Личный выбор

Он тут же рухнул на снег с прижатыми к паху руками и мгновенно отключился.

— Если хочешь стать евнухом — можешь попробовать и ты, — забрав зоновской работы нож в резной костяной ручке, обращаясь к Трефу, предложил Ворон.

Тот энергично замотал башкой. Изменчивая фортуна сегодня явно повернулась к Трефу задом — это же надо, приняли в крутую бригаду, первый раз пошел на плевое дело и так тухло влип!

«И что мне, как нормальному, не жилось?! На хрена мне все эти разборки?! — молниеносно пронеслось в воспаленном мозгу уже обделавшегося от ужаса Трефа. — Все, если не убьет, к быкам больше на пушечный выстрел не подойду! Мне оно надо, жопой рисковать?! Уж лучше на товарке, грузчиком».

— Ба! Неужели жить хоцца, а, плесень? — Уже поняв, что браток не горит желанием повторить подвиг лишившегося здоровья кореша, Северов и не думал ослаблять напор — наоборот. Локтем прижав шею Трефа к стволу дерева, так, что тот захрипел от недостатка воздуха, он больно ткнул ему пистолетом в висок и медленно прошипел: — Поговорим начистоту?.. Хорошо... Но учти — соврешь, считай, что контрольный выстрел в башку ты уже получил. Всё, погнали. — Сергей несколько ослабил захват на шее, дав возможность пацану более-менее нормально дышать. — От кого будешь и кто заказал гасить врача?! Быстро отвечай!

— Я... первый день... — торопливо залопотал, проглатывая слова, Треф. Его била кондрашка. Трусы под весом фекалий медленно сползали с задницы. — Из группы Чахлого... Пионеров...

— Под кем он ходит?! — перебил Ворон, сильнее надавив на оружие и заставив братка вскрикнуть.

— А-а-а!.. Он сам по себе! Раньше быковал от Кая! — морщась от брызнувших из глаз слез, затараторил Треф. — Сейчас поднялся, барыг прикрутил, на стрелках держит пиковую масть, мочит всех без разбору! Пацаны от мокрухи отвыкли, многие считают — лучше отдать часть доли...

— Беспредельщик, значит?! — заключил Северов. — Ясно... Кто заказал Евгения, стихоплетка Выхухолева?!

— Да, она... — кивнул окончательно поникший и сломленный Треф. — Сначала хотела, чтобы кислотой облили, но Чахлый с барыгой решили, что вполне хватит загасить фраера и ссаками офоршмачить...

— Вот он сам тебя сейчас и офоршмачит, гнида. — Оторвав ствол от головы братка, Ворон отошел от него на шаг назад и грозно приказал: — Становись на колени, мразь!.. — Сергей, обернувшись, взглянул на испуганно вытаращившего глаза хирурга. — Действуй, док!

— Пусть... пусть забирает дружка и проваливают ко всем чертям, — покачав головой и отвернувшись, треснутым голосом пробормотал Блох. — Хватит с них и того, что уже получили...

— Повезло тебе, ублюдок, — пнув в бок послушно упавшего на колени Трефа, тяжело объявил Ворон. — Вы хотели дядю покалечить, а он вдруг взял и простил вас! С чего бы это, да?! Конечно, тебе с твоим маленьким гладким мозгом такого не понять... Благодари за жизнь, ну!.. Целуй ботинки! — отвесив Трефу смачного пинка, Ворон снова направил в его башку ствол.

Закатываясь от рыданий и нетвердо передвигая руками-ногами, униженный боевик на четвереньках подполз к Блоху и попытался облизать ему обувь. Хирург тихо выругался и отскочил в сторону, дрожащими руками торопливо доставая и прикуривая сигарету.

