Лимитерия
Шрифт:
Он искренне надеялся, что лес сейчас закончится, и они выбегут на открытую поляну. К сожалению, нет: прибежали искатели приключений обратно в деревню. А тут их уже поджидали озверевшие жители – с вилами, ножами, гиляками.
– Вот он! Изобьём его!
– Сказала мама, когда ты домой двойку принёс, – Хог схватил кнутом бочку с водой и швырнул её в толпу. А потом в бега подался.
Пряник был в шоке. Да и Лимит, честно говоря, уже не представлял, что дальше делать. Какие-то уж слишком настырные бандиты попались. Обычно хватало две-три оплеухи, чтобы шпана рассосалась, поняв, с каким отбитым на голову
– Что делать будем, Кнутик? Нас же убьют! – вопил в истерике Пряник.
– Шишку соснут, а живыми мы им хрен дадимся! – решительно заявил Хог. Дорогу ему перегородил очередной бандит, но он быстро ушёл «поспать», встретившись с кулаком Лимита.
– Может, мы в заложники кого возьмём? Вдруг их это застопорит?
– Очень сомневаюсь, Пряня, но ладно! Кого?
Подходящий вариант возник внезапно, когда Хог дрифтом заехал за поворот и продолжил бежать. Навстречу им шла красивая, стройная девушка с синими волосами, с причёской в два длинных хвоста по бокам головы. Обрамленные утончёнными ресницами глаза янтарного цвета смотрели прямо на приближающегося к ней нарушителя спокойствия.
Но прежде чем она успела что-либо сделать, Хог подхватил её, закинул себе на плечо и продолжил бежать.
Долго ли, коротко ли, однако постоянно бегать Лимит не мог. Он и так чувствовал себя неважно после произошедшего в храме, а тут ещё и носиться с живым грузом приходилось на повышенных скоростях. Дыхание начинало сбиваться, ноги с каждым разом труднее становилось переставлять. Юноша дико устал.
– Беги в библиотеку, – неожиданно подала голос пленница. Что странно – без капли испуга. Будто ей даже интересно было всё, что сейчас происходит.
Хог остановился на секунду.
– Куда? Девушка указала рукой в нужную сторону.
Парень бросился туда.
Хог без лишних раздумий ворвался в искомое здание, внешне напоминающее дуб, и ударом ноги закрыл дверь. Затем поставил пленницу на ноги, схватился за полку с книгами и повалил её, баррикадируя главный вход-выход. Оставались ещё окна, но их Лимит пока трогать не спешил. Ограничился только выключенным светом.
Послышались шаги толпы. Хог притих. Пряник тоже.
– Они где-то тут, я уверен! – говорил один.
– Будем месить этих тварей, пока не сдохнут! – сказал другой.
– Эти уроды у нас будут долго страдать! – поклялся третий.
Енот окончательно поник головой. Лимит же напротив – ухмыльнулся азартно. Уж кто-кто, а он за свою жизнь успел подобного наслушаться достаточно. Обещания посадить его на вилы так и остались обещаниями в прошлом. А те, кто обещал – у разбитого корыта. С разбитым лицом.
– Могу я узнать причину своего похищения? И, ежели не секрет – что такого ты сделал волонтёрам, раз они так на тебя злы?
Хог недовольно посмотрел на синевласую. Её возмутительное спокойствие не только озадачивало, но ещё и напрягало… отчасти. Все, в том числе и он, взбудоражены, взволнованы – а она будто бы сошла со страниц другого
романа, где понятия беды и угрозы не имеют веса.– Не сцы, скоро отпущу – когда эти черