Лицом к лицу

— Хейл, ты занят.

— Для тебя никогда.

Притянув обратно, он вновь целует меня, слегка двигая бедрами взад-вперед. Теперь понятно, что это не сон, все ощущения безумны. Привстаю, чтобы снять трусики, наплевав на все нежности. Хочу, чтобы он показал себя с той стороны, с которой поставлял ранее, и это не будет ошибкой. Через секунду мои губы приоткрываются, когда Хейл входит меня, наблюдая за реакцией. Поправив волосы, смотрю в зеленые глаза, которые смотрят на губы. Начинаю стонать громче и замечаю, что парню это нравится.

— Кончить бы в тебя. чтобы никуда не ушла, — усмехается Хейл, увеличивая темп.

Господи, я пытаюсь не стонать так громко, но сложно. Все, что говорит Хейл схоже с кофеином, который потребляется с раннего утра, а вибрация в ногах никак не может исчезнуть.

Закончить парню пришлось в сухие салфетки.

— Слишком сильно…

— Что? — уточняю я, вдыхая запах одеколона на шее.

— Ничего.

— Скажи, — усмехаюсь я, возвращая взгляд на его глаза.

— Я никогда не… мог просто сказать девушке о том, насколько сильны мои чувства, Ровена, — сообщает он, смотря прямо в глаза. — Но с тобой все по-другому. Я хочу говорить с тобой каждую секунду.

Потянувшись к губам, Хейл целует меня все с той же страстью и жадностью. Вот этот момент, о котором я грезила долгое время после сна. Именно этого момента мне хватало после разлуки.

— Отвезу тебя домой. Только слезай сама, у меня не хватит сил разлучиться с той, которую так долго жаждал.

— После этого скажешь, ты не романтик?

— Не все романтика, что говорится от сердца, Ровена.

Какие глаза… Омут зеленого цвета топит меня.

Когда мы подъехали к дому, я отправила Мэй сообщение, на которое девушка в мгновение ответила. Она никогда не выпускает телефон из рук, поэтому дождаться быстрого ответа — привычно. Смотрю на парня и понимаю, что он думает о чем-то своем, смотря на руль. Возможно, его волнует то, что предал Дэйну, но спрашивать о личном, нет желания, хотя интерес велик.

— Ты когда-нибудь любила? — спрашивает он, не отрывая взгляда от руля. — По-настоящему.

Опустив взгляд, через вздох начинаю говорить:

— Не знаю. Был короткий момент, когда любовь казалась моей стихией, но… не все люди умеют любить и делить любовь с другим человеком…

— Если бы ты могла разделить свое сердце на две части, вторая часть могла бы принадлежать только мне?

Глаза Хейла не выражают никакой эмоции, словно лицо подверглось заморозке, которая близка к суровой серьезности. Можно ответить, что на протяжении всего знакомства я делю не то чтобы сердце, но также и душу, эмоции… любовь. Проблема в том, что сейчас никто из нас не сможет сказать о любви. Точной причины назвать не могу. Возможно, это из-за того, что любовь не могла так быстро появиться между людьми.

— Я люблю тебя, Хейл.

Он приоткрывает губы, чтобы набрать больше воздуха. Реакция парня не так понятна мне, но то, что чувствую я, очевидно на сотню процентов. Когда ты расстаешься с человеком, но можешь тихо наблюдать за ним со стороны, это дает возможность чувствовать и ощущать. Несмотря на то, что Хейл встречается с Дэйной и практически всегда находится рядом с ней, это не повлияло на ненависть. Можно сто раз говорить, как нам наплевать на человека, но душа любого человека — это бермудский треугольник.

Хейл словно с облегчением вздыхает и тянет за шею к себе. Во время поцелуя сердце бешено бьется от признания. Холодная ладонь крепко держит шею, от чего голова начинает кружиться. Отстранившись, он смотрит то в один глаз, то в другой, пока большой палец нежно потирает кожу скулы.

— На протяжении долгих недель, Ровена, я… не мог перестать думать о тебе, а теперь награда сама пришла в руки. Я готов на все ради девочки с голубыми глазами, только… прошу, ответь! Если бы я появился раньше Одри, все могло быть по-другому?

— Да, — без раздумий отвечаю я, и Хейл моментально целует меня.