— Ну ты и слизняк, аж смотреть противно... — неприязненно сплюнул Ворон, убирая оружие за поясной ремень. — Встань! Слушай меня внимательно!.. Если кто-нибудь из вашей кодлы еще хотя бы раз нарисуется на моем горизонте или, не дай бог, рискнет угрожать доктору Блоху расправой, хана всем!.. Ты понял меня?! Всем!.. А чтобы твой беспредельщик Чахлый понял, с кем имеет дело, передай ему вот это. — Вытащив из нарукавного кармашка на застежке маленький кусочек картона с изображением черной птицы, Северов насильно затолкал его за воротник надетого на Трефе свитера. — Если твой пахан быковал на Кая, то должен понять, кому именно перешел дорогу. А если не поймет — пусть наведет справки у братвы, ему подскажут!.. А сейчас п-шел отсюда, вместе с кастратом!

Вскочив с карачек, Треф торопливо помог подняться приходящему в сознание, тупо мычащему Крокодилу, схватил его за куртку и, придерживая в вертикальном положении, на максимальной скорости поволок прочь из лесного массива к виднеющейся вдалеке, на окраине пустыря, у платной автостоянки, белой «девятке».

— Вот и всё, — невозмутимо улыбнувшись хирургу, сказал Ворон. — Отныне они к тебе на пушечный выстрел не приблизятся. Я в этом уверен.

Он пристальным взглядом проводил улепетывающую парочку и первым направился к идущей вдоль домов пешеходной дорожке.

— Что за странную визитную карточку вы дали этому бандюге? — жадно затягиваясь дымом, чуть погодя осторожно поинтересовался пластический хирург. — Я успел заметить, на карточке был только рисунок — черный ворон на белом фоне. И никакой...

Внезапная догадка настолько поразила воображение резко запнувшегося на фразе Блоха, что у хирурга на несколько секунд даже сперло дыхание. Он вдруг отчетливо вспомнил виденную им более года назад телепрограмму «Криминал-Информ», в которой популярный питерский журналист Игорь Родников демонстрировал подброшенные ему жуткие документальные кадры казни знаменитым Вороном наемного убийцы по кличке Механик.

Господи, неужели рядом с ним именно тот самый Ворон, человек-легенда?! Поверить в такое было невероятно трудно, но разрозненные на первый взгляд осколки информации теперь сложились в единое и очевидное целое.

— Будет лучше, если ты забудешь о карточке. Для твоего же блага. — Ворон круто взял вправо, к окраине сосняка. — Мы завершим то, что начали, и расстанемся навсегда...

Блох молчал, не зная, что сказать в ответ. Да и нужно ли?

— До тех пор, пока это не случится, за тобой присмотрят мои люди... — отряхивая ботинки, уже стоя на пешеходной дорожке, сказал Северов. — Завтра-послезавтра перевези оборудование на временное хранение, потом я дам знать, где находится пригодное для операции помещение. Пока.

Развернувшись, Северов быстрым шагом перешел дорогу и скрылся между новостройками.

...Войдя в квартиру, Блох скинул в прихожей пальто, бросил в угол портплед, достал из бара бутылку клюквенной водки «Финляндия» со стаканом и, усевшись в кресло перед тихо бормочущим метровым телевизором, принялся планомерно надираться, выпивая залпом по полстакана обжигающей жидкости и совершенно не ощущая вкуса.

Капитан Дреев

— Я хотел у тебя спросить, сучий потрох, что это такое? — едва сдерживая себя, чтобы немедленно не вцепиться предателю в горло, процедил сквозь сжатые зубы Дреев, бросив перед подполковником лист бумаги с отпечатанным на компьютере текстом и печатью. — Успел-таки, гад ползучий, подсуетиться, да?!

— Что-о-о?! — Обалдев от неслыханной наглости со стороны подчиненного, Трегубов рывком вскочил с кресла и, пунцовея прямо на глазах, вперился в оперативника вылезающими из орбит глазами. — По какому праву вы позволяете себе обращаться ко мне в таком тоне?! Да я тебя, наглец этакий...

— Хавальник закрой, чмо болотное, пока я не вогнал твои зубы тебе в глотку, — глухо произнес Дреев, не отводя глаз. Он ткнул пальцем в принесенный им документ. — Это — результаты экспертизы изъятого у ниггера порошка! И я хочу знать — почему вместо кокаина в упаковке оказалась борная кислота?! Тогда как я передал тебе чистый «кокс», проверенный мной лично на зуб!