Лэсси

–  Самое главное сейчас, это тренировка, Мартин. Повторяй все за мной и старайся делать все свободно...

Прошло почти полчаса. Мартин уже еле двигался, а Лэй продолжала и продолжала. Под конец он не сумел удержаться на ногах и упал.

–  Похоже, ты устал, Мартин?

–  Да. Как ты это выдержала?

–  Тренировка и только тренировка. И умение держать себя. Вставай и идем. Не нужно останавливаться.

Лэй объясняла ему все, подталкивала к действиям, и Мартин продолжал упражения. Не с прежней силой, но с прежним упорством. На второй день он вновь пришел один, Лэй спросила о его друзях, и усмехнулась ответу. Те ждали приглашения.

Это приглашение и передал Мартин на третий день, и с ним пришло около десятка парней, которые включились в проводимые упражнения.

–  А где борьба?
– Спросил один из них, когда Лэй закончила занятия.

–  Не все сразу. Сначала упражения.

–  Тогда, это не интересно.

–  Кому не интересно, может уходить сразу.
– Ответила Лэй.
– На сегодня все.

Новые и новые занятия. К ним присоединялись одни, уходили другие. Через неделю Лэй оказалась перед заместителем командира части и тот спросил о занятиях, что она проводила и по какому праву.

–  Я знанимаюсь сама, сэр. Со мной занимаются еще несколько ребят. Они просто делают так же как я. Кто хочет, тот делает, кто не хочет, тот не делает. Я никого не заставляю силой.

–  Но на проведение занятий требуется разрешение. Вы это знаете?

–  То есть я не имею права проводить собственную тренировку? Не могу в свободное время побегать и попрыгать?

–  Я не об этом.

–  А я об этом. Я это делаю для себя. Все. Кто присоединился ко мне, те так же делают это добровольно. Какие нужны разрешения? Здесь запрещено собираться больше трех человек и заниматься тем чем хочется в свободное время?

Человек некоторое время молчал, а затем освободил Лэй. На следующий день он сам пришел посмотреть на занятия. Вокруг оказалось не мало и других наблюдателей. Кто-то выполнял все так же как и Лэй. Рядом с ней находился Мартин, и она просто говорила, что и как делать.

А после окончания замком оказался рядом с Лэй.

–  И вы говорите, что никого не учите?

–  Я сказала, что все происходит добровольно.
– Ответила Лэй.
– Кто не желает, тот не занимается со мной. И все. На что нужно разрешение? На то что бы я говорила какие-то слова?

–  Вы, похоже, не понимаете о чем речь. Или не желаете понимать.

–  Я не понимаю. Что вас не устраивает? Что ваши солдаты больше тренируются и лучше будут драться, так?

–  Речь о запрете военизированных организаций. А вы ее прамо здесь устроили!

–  Чушь.
– Ответила Лэй.

–  Как вы со мной говорите, черт возьми?!

–  Извините, сэр!
– Произнесла Лэй и встала по стойке смирно.

Замком ушел, а через полчаса Лэй вызвали к полковнику.

–  Я вижу, вы уже не плохо развернули здесь свою деятельность.
– Произнес полковник.
– И как это понимать?

–  Они это заслужили, сэр.
– Ответила Лэй.

–  Что? Кто?
– Не понял человек.

–  Те четверо, которых я позавчера отправила в госпиталь. Вы о них говорите или о чем?

–  Что? Те четверо, это ваша работа?

–  Это самое малое, что могли получить от меня подобные скоты. Я понимаю, здесь военная часть и драться нельзя. Однако, я всего лишь защищалась от попытки изнасилования.

–  И поэтому вы ведете эти тренировки?

–  Вы шутите, да? При чем здесь тренировки?

–  Я вызвал вас по причине, что вы ведете внеуставное обучение солдат, и, похоже, не понимаете, что это запрещено законом.

–  И почему у нас такие дурацкие законы?
– Проговорила Лэй.
– Родственникам нельзя служить вместе, учиться в части друг у друга нельзя...

–  Ну-ну! Вы поосторожнее с такими выражениями!

–  Вот-вот. Оказывается еще и свобода слова в армии отменена...

–  Я пошел вам на встречу, принял в свою часть, а вы ведете себя так, словно...
– Человек замолчал, не сумев найти подходящего слова.

–  Простите, господин полковник. Я благодарна вам за то что вы сделали для меня. Собственно, все мои старания и от этого. Может, я что-то и неправильно делаю, но эти занятия нужны ребятам. Вы могли бы нам помочь организовать все законно. Просто что-нибудь придумать, я не знаю, что.

–  Вводить учебные занятия, где вы будете обучать солдат? Но тогда вам придется обучать всех.

–  У всех просто не выйдет. Это физически нереально. А вот назначить что нибудь вроде самостоятельного обучения в группах по интересам, было бы не плохо.

–  Группы по интересам в армии?

–  Да, сэр. Есть же спецподразделение, где ведутся отдельные занятия. А в группах по интересам было бы на много лучше. Кто-то желает учиться борьбе, кто-то стрельбе, кому-то еще что-то понравится. Ведь если человеку нравится, он учится лучше. Это, конечно, выйдет что-то наподобие разброда, но ведь не все же занятия такие. Один час в день, по моему достаточно. Даже за счет личного времени. Кто не желает, тот отдыхает.

–  И где вы этому научились?

–  Чему именно? Борьбе? В школе. У нас была военизированная организация.

–  Это я знаю. Я имею в виду вот эти слова об организации занятий по интересам.

–  По моему, обычно везде так и делается. В школе у нас, например, было множество факультативных занятий...

–  Хорошо. Вы меня убедили.
– Произнес полковник.
– На сколько хорошо вы знаете борьбу?

–  Получше чем многие. У меня нет никаких степеней борцов. Я училась большей частью самостоятельно.

–  Значит, будет лучше, если найти учителя по борьбе?

–  Возможно. Если он сумеет победить меня в тренировочной схватке.

–  Не плохо сказано. Вы можете быть свободны и продолжать занятия до особого распоряжения.

–  Спасибо, сэр.

О Лэй уже знала вся часть. Мартин стал значительно веселее и больше напоминал того человека, с которым познакомилась Лэй.

–  У меня есть одна идея, Мартин.
– Сказала она вечером.

–  Какая?

–  Посмотреть на звезды после отбоя.

–  Но этого же нельзя делать.