущем это зачлось бы. Но это всё капли в море. Вряд ли бы ты понес на алтарь свой легендарный меч. А без этого бог на тебя внимания не обратил бы. Скажу по секрету, — Ульф заговорщицки наклонил ко мне голову, — бог не снизойдет до тебя, если твое мастерство не на сотне. А засвидетельствовать служение богу можно лишь тогда, когда бог до тебя снизошел. Ну так вот, я взову, а ты поговоришь с ним о Локки. В зависимости от того, как пройдет ваш разговор, возможно и мне репутация перепадет.

Ульф откинулся обратно на кресло.

— А что дает служение богу?

— Многое. Например, ускоряет плавку металла или увеличивает шанс отыскать редкую руду. Чем лучше твои отношения с богом, тем больше тебе дается. Репутацию с богом можно улучшать, выполняя его поручения либо совершая подношения на алтаре. Собственноручно скованные вещи или самим найденная руда всегда дает больше.

— А какая репутация с Сефлаксом у тебя?

— Не хватает пары сотен до уважения.

— Много чего дает?

— Не мало, — Ульф усмехнулся, — когда я взову к богу, он точно явится. Даже если у тебя сотня кузнечного дела или добычи руды, ты можешь обращаться к богу десятки раз до того, как он снизойдет. Воззвать можно лишь раз в сутки, так что, чтобы начать служение, некоторым приходится потратить на это несколько недель.

— Ясно. Когда отправляемся?

— Прямо сейчас.

Ульф резко встал с кресла и кивнул мне на выход из своего кабинета.

— Только сначала забери руду и, главное, волосы не забудь. Тут чужих не бывает, но все же. Потом спрячешь или в банке или я в схороню.

***

Пришлось пройти всю деревню насквозь, чтобы добраться до алтаря в церкви, или, скорее, соборе. Широкое каменное здание из серого гранита скрывало под своими сводами алтари всех светлых и серых богов. По обе стороны от широкого, вымощенного мозаикой, центрального прохода располагались комнаты алтари. Пройдя мимо дверей в алтарь Локки, я внутренне передернулся. Под потолком, прямо из стены, выглядывала небольшая статуя переплетенных зайца и змеи, с повернутыми друг к другу мордами, в профиль к прихожанам. Видимые правый глаз зайца и левый глаз змеи ярко горели красным, создавая впечатление, что кто-то смотрит двумя глазами прямо на тебя. Очень неприятное ощущение, заставившее меня немного ускорить шаг. Как будто сам Локки смотрел из тех глаз на меня.

Алтарь Сефлакса находился посередине прохода и приветствовал посетителей изображением скрещенных молота и кирки на дверях. Пропустив вперед прихожанина в безликой робе, как и на мне, мы с Ульфом зашли следом. Кстати, не смотря на заверения кузнеца, что молиться сейчас бесполезно, народу было прилично. Видимо, народ руководствовался мыслями: «А вдруг проканает?» Ну, или был просто не в курсе. Зайдя внутрь и прикрыв двери за собой, мы оказались в небольшом помещении с пышущим жаром горном по центру. Посетителя, который зашел перед нами, нигде не было видно. Видимо, тут работает такой же принцип, как и в инстах. Для каждого помещение с алтарем было свое, чтобы не мешать друг другу взывать к богу. Ульф наклонил голову над горном и, пристально глядя на жар огня, что-то неразборчиво прошептал. В помещении медленно начало темнеть, а горн, наоборот, стал разгораться сильнее, бросая на стены кривые блики красного цвета. Довольно зловеще, скажу я вам. Вроде бы светлый бог, но появления у него — мрачноватое. Над горном, образуясь из языков пламени, стал проявляться силуэт Сефлакса. Честно говоря, не совсем такое я ожидал. Невысокая фигура в доспехах с молотом в правой руке, облаченная в серый доспех с фартуком поверх него. Фартук и молот — понятно, крафтерские штучки, но доспех-то зачем? Впрочем, там, небось характеристик… На божественных шмотках-то. Ширина плеч если и уступала росту бога, то ненамного. Волевой, будто рубленный топором подбородок и пронзительный из-под кустистых бровей взгляд уперся в моего учителя.