Мы сидели молча несколько минут. Слова не казались такими важными, поэтому тишина несла в себе смысл глубоких эмоций. Холодные пальцы касались моей руки, аккуратно поглаживая запястье, а зеленые глаза смотрели вниз. К сожалению, предположить, о чем думал Хейл, невозможно, но главное, что в тот момент ощущала я. Сон смог сбыться, не повторив событий, а чувства оказались идентичными.

Он впервые провел меня к себе в дом, где находятся картины, которые нужно раскрашивать по номерам. Я многое не знаю о том, чем именно занимается Хейл помимо футбола, но, заметив письменный стол, на котором находится ноутбук и куча толстых тетрадей, могу предположить, что все-таки парень имеет тягость к писательству. Во сне он говорил про рассказ, но сон — это нереальность.

— Что ты пишешь? — решаюсь спросить я, обернувшись к парню, который снимает наручные часы. — Издательство, о котором говорил мистер Осборн, имеет для тебя смысл?..

На его губах появляется легкая улыбка, и Хейл проходит к письменному столу, протягивая руку к тетради в черной обложке. По лицу заметно, что он удовлетворен, когда смотрит на расписанные листы бумаги, а, подойдя, Хейл протягивает тетрадь мне.

— Ты первая, кто сможет прочитать эту историю, — сообщает он, оторвав взгляд от своего творения. — Не суди строго, учитывая опыт и начитанность, ладно?

Киваю, а когда принимаю рукописи Хейла Осборна, понимаю, что это книга. Самая настоящая книга, которая хорошо замаскирована под тетрадь.

— Прочитай ее для меня, — улыбаюсь я и подхожу к Хейлу вплотную. — Хочу понять автора с правильной интонацией при написании.

Его глаза в прямом смысле загораются от такого предложения. Не дождавшись ответа, тянусь к сладким губам, которые в мгновение приоткрываются, отвечая на поцелуй. Как перестать испытывать головокружение — неизвестно, но меня и так все устраивает.

Хейл наполнил ванну перед чтением, что показалось мне безумно милым. Если бы между нами не было связи, я могла стесняться как его тела, так и своего, но это не к чему. Сняв одежду, Хейл аккуратно лег в плотное облако пены и потянул руки в мою сторону. Устроившись между его ног, кладу голову на грудь парня и смотрю в книгу, страницы которых аккуратно перелистываются, сопровождаясь монотонностью красивого мужского голоса.

В книге Хейл рассказывает про девушку, которая не может найти себя среди множества компаний, с которыми общается. В некоторых ее унижают и издеваются из-за недостатка финансов, некоторые общались просто ради забавы. После одной вечеринки девушка пропадает, и ее не могут найти несколько месяцев. Родители и отчим, потеряв всю надежду, уже не надеяться найти дочь живой, но продолжают поиски, которые не ведут ни к чему. Подростки, которые были в последние минуты ухода девушки из компании, ничего не говорят, а лишь отнекиваются. Хейл перестал читать на самом интересном под предлогом, что мне нужно поспать, но я прочитала всю книгу к утру. Девушку так и не нашли, несмотря на то, что вся страна узнала об этой истории. Грустно и безнадежно, но в этом есть суровая действительность. Некоторые богатые люди не воспринимают простых людей за людей. Богатенькие детишки открыто издеваются над детьми, которые воспитаны с любовью даже без больших финансов, но остаются сломленными и приниженными внутри, пытаясь войти в компанию. Жаль, что постепенно люди становятся животными.

Проснуться поздним днем — новинка. Самое невероятное, что на этот раз все, что произошло, не является сном. Дома у Хейла тихо. Лучи солнца проникают через жалюзи, рисуя на стенах полоски света-тени. Потягиваюсь и поднимаюсь с кровати, смотря по сторонам; Хейла рядом нет. Без раздумий выхожу из спальни и поправляю черную футболку парня, которая помялась на подоле. Дома прохладно, что не может не радовать. В маленьком коридоре вижу парня, который умело подтягивается на турнике. Обослонившись на дверной проем, с улыбкой наблюдаю за изгибом красивой спины покрытой мышцами и капельками пота. Между ног моментально намокает, поэтому свожу колени и закусываю ноготь большого пальца. Закончив тренировку, Хейл не оборачивается, но опрокидывает голову, делая глубокий вдох.