Личные враги

Арион отупело уставился на него. Голос Фуллера едва доходил до его слуха, заглушаемый странным неутихающим гулом. Этот гул то замирал, то становился громче — в такт биению его сердца.

— Тебе надо сесть, — сказал Фуллер. Арион опустился на песок. Лицо его посерело от смертельной усталости, левую щеку пересекал подсыхающий шрам.

— Сколько еще? — спросил Арион, и Фуллер без труда понял его.

— Недолго, — ответил он, накладывая на раненую руку Ариона чудовищно тугую повязку. В руке пульсировала острая боль. — Наши люди прибыли полчаса назад, вскоре после шотландцев, но с кораблей все время высаживаются свежие силы викингов. Они по-прежнему превосходят нас числом.

— Чтоб им сдохнуть в аду! — с чувством проговорил Арион.

— О да, — согласился Фуллер, безжалостно терзая его раненую руку.

— Прекрати! Возвращайся в Элгайр. Закройте ворота… готовьтесь…

Арион умолк и бездумно уставился на пелену снега, в которой двигались смутные силуэты.

— Элгайр готов к осаде, мой лорд. — Фуллер что-то дернул, и руку Ариона снова пронзила нестерпимая боль. Ему очень хотелось заорать во все горло, но вместо этого лишь выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы. — Больше мы для них ничего сделать не можем.

— Возвращайся…

— Нет.

Фуллер встал, повернулся спиной к Ариону, поднял меч и щит. «Где же мой меч?» — отрешенно подумал Арион и тут же обнаружил, что все это время крепко сжимал в руке его рукоять. Это хорошо. То, что он не потерял меча, — добрый знак…

В невнятном и грозном гуле битвы появилась вдруг новая нота. Все громче и громче становились ликующие вопли. Движимый любопытством, Арион, прижимаясь спиной к камню, кое-как поднялся на ноги.

— Что там такое? — спросил он.

Фуллер отбежал вперед на несколько шагов, не сводя глаз с моря.

— Корабли! — воскликнул он.

Арион заскрежетал зубами. Что ж, это конец, и его надо встретить с достоинством.

— Это не викинги! — продолжал Фуллер. — Мой лорд, на этих кораблях — шотландский флаг!

Шатаясь, Арион подошел к нему. Он должен увидеть все это собственными глазами.

Буря стихла. По высоким черным волнам неслась к острову флотилия боевых судов, врезаясь клином в самую гущу вражеских кораблей. По пути флотилия разделилась надвое, и часть судов направилась прямо к берегу. Корабли викингов дрогнули, рассыпались.

В битве наступил перелом. Даже те северяне, что уже высадились на берег, быстро поняли это, ощутив на своей шкуре, как воспрянули духом воины кланов Макрай и Морган.

Арион вдруг обнаружил, что снова сидит, опираясь спиной на что-то твердое, и Фуллер наклонился над ним, помогая ему лечь.

— Нет! — воспротивился Арион. — Я буду драться.

Он так и не договорил до конца — язык вдруг стал неповоротливым, неимоверно тяжелым. Снежный водоворот подхватил Ариона, понес, увлекая неведомо куда. Наступила тьма.

Лорен могла убежать от Родрика. На них набросились сразу четверо викингов, и в суматохе боя Лорен, позабыв о раненой руке, кинжалом пробила себе дорогу из общей схватки. Однако она не могла бросить своего сородича сражаться в одиночку. Лорен вернулась, чтобы помочь, и увидела, что все четыре викинга уже мертвы.

— Лорен, идем скорей! — крикнул Родрик, протянув к ней руку. Она бросилась было бежать назад, на косу, к Ариону, но Родрик без труда нагнал и удержал ее.

— Нет! — крикнула она, пытаясь вырваться. — Смотрите! Там, в море!..

И тогда все они увидели, как из тумана вынырнули могучие боевые суда и надвое рассекли вражеский флот. Два корабля северян уже горели, еще три медленно погружались в воду. В пелене снегопада трудно было разглядеть подробности, но ошибки не было — могучие суда нежданных спасителей направлялись к берегу.

— Хвала господу! — воскликнул Родрик.

Он испустил торжествующий вопль и в порыве восторга обнял Лорен. Девушка сердито оттолкнула его.

— Они бегут! — кричал с хохотом Родрик. — Гляди — они бегут!

Конец наступил быстро. Викинги, сражавшиеся на берегу, быстро поняли, что дело плохо, и, прервав бой, бросились к своим лодкам. Шотландцы и англичане, к которым присоединились и новые союзники, дружно гнались за ними, настигали, и у уцелевших пока врагов оставалось все меньше надежды спастись бегством.

— Пошли, — бросила Лорен. Она решительно направилась к косе, не потрудившись даже взглянуть, идет ли за ней Родрик.

— Лорен! — Родрик нагнал ее. — Тебе надо вернуться в Кейр!

— Опасности больше нет, — на ходу отрезала она.

— Но ты же ранена!

Девушка резко остановилась и повернулась к нему.

— Возвращайся сам! Я хочу увидеть поражение викингов, и не притворяйся, что сам ты не хочешь того же!

Родрик заколебался, окинул взглядом поле боя, бегущих в панике врагов, и глаза его возбужденно заблестели. Лорен как ни в чем не бывало шла дальше.

Она притворилась, что, как и все, направляется туда, где высадились новые союзники. Родрик на радостях не заметил, что обогнал ее. Лорен быстро повернула назад, туда, где в последний раз видела Ариона.

Повсюду громоздились груды мертвых тел. Среди них были и живые. Порыв ветра то и дело доносил призрачные мучительные стоны. Этого-то больше всего и боялась Лорен, что Арион лежит где-то, раненый и обессилевший, и некому ему помочь. Лицо ее было влажно от растаявшего снега и слез.

О господи, где же он? Все мертвецы казались Лорен одинаковы: кровь, иссеченные тела, остекленевшие глаза. Среди убитых бродили, подобно ей, воины клана Макрай и воины клана Морган — искали раненых. Но где же Арион?

Наконец Лорен нашла его. Он сидел, неловко привалясь к большому валуну, и повязка на раненой руке уже насквозь пропиталась кровью. Вблизи мелькнул Фуллер, замахал кому-то рукой.

Лорен опустилась на колени рядом с Арионом, уложила его на песок, попыталась остановить кровь. Выглядел он ужасно, но все же дышал — это Лорен увидела сразу, и сердце ее от радости едва не выпрыгнуло из груди.

— Арион! — позвала она.

Он медленно открыл глаза. Иней намерз на ресницах, снег припорошил лицо. Арион казался мраморной статуей, а не человеком из плоти и крови. Лорен бережно коснулась ладонью его щеки, смахнула с лица снежинки.