Левиафан

– Ты наконец поняла, что я грязный убийца?
– прошептал, ухмыляясь, а у самого по спине пробежал жгучий холод в ожидании осуждения из уст моей Куколки.

– Нет, Тангир. У вас была причина, чтобы превратить свою боль и ярость в оружие, - ответила таким же шепотом Моника и продолжила, - Мексика очень опасное место, особенно для молодой туристки и её семьи. Глупая молодая парочка с пятилетним ребенком, решила, что гид по тропам в мексиканских джунглях это чушь. Потому, когда по истечении десяти суток в лесу была найдена только Катерина, всё стало ясно сразу. Мексиканские медики еле спасли ей жизнь, после чего их власти подобное происшествие назвали банальным нападением хищников на людей. В их заключениях значилось, что муж Катерины, как и сын пропали без вести, и вероятно после нападения зверей их останки невозможно отыскать. Их могла унести река, они могли быть разбросаны тиграми на огромные территории.

Моника продолжала говорить, смотря на фото женщины, а я окаменел настолько быстро, словно слушал из уст Куколки свою собственную историю появления зверя внутри себя.

– Но это было не так, - продолжила Моника, - На самом деле Андрей и Катерина попали в деревню к наркоторговцам. Они сошли с туристической тропы, пренебрегая рекомендациями гидов и турфирмы, самонадеянно пройдясь по плантации дури, в обход того маршрута, который был безопасен для туристов. Но даже это их не насторожило. Попав в деревню, конечно же, их тут же начали окручивать местные жители, предлагая попробовать то, что якобы в Мексике совершенно легализировано. Туристы с деньгами, девушка в самом рассвете сил, которую на живом рынке можно продать за очень хорошие деньги, как и её малыша - всё это само пришло по своей глупости в руки к этим мразям. Люди бывают до ужаса наивны. Их убили, Тангир. Вернее убили Андрея. О том, что произошло с мальчиком ничего неизвестно. Однако учитывая, что Катерина вернулась в то место через четыре года и превратила его в кровавый ад, наталкивает меня на мысль, что ей хорошо известно что случилось с её сыном.

Я и не заметил, как мои руки сжались в кулаки, даже будучи сложенными в замок на груди. Пока Куколка говорила я всё больше узнавал в женщине на фото - зверя и чудовище не хуже себя. И сейчас на её лице и во взгляде я наконец заметил то, что невозможно разглядеть не зная человека ближе, чем по фото.

– Если это так, то теперь у нас есть ещё одна зацепка, Тангир. И она может стать намного прочнее жениха Греты Делакруз, учитывая что Катерина уничтожила корейский притон, рядом с которым напевали песенку про легенду о демонах и ангелах. Надо узнать, кто заказал её услуги...

– Очевидно это был мой хозяин, Куколка, - перебил Монику глухим тоном, - Только ему было выгодно уничтожить это место, потому что я может и был на привязи у твари, но Ким Ха Дже никогда не был чудовищем, а вот его сынки... Они туда не за бабками поехали, а за острыми ощущениями в койке. Только теперь я понял, почему он приказал сравнять то место с землёй. Очевидно там не только картишками твари баловались, - я безумно ухмыльнулся, похолодев разом, продолжая, - Этот мир прогнил насквозь, Куколка. Настолько, что мне кажется я сраный праведник в сравнении с этой клоакой из дерьма! Устроить притон под видом поклонения Господу! Мне интересно, как он ещё не сжёг эту планету дотла? Терпит? Я бы не терпел...- хохотнул, однако резко отрезал, - Мрази!

– Остынь...
– послышался шепот справа, и я будто опомнился, а рука Моники схватила мою, когда я собирался пролистать документы дальше.

Куколка сжала мою ладонь, однако продолжала смотреть на экран и щуриться, словно решая сложную задачу в голове, пока её ладонь крепко сжимала мою в своей и нежно поглаживала вдоль кисти.

