Личинка

— Может вам скорую вызвать? — спросил я.

— Нет, нет спасибо, со мной всё хорошо. — ответила женщина.

— Давайте мы вас до дома проводим, — предложил Виктор, — а то неровен час вдруг снова плохо станет.

— Спасибо, — из-под платка ответила пострадавшая, — но мне уже хорошо. И мы с Лидочкой, сами доберёмся до дома.

С этими словами женщина поднялась с лавки и взяв девочку за руку зашагала в сторону восходящего солнца, всё так же прижимая к лицу носовой платок. Проводив, удаляющуюся парочку, взглядами, мы переглянулись и я, вздохнув, сказал:

— Надо вернуться к телу той несчастной и вызвать полицию. Не дело человека оставлять лежать на улице. — развернувшись, отправился назад, к найденному телу. Виктор последовал за мной, невнятно что-то бормоча себе под нос.

— Вить, давай все-таки смотаемся к моим родным. Сердце за них болит.

— Не надо ни куда ехать, — неожиданно ответил друг, — с ними всё в порядке.

— Объяснись! — вскинулся я.

— Исходных данных всё ещё мало, но выводы уже можно сделать. — он остановился перед трупом и достав телефон, принялся набирать номер полиции, попутно продолжая говорить.

— Мы с тобой встретили троих человек. И один из троих погиб. Думаю, причина, почему погибла эта девушка, и упала вторая — одна и та же. — он сбросил вызов, видимо на том конце ни кто не ответил. — Это голос в голове или последствия от его появления. У нас, с тобой, наблюдалась потеря сознания и сообщение об износе организма. Если проводить параллели, то у этой жертвы голоса, — он ткнул пальцем в труп, — какие-то внутренние болячки, из-за которых она не смогла выжить, так как, не хватило энергии.

Виктор снова набрал номер полиции. Послушав длинные гудки, он продолжил:

— Так как объём энергии определяется внутренними запасами, как жировыми, так и мышечными, то конкретно у этой девушки, шансов выжить не было.

— Всё это интересно, но почему нам ехать никуда не нужно? — спросил я.

— Я думаю, что с твоими всё в порядке, — он в задумчивости почесал бровь, — что твой сын, что внук, что золовка не страдают худобой, поэтому шанс выжить у них, очень большой. Причём, на детей, голос не повлиял совсем, или повлиял слабо. Тут еще анализировать нужно.

— Почему тогда мои не отвечают на звоноки? — спросил я.

— Ой, Дюха, не пыли, — отмахнулся Виктор, — причин тысячи. Просто попробуй позвонить еще раз. — с этими слова он протянул мне телефон.

От волнения пальцы промахивались по нарисованным кнопкам. С трудом набрав номер, прижал трубку к уху, с замиранием сердца ожидая ответа.

— Алло. — раздался долгожданный голос внука.

— Артёмка! — закричал я в трубку, едва не подпрыгивая от волнения. — Как там у вас дела, всё нормально?

— Деда! — закричал в ответ Артём. — Тут такая хрень творится, что просто пипец. Отец с маман с ума сходят, у меня тоже голоса в голове. Прямо компьютерная игра, а голос как гид по миру…

Дальше внук начал вываливать на меня новости, о том, что сосед, дядя Федя, с утра ломился к ним в дверь, а потом, когда ему открыли, упал на пороге и умер. Что полицию вызвать не смогли, а скорая не отвечала… Весь этот информационный поток был выплеснут на меня в течение одной минут. Но из всего этого я вычленил самое главное, все живы и здоровы, а голос в голове добрался не только до нашего городка.

Неожиданно, телефон, в моей руке нагрелся, связь прервалась, а когда я посмотрел на аппарат, то он задымился и вспыхнул дымным, не ярким, пламенем. Матюгнувшись, я отбросил телефон в сторону и затряс обожженной рукой.

— Андрей, ты, когда научился телефоны взглядом поджигать? — спросил Виктор, разглядывая дымящийся аппарат.

— Это не я, он сам загорелся. — попытался оправдаться я.

— Ясное дело, что сам, — ответил он, — только в чём причина возгорания? Телефон не самый новый, я его года три назад купил. Поэтому причин для возгорания не вижу.

— Знаешь Вить, что-то не нравится мне всё это. Телефоны загораются, люди умирают. — я вздохнул. — Этой несчастной, мы уже не поможем. До ментовки ты не дозвонился, предлагаю оставить всё как есть, и вернуться ко мне домой.

— Поддерживаю, — ответил мой товарищ, — хоть и не по-человечески её тут оставлять, но как-то мне тоже тревожно из-за этого тумана и непоняток вокруг…

«БиУС развёрнут на 100 %».
– неожиданнораздался в голове голос, — «Каждому носителю внедрён интерфейс. Набор опыта разблокирован. Получение умений разблокировано. Получение способностей разблокировано. Репликация сущностей начата. До появления первых сущностей осталась одна минута».
– и перед глазами возник полупрозрачный таймер с обратным отсчётом.

— Витя, я чую приближение жопы, — затравленно озираясь, сказал я, — фраза про появление сущностей, мне очень не нравится.

— Мне тоже. — коротко ответил он и мы дружно заторопились в сторону моего дома. До него оставалось около трёхсот метров, когда таймер отсчитал последнею секунду. В тот же момент, золотисто-багровый туман, окутывающий город исчез, а за нашими спинами послышалось рычание. Причём рычала, не какая ни будь мелкая шавка, а вполне себе такой крупный экземпляр.

— Ходу, — заорал Виктор, оглянувшись на бегу, — ходу, Дюха, если жить хочешь!..

Глава 3

И я побежал, даже не побежал, а рванул с такой скоростью, с какой не бегал даже в молодости. Потому, что к нам, огромными скачками, приближались три монстра. Представьте себе волка, только без шерсти, в холке около метра, при этом имеющий тигриные лапы и как завершение образа — зубы, которым позавидовал бы и пещерный лев. И весь этот ужас, в трёх экземплярах, нёсся к нам, явно с гастрономическими целями. Вопрос, откуда взялись эти монстры, имел чисто академический интерес, так как инстинкт самосохранения заставлял выжимать из тела всё, но что оно было способно.

До подъезда было около трёхсот метров, ну казалось бы, что там эти метры. Чемпионы мира пробегают триста метров за тридцать с чем-то секунд. В спокойной ситуации я бы тоже смог протрусить эту дистанцию, но приближающиеся монстры не оставляли мне шанса на спокойную жизнь. Уже через сто метров я начал задыхаться, слабость в ногах грозила уронить меня на асфальт, прямо под ноги нагоняющим монстрам.

— Дюха, быстрей! — крикнул оглянувшийся Виктор, который успел обогнать меня на добрый десяток метров.