Левенхет

Ещё пара плакальщиков быстрым шагом, рыдая, отправились к обороняющимся, но точно также схлопотали пули, покинув этот мир с характерным для них звуком. Солдаты на удивление хорошо держались, немного нервничая в такой ситуации, но без тени ужаса в глазах. Что не сказать про непутёвого командира, трясущегося от страха, из-за чего все плакальщики ущелья стягивались именно сюда.

– Уходи на дирижабль, – сказал капитану Клафф, – ты их привлекаешь. Из-за тебя сюда все твари стекаются.

– Ещё чего! – затряс головой Морн, – Чтобы потом все узнали, какой я трус!

«Все и так знают, что ты трус, кретин!», подумал Клафф. Ради своей репутации он ставит под угрозу жизни не только двух других отрядов, но и своего собственного. Как Клафф и говорил, плакальщика убить легко, но они не кончаются. Их привлекает не только человеческий страх, но и смерть их собратьев, так что чем больше солдаты застрелят, тем больше тварей придёт, а у них всего по десять патронов.

Плакальщики всё прибывали и прибывали, и Клафф было начал думать, что другие солдаты уже мертвы, но вдруг услышал выстрелы сзади. Оглянувшись, он увидел трех, бегущих солдат, направляющихся прямо к порталу, отстреливая стоящих на пути плакальщиков. Они сбежали по крутому склону, и им оставалось всего несколько десятков метров, как вдруг при спуске один солдат споткнулся и скатился вниз, выронив винтовку. Ближайший плакальщик сразу же воспользовался этим моментом и, подбежав к солдату, кинулся на него с объятиями, зарыдав ещё сильнее. Клаффу не было видно, что происходит, но и так понятно, что солдат сгнил за пару секунд. Еще через несколько секунд он рассыпался в прах, а плакальщик, поняв, что ему больше нечего обнимать, тревожно посмотрел на одежду у себя в лапах, начал реветь сильнее, вскинув голову к небу. Двое выживших подбежали к порталу, заняв позиции среди остальных.

– Вот черт! – крикнул один из солдат, заставляя Клаффа обернуться.

Всё ущелье разразилось настолько сильным рыданием, что все остальные плакальщики по сравнению с ним были обычными младенцами. К порталу на нехарактерной для этих чудищ скорости, бежал огромный плакальщик ростом под три метра и в прямом смысле заливал песок за собой слезами. Он отличался от всех тем, что цвет его скелета был грязно-синий, а не светло-голубой как у остальных, и он рыдал чёрными слезами. Плач его был настоящей агонией, разрывающей слух.

– Чёрный плакальщик! – крикнул Клафф, – Всем открыть огонь, ему одной пули будет недостаточно!

Сразу четверо солдат, включая Клаффа, открыли стрельбу. Пули попадали в цель, заставляя её биться в истерике ещё сильнее. Чёрные плакальщики были довольно редкими и отличались от обычных крайней агрессией. Все плакальщики бесцельно бродят по местности, реагируя на страх людей, и оказываясь совсем рядом, превращали свои жертвы в гниль. Но чёрные целенаправленно охотятся на смертных, постоянно выискивая их, зрительно замечая даже за сотню метров. У них только одна цель – убивать. В отличие от обычных плакальщиков, они это делали с особой жестокостью, разрывая свою жертву на части. Кроме того, они могут чувствовать страх за несколько километров и очень отчётливо. Этот, скорее всего, был привлечён сюда, идиотом Морном.

Чёрный был уже слишком близко, но пули не давали должного эффекта, а только врезались в него, с характерным скрежетом. Он был уже слишком близко и вот-вот собьёт солдат возле портала.

– В сторону! – скомандовал Клафф.

Все солдаты кувырком отпрыгнули в стороны, Клафф оттолкнул Морна с пути чёрного плакальщика. Плакальщик, проскочив сквозь портал, который никак на него не среагировал, потеряв из виду своих жертв, затормозил, проскользнув по песку. Один из солдат выстрел ему в область рёбер, но и этого было мало, и чудище успело схватить его своей лапой. Клаф был близко и, подскочив к нему, произвёл три выстрела прямо в голову чёрному, после чего огромная тварь постепенно со скрежетом исчезла.

