Лицо врага

— Не беспокойтесь, сэр, это не опасно, — заверил Курта Хорн. — Первые плоды недавних исследований… Хансон, наложите повязку аборигену. Судя по виду, он не из простых.

— Какая вам разница, из простых он или нет?

— Мне приказано собрать субъектов для допроса. А я по опыту знаю, что местные начальники обычно знают то, что хотят узнать наши начальники. Кстати, о начальниках… Где майор Эрш?

Джули показала на кратер.

— Там, внизу.

— Жаль.

— Нисколько, — возразили Курт и Джулиана в один голос.

Хорн нахмурился.

— Вас ждет командующий, и я бы предпочел, чтобы вы не сопротивлялись. — Лейтенант обернулся. — Капрал Затги!

Затти снова поднял свое оружие и направил его на ученых. Последнее, что услышал Курт, были два резких хлопка.

34

СИСТЕМА ЧУГЕН

«КОНСТАНТИН», МЛЗ

Проснулся он снова один — и опять в камере. Разлученный со стаей, он стонал от горя и одиночества.

Однако пропала не только стая. Пока он был без сознания, забрали ее.

Он плакал.

Ни подруги, ни соплеменников — одни лишь шадакейи с их холодными жесткими камерами. Они взяли его к себе. Но он не хотел им принадлежать. И не будет им принадлежать.

Песня «другого» подсказала ему, что этого и не нужно.

Он был частью стаи, и — через «другого» — стая была частью его. Стая служила ему убежищем.

Совещание на борту «Константина» подходило к концу.

Капитан Шейлер, ланкаширский специалист по вопросам политики, сделал необходимое дополнение к тактическому обзору, который только что закончил старший помощник Макандры. На терминале отображалась система Чуген и расстановка сил в ней. Картина складывалась тревожная.

Равновесие было слишком непрочным. Хотя эскадра Лиги нанесла врагу ощутимый урон, она не смогла прикончить его, потому что уступала реморам в скорости и маневренности. Несмотря на потерю дредноута, реморы по-прежнему представляли собой реальную угрозу. А теперь еще возникла угроза со стороны кораблей Объединения и Конкордата. Хотя оба потенциальных противника не располагали силами, чтобы разбить эскадру Лиги, но любой из них мог потрепать ее, и тогда она не смогла бы выстоять против второго.

Прежде всего нужно было решить, что делать с кораблями Объединения и Конкордата, которые медленно входили в систему. Это был недвусмысленный намек на то, что они готовы вступить в бой с эскадрой. Стоун недоумевал. О чем только они там думают? Неужели никак не могут понять, что если корабли людей станут сражаться между собой, то кто будет защищать человечество от настоящего врага?

— Прибытие Конкордатской эскадрильи, — говорил тем временем Шейлер, — сказалось больше на политическом равновесии, чем на военном. Директор-распорядитель Коной не блефует — скорее всего он просто не умеет этого делать. Его враждебное поведение и воинственные речи должны иметь под собой основание. Мне кажется, Конкордат обещал оказать ему поддержку, то есть Коной ждет подкрепления. Тем не менее, я полагаю, что он еще не готов вступить в открытый конфликт. Пока инициатива у нас, хотя очень скоро это положение может измениться.

— Недостаток времени преследует нас на протяжении всей операции. — Стоун оглядел офицеров — люди были озабочены, даже встревожены, но вместе с тем преисполнены решимости. — Господа, операция «Хамелеон» потерпела горькую неудачу. Мы перехватили сигналы Объединения и Конкордата. Они знают, что после крушения второго шаттла «Генри Халла» погибли не все. Правда, мы думаем, им еще не известно, что роль реморского корабля играл наш «невидимка». Он пока остается в системе, так же как «Ягуар», но ни о том, ни о другом не упоминается. Несмотря на это, Коной оспаривает права Лиги на систему, а присутствие Конкордата привлекло к нашим операциям здесь нежелательное внимание. Военная напряженность сохраняется, а политическая ситуация даже ухудшилась. — Стоун придал своему лицу выражение беспристрастной деловитости. — Перед нами вновь ситуация Дома Кассуэлов. Стратегическое Командование не одобрит слепого повторения того, чтр было там, особенно учитывая реакцию прессы, которая последовала за той акцией. Ваши предложения?

— Мы не можем позволить реморам восстановить контакт со своей колонией на Чугене IV, — заявил Фармер, командир «Монткама».

— Меня интересуют конкретные предложения, а не констатация очередной проблемы, — прорычал Стоун.

Заговорил полковник Макандра:

— Прежде всего мы должны думать о реальном противнике. В настоящее время чугенцы не представляют угрозы. Я предлагаю позволить кораблям Объединения выйти на орбиту Чугена IV, а мы тем временем добьем реморов в космосе. Это докажет, что мы защищаем систему, и обеспечит выгодную тактическую позицию, если нам все же придется вступить в бой с Объединением.

Стоун кивнул.

— Принимаю это за исходный пункт, но хочу, чтобы была учтена каждая случайность. Предоставьте мне оперативные планы для каждой альтернативы, и срочно. Я буду у себя до тринадцати ноль-ноль.

Стоун покинул совещание, чтобы офицеров не стесняло присутствие командира. Если повезет, кого-нибудь посетит вдохновение, которое пока что обходило их стороной…

Через полчаса его потревожил Макандра:

— Командующий, вас вызывает военврач.

— Соедините, — приказал Стоун.

— Элликот и Тиндал проснулись, — доложил военврач без всяких предисловий.

— Побочные эффекты после снотворного? — спросил Стоун, тоже переходя сразу к делу.

— В целом, очень слабые. Элликот угнетен и замкнут, но, я думаю, в основном это обусловлено его возвратом к чугенскому «я». От предложенной одежды он отказался. Заставить его одеться, сэр? — Отрицательный ответ, похоже, не понравился врачу, но, справившись со своим оскорбленным чувством приличия, он продолжал: — С Тиндал, наоборот, все в порядке. Она активна, внимательна и очень интересуется тем, где находится и что ее ждет. Вообще-то она просит встречи с вами — шумно и, я бы сказал, не очень лестно о вас отзываясь.

— Значит, она бодра? Ей отдали компьютер?

— Как вы приказали. Разумеется, за ней наблюдают.

— Хорошо. — Если Тиндал просит встречи с командующим, вместо того чтобы воспользоваться незаконным передающим устройством в компьютере, значит, эскадрилья эффективно глушит ее сигналы. А раз у Тиндал нет возможности отправить свое последнее сообщение, следовательно, ее хозяева не знают о последних событиях на Чугене IV. Можно объявить благодарность специалистам центра связи. — Приведите обоих ко мне, и пусть зайдет полковник Макандра.

Шадакейи пришли за ним. Он стоял выпрямившись во весь рост и не боялся их. Впрочем, когда они сказали, что отведут его к своему командиру, он вздрогнул.

Они требовали, чтобы он оделся, но он отказался: даже такая мелочь, как их одежда, — уже уступка. Он не другой и не желает одеваться, как они.

Он принадлежал стае.

Стая была его убежищем.

— Вы не имеете права нас здесь держать! — гневно заявила Тиндал, когда вошла.

— Прошу вас, сядьте, профессор Тиндал, — дружелюбным тоном предложил Стоун. — Ваш коллега уже удобно устроился. Вам совсем незачем стоять.