– Тебе нравятся такие прикосновения?
– повернулся к ней и потянул на себя.

Моника опомнилась и хмуро посмотрела в ответ, обнимая и спрашивая:

– А что в этом странного?

– Прикосновения - основа отношений в моей культуре, Невена, - я погладил её по щеке и осмотрел лицо, которое вытянулось тут же, как я назвал Куколку настоящим именем, - Это порой приятнее самого дикого секса...

– прошептал, а сам почти невесомо провел подушечками пальцев вдоль её спины, - Потому что это искусство, как прикоснуться к женщине так, чтобы она задрожала от этого, будто от дуновения морозного ветра снаружи, пока внутри всё огнем горит... - стал играть дыханием на её лице, а руками в её волосах и на спине, чувствуя как учащается сердцебиение Моники, а глаза становятся почти черными.

– Понимаешь...
– еле задел своими её губы, и продолжил, - ...почему я задал этот вопрос? Это тактильные ощущения, и они не всем нравятся. Многие считают что это чушь.

– А ты стало быть специалист в этом?
– Куколка осмотрела моё лицо, а потом начала проделывать тоже самое и со мной, прикасаться точно так же, от чего стало настолько тепло внутри, будто снаружи и не начинался новый душный день.

– Через час нам нужно попасть к почтенному конгрессмену на приём, Тангир, потому мы запомним то, что ты проделал. Мне нравится.

– Непременно, агашши...
– улыбнулся и выпустил её из рук, провожая взглядом в сторону ванной комнаты, а потом снова смотря на лицо женщины, которая копировала меня почти в точности.

"Видимо боль и агония создаёт своих тварей по одному и тому же подобию, как клонов или близнецов..."

– Ну, здравствуйте, Нуна*(старшая сестра). Рад знакомству, - сощурился и нажав на блокировку сотового, разорвал соединение, и лицо женщины исчезло с экрана, сменившись отражением моего.

С черной почти матовой поверхности на меня смотрел холоднокровный убийца с тёмным взглядом, который стал подобен церберу, охранявшему путь к искуплению своих грехов.

С таким же взглядом я осмотрел высокое здание в бизнес центре Элея в Даунтауне, когда захлопнул дверцы колымаги Куколки, и присвистнув надел солнцезащитные очки. Огромная высотка принадлежала одной из гильдий адвокатов и собственно в ней и находился офис одного из конгрессменов палаты парламента. Того самого бывшего жениха жены друга моего Хёна. От каши в голове, даже мне стало дурно, однако я пошел следом за Моникой, которая преобразилась опять в Куколку со значком и стволом за пазухой. Вот только в этот раз я знал и помнил каждый сантиметр под черной тканью её футболки.

– Поспокойнее! Ты выглядишь слишком устрашающе, Куколка, - я толкнул перед ней стеклянную дверь, и скривился от того, что даже её поверхность была горячей, - У них кондиционеры не работают?

– Поспокойнее. Похож на ноющую дочь здешней знаменитости или начинающую актрису, провалившую кастинг, - парировала Куколка, а я только хохотнул и осмотрел огромный вестибюль, в котором стояли два стеклянных капсульных лифта на верхние этажи.

– Нам нужен конгрессмен Маилз?
– Моника раскрыла свое удостоверение перед носом консьержа, который побледнел тут же и переглянулся с девушкой на ресепшене, кивнув.

Я внимательно осмотрел эту парочку. Пережёвывая жвачку во рту, а потом надувая шарик, поднял очки и подмигнул крошке у стойки. Бедняжка так испугалась, словно я один из копов, а потом быстро опустила взгляд и схватилась за трубку на стойке, что-то быстро стенографируя очевидно секретарю того самого Дженсена Маилза.

Как только она кивнула в ответ своему напарнику, а Моника почти дошла до точки кипения из-за молчания перепуганного полудурка, это свершилось, и мужик произнес хоть что-то.