Ликвидатор
Шрифт:
«С приходом Ирины все станет ясным и понятным! И на меня начнут охоту все спецслужбы! Вернуться к Валентине? Опасно. Не стоит дважды искушать судьбу другого человека. Есть ключи от квартиры. Знаю район, где эта квартира находится. Знаю номер телефона. Не знаю лишь адреса этой квартиры. Думай, Мустафа, думай! Как еще тебя зовут? Арслан, Искандер… Долго перечислять все имена, под которыми ты работал… Есть возможность узнать адрес по номеру телефона».
Он, предварительно узнав адрес в справочной, поехал на Миусский телефонный узел, где за очень скромную плату можно узнать много интересных вещей.
По приезде
Операционистка испуганно оглянулась, внимания на нее никто не обращал, затем она тихо встала, сходила к стеллажам с карточками абонентов, записала адрес и молча отдала щедрому клиенту, лица которого почти не разглядела.
Изнывая, операционистка с трудом дождалась окончания рабочего дня и в первом же обменном пункте валюты поменяла честно заработанные деньги, моля, чтобы банкнота не оказалась фальшивой.
Но доллары были настоящими. Сумма, вырученная в обменном пункте, составляла свыше двух ее месячных получек, причем с этих денег не надо было платить налог.
И операционистка приказала себе забыть про события, предшествовавшие появлению денег, нежданно-негаданно свалившихся ей в карман.
А Джафаров уже внимательно исследовал район, где ему предстояло скрываться, как он надеялся, еще долгое время.
И только когда он исследовал все пути подхода и отхода к дому, парадные и «черные» ходы, все лазейки и проходные дворы, он позволил себе открыть дверь нового убежища и войти в квартиру.
14
Шукюров, когда ему доложили о большой резне, в результате которой он потерял своего заместителя, лучшего снайпера, двух охранников и одного паршивого агента, обрадовался.
«Это просто замечательно! — поздравлял он себя с гениальной идеей. — Оба претендента на мой пост сломали себе шею в схватке с Джафаровым. Молодец! Ей-Богу, молодец! Я не знал, как избавиться от этих хитрых и подлых родственников, а ты так вовремя подвернулся. Меня ни в чем нельзя обвинить, все ты виноват, ты, голубчик!»
Шукюров даже позволил себе немного расслабиться и выпить французского коньяка.
И тут его неожиданно вызвал Гейдаров.
— Рагим! — раздался его суровый голос по селектору. — Неси ко мне свою жопу!
Шукюров замер. Это означало, что его ждет большой разнос.
«Вай, Аллах! — подумал он горестно. — А я еще выпил сто граммов. Убьет меня Гейдаров! Если только сказать, что я с горя выпил… Неплохая идея! Все-таки двух родственников потерял, не хухры-мухры!»
Но на душе было все же тревожно.
«Надо еще разобраться, — думал он, — кто из посольских меня все время подставляет и докладывает через голову. Кому-то, я вижу, своей головы не жаль. Может, запасная есть?»
И он рассмеялся.
В кабинет Гейдарова он, однако, вошел со столь скорбным видом, будто только что вернулся с похорон своего ребенка.
— Делаешь вид, что очень переживаешь? — спросил его Гейдаров. — Очень хорошо у тебя это получается. Слушай, давай я тебя сделаю актером, а?
— Актером не делаются, а становятся! — улыбнулся Шукюров. — Народное признание требуется.
— Ты меня еще будешь учить! — рассмеялся Гейдаров. — Присвою тебе звание «народный артист республики», это и будет твоим народным признанием. Первый раз,
что ли? Актрис, конечно, лучше делать!— Клянусь, я не виноват в их смерти! — упал на колени Шукюров. — Мой господин, убей меня, если я в чем-то солгал! Я им дал первоклассных агентов, я их вывел на те места, где обязательно они должны были встретить Джафарова.
— Значит, они сами виноваты? — гневно спросил Гейдаров.
А его гнев был предвестником смерти.
— Мамой клянусь, только они сами! Халилов знал, что Румянцев может привести с собой Джафарова, но пошел на день рождения без оружия и один. Естественно, он встречает его там и тот убивает Халилова.
— А Гаджиев? — нахмурился Гейдаров.
— Гаджиев поторопился! — быстро стал объяснять Шукюров, опасаясь гнева владыки. — Вначале он все сделал правильно: выбрал хорошее место для засады, замаскировался так, что Джафаров его не обнаружил. Но… очень хотел выстрелить! А подумать, куда стреляет, посчитал ненужным, лишним. Выстрелил не в Джафарова, а в его костюм, который в это время примерял хозяин квартиры.
— Он убит?
— Наповал! — честно признался Шукюров. — Надо мне извиниться перед великим соседом, неудобно, мои люди ведут себя там слишком свободно. Вы здесь ни при чем!
— Спасибо, утешил! — усмехнулся Гейдаров. — Слушай, может, вместо тебя мне Джафарова пригласить на службу? Ошибок не делает, хорошо стреляет. Что еще нужно для твоего поста?
— Быть вам верным, мой господин! — польстил Шукюров. — А Джафаров — сумасшедший!
— Ты мне рекомендовать не можешь! — разозлился Гейдаров. — Это я тебе могу порекомендовать.
— Простите, шеф!
— Хватит, вставай! — приказал Гейдаров. — Игра в феодала закончилась!
Шукюров обрадованно встал с колен. И вытянулся по стойке «смирно».
— Готов лично возглавить группу захвата!
Гейдаров остановил его характерным жестом руки.
— Накося выкуси! — заявил он со среднерусским акцентом, недаром когда-то в молодости служил в России. — Ты мне нужен здесь, во главе моей гвардии, а не в далекой столице.
— Кого порекомендуете, шеф? — обрадовался вновь обретенной милости Шукюров.
— Никого! — Гейдаров сказал жестко и твердо. — Хватит жертв! У меня не такой большой род, чтобы я мог швыряться кем-либо еще.
— Решили заманить его сюда? — обрадовался Шукюров. По уловкам с заманиванием ему не было равных.
Гейдаров постучал кулаком по столу.
— Где-то ты умный, а где-то совсем тупой доцент! Райкина помнишь?
— С Райкиным незнаком, шеф!
Гейдаров ничего ему не сказал, а стал набирать номер телефона, известный лишь ему одному.
— Игорь Валерьевич! — заворковал он нежно в трубку. — Узнаешь? Сколько лет, сколько зим! Как здоровье? Как семья?.. Давно не виделись! Игра, говоришь, в суверенитеты мешает? Что делать: человек, играя, познает мир! Может, заедешь отдохнуть?.. Дочку замуж уже выдаешь? Эту маленькую егозу с косичками? Как быстро время летит! Обрадуй ее, скажи: шесть каратов ее ждут в маленьком миленьком гарнитурчике. Она уже тогда обещала быть красавицей. Бриллианты только подчеркнут ее красоту… Ничего, ничего, жена пусть носит свои сама. Ей подарены… У меня? — переменил тон Гейдаров. — Случилось! Извини, без тебя как без рук. Мои оболтусы не могут справиться с одним государственным преступником.