Лестница страха

— Можно? — Трижды постучав, он заглянул в кабинет Павла Петровича.

Тот поднял на следователя недовольный взгляд:

— Ну наконец-то! Я думал, ты от меня бегаешь.

— Искали, Павел Петрович? — сделал наивное лицо Смирнов. — А я вот отчет писал.

— Давай сюда! — требовательно сказал начальник, протягивая руку.

Следователь отдал ему листки:

— Вы сейчас читать будете?

— Сейчас, сейчас, — буркнул Павел Петрович. — Присядь-ка пока.

Смирнов плюхнулся на стул. Он следил за выражением лица начальника, читавшего отчет, пытаясь понять, какое тот производит на него впечатление. Меньше всего следователю хотелось услышать в качестве резюме «Бред!».

Минут через пять Павел Петрович нахмурился, взглянул на подчиненного и вопросительно поднял бровь:

— Ты это серьезно?

— Абсолютно.

— И Казимов тоже так считает?

— Это его идея.

Начальник продолжил чтение. Еще минут через пять вздохнул и отложил листки. Почесал щеку.

— Если бы я читал детектив, я бы сказал «браво», — проговорил он наконец. — Но ты, как я понимаю, предлагаешь вломиться в школу и перевернуть там все вверх дном из-за того, что там нет текучки кадров. И еще потому, что в биографиях учителей есть, как ты это называешь, пробелы.

— Но я уверен, что все так и есть, — упрямо проговорил Смирнов.

— Даже если допустить, что вы с Казимовым правы, все равно это невозможно доказать. А вот что касается Голобова, тут дело другое. Алиби у него нет, более того, он явно в сговоре с Викуловым, который его прикрыл. Администрация могла быть и не в курсе, так что и тут нам ничего не светит. Можем прижать только Голобова, тем более что у него, как я понял, есть личные мотивы.

Смирнов угрюмо кивнул.

— Конечно, когда Казимов придет в себя и расскажет, что с ним случилось… — Павел Петрович развел руками. — В общем, если окажется, что на него напали в школе, тогда дело другое. Хотя это ведь мог быть и Голобов, так?

— Да, — без энтузиазма отозвался Смирнов.

— Ну вот и хорошо. Пока у нас есть повод заняться только им, так что будем выписывать ордер на обыск квартиры. Ну и вообще по полной программе.

— А допинг?

— Что — допинг?

— Детей сейчас увезли в лагерь на спортивные соревнования. Они наверняка получат стимуляторы.

— Если хочешь, договаривайся с наркоотделом. Мы не можем заявиться туда и сделать анализы. Повода нет. Но, честно говоря, на твоем месте я бы сосредоточился на убийствах. Кстати, я звонил в больницу, спрашивал про Казимова. Говорят, он постепенно приходит в себя. Пока что разговаривать с ним бесполезно, но на людей хотя бы больше не кидается. Так что есть надежда, что в конце концов все обойдется.

— Значит, вы не против того, чтобы я с Жериковым поработал? — спросил Смирнов, вставая.

Павел Петрович недовольно вздохнул:

— Давай, только не в ущерб.

— Голобова сейчас в городе нет. Он с детьми в лагере.

— Ну, рано или поздно они вернутся. Думаю, соревнования долго не продлятся. А обыскать его квартиру мы можем и без него. Так что работай, а я пока насчет ордера договорюсь.

Выйдя от начальника, Смирнов вернулся в свой кабинет. Все произошло примерно так, как он и ожидал. С другой стороны, если прессануть Голобова, он, возможно, расколется и сдаст остальных. В общем, не так все плохо. Уж за убийства-то его можно взять — а это немало.

В кармане зазвонил мобильник.

— Это Павлов.

— Здорово.

— Я насчет лагеря.

— Узнал название?

— Все узнал. Записывай.

— Секунду. — Смирнов достал блокнот и ручку. — Слушаю.

Павлов продиктовал адрес и название лагеря.

— Как ты сказал? «Звенящий родник»?

— Ага.

— Миленько.

— И не говори. Прямо детством повеяло.

— Ладно, спасибо.

— Валер, ты туда собираешься? Мне Дымин рассказал о вашей с Аликом версии…

— Не знаю пока. Надо кое-что тут доделать.

— Не один, надеюсь?

— Посмотрим. Все, мне пора.

— Если решишь ехать, я могу составить компанию.

— Спасибо. Но думаю, это не понадобится. Петрович мой отчет не заценил. Так что велено сосредоточиться на Голобове. Будем его брать за убийства.

— Ты все-таки не забывай о том, что я сказал.

— Не забуду.

— Ну все, пока.

— Давай.

Выключив мобильник, Смирнов откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он понимал, почему Павлов был уверен, что он поедет в лагерь: дети могут вернуться со дня на день, а Голобова в городе все равно нет. Можно ли упускать шанс? Конечно, сделать анализ крови не удастся, но можно ведь обнаружить и что-то другое. Например, продукт, в который детям добавляют стимулятор. Смирнов был уверен, что это делается именно так. Он вздохнул и достал сигарету. Все-таки нужно бросать.

Не успел он закурить, как опять зазвонил мобильник.

— Да что ж такое? — Смирнов взглянул на экран: Жериков. — Слушаю!

— Это я.

— Узнал. Стряслось что?

— Мы взяли парня из «Братства Эреба».

— Как? — Смирнов даже встал.

— Вчера начали следить за так называемыми учредителями. Их трое, кстати. Сегодня повезло: один утром встретился… как ты думаешь, с кем?

— С Породиным?

— В точку!

Смирнов сел и положил сигарету на стол.

— И что? — проговорил он, катая ее пальцами.

— Забрал у него коробку.

— С чем?

— Ты сегодня в ударе, так что догадайся.

— «Вино Шаббата»?

— Да. Сорок ампул.

— Где они встретились?

— На Сенной.

— Поздравляю, — искренне сказал Смирнов. — Теперь мы их прижмем!

— Ага! — радостно отозвался Жериков. — Сейчас поедем брать Породина.

— Подожди!

— Что? В чем дело?

— Есть идея.

— Выкладывай.

— Я хочу посмотреть на это «Братство». Изнутри. Узнать, чем они занимаются.

— Что ты имеешь в виду?

— Хочу побывать там, в их клубе.

— Зачем?

— Из-за убийств. На телах сатанинские знаки. Я думаю, преступник пытался вызвать демонов.

— А при чем тут «Братство Эреба»? Думаешь, это кто-то из них?

— Нет, не в этом дело. Убийца наверняка из школы. Но он связан с «Вином Шаббата», он вколол его Казимову. А вот знаки на трупах наводят на мысль, что он сатанист. Убийства похожи на жертвоприношения.

— Думаешь, парень решил совместить приятное с полезным?

— Скорее просто убить двух зайцев.

— Замести следы и послужить сатане.

— Именно.

— Предполагаешь, он может состоять в секте?

— А вдруг?

Жериков задумался.

— Да, вполне возможно. Ладно, я посмотрю, что можно устроить. Тогда химика пока не берем?

— Подожди. Допроси сначала этого… учредителя.

— Ты приедешь?

— Да, сейчас буду.

— Давай. Жду.

Смирнов поспешно встал и вышел из кабинета. Им овладело предчувствие, что скоро все выяснится. Они с Жериковым распутают клубок, потянув за две ниточки: Голобов и этот учредитель секты. Скоро придет в себя Казимов — Смирнов верил, что так будет, — и, возможно, со временем к нему вернется память. И тогда вся банда окажется у них в руках.