Другой солдат перевернул, лежащего товарища, но тот уже на половину успел сгнить и больше не подавал признаков жизни. Капитан Морн, дрожа, лежал на песке, привлекая всё больше и больше плакальщиков, и в этот момент Клафф сильно пожалел, что спас этого горе-командира. У двух солдат уже закончились патроны, им было нечем противостоять плакальщикам. Клафф, без каких-либо комментариев, схватил за воротник Морна и швырнул его в портал, отправив того на дирижабль. Нужно было сделать так сразу.

– Кто остался без патронов, следите за плакальщиками и смотрите, чтобы мы никого не подпустили.

Всё ущелье уже светилось от синих полупризраков, которых сюда привлек Морн, и их убитые собратья. Уже отчаявшись кого-либо увидеть, Клафф заметил, бегущих по каньону, трёх оставшихся солдат. На удивление они были ещё живы и бежали всего в сотне метров от них, минуя всех плакальщиков по пути, видимо патроны у них закончились.

– Стреляйте. Расчищайте им путь.

– Там ещё один! – заорал рядом стоящий солдат.

Со склона в каньон спрыгнул ещё один чёрный плакальщик и отправился прямо на перехват ко второму отряду.

«Чёртов Морн!» злость внутри Клаффа была готова вылезти наружу.

– Все в портал, – скомандовал Клафф, – мы им уже не поможем.

Вот тебе и операция. Из-за пары мальчишек, которых можно было уничтожить ещё в море, они потеряли пятерых. Клафф планировал спасти всех шестерых, но по факту спас всего двух, а с учетом погибшего солдата из его отряда, выходит всего один. В следующий раз он будет требовать от Фурма предоставить ему полное командование над солдатами, а не смотреть, как их отправляет вместе с собой на убой командир-идиот.

Семеро солдат скрылись в водовороте портала, после чего за ними вошёл и Клафф, раз и навсегда потушив его.

***

– Марк, очнись… – он слышал очень нежный женский голос у себя в голове, но было такое ощущение, что он звучал, совсем рядом.

Сознание было где-то далеко, он не понимал, что происходит и где он сейчас. Всё выглядело как сон, слишком много различных осколков воспоминаний, пересекающихся друг с другом, и он никак не мог собрать их воедино. Ужасные события, всплывающие время от времени, никак не мотивировали проснуться.

– Марк! – снова этот голос, кто-то требует от него очнуться.

В какой-то момент, Марк, наконец, почувствовал своё тело, почувствовал боль и как кто-то лёгкой и нежной рукой гладит его по щеке. Наконец он открыл глаза и сразу увидел у себя на лице серую руку и смотрящую на него девушку в белой маске с пустыми темными глазницами.

– Шила? – его голос было еле слышно?

– Как ты себя чувствуешь? – мягким голосом спросила она.

Марк огляделся, было уже светло. И жарко. Он лежал у неё на коленях. Нога болела, но никаких следов кровотечения на песке не было. Левый глаз был отекшим, из-за чего он не мог полностью раскрыть его. Нос болел, Марк потрогал его, но от боли сразу же убрал руку.

– Осторожно, у тебя нос сломан. Я не знаю, как правильно вправлять, так что прости.

– Где Тарм?

Шила ничего не ответила, а лишь посмотрела куда-то в сторону. Он проследил за её взглядом и ужаснулся. Справа от него лежала одежда Тарма, а из неё на песок выходило пятно бесформенной сгнившей субстанции. Он всё вспомнил. Вспомнил, что произошло. Плакальщик, раненный Трам, его постепенно гниющее лицо. Из глаз покатились слезы, он не смог его уберечь. Из-за него погибла вся их семья. Марк никогда себе этого не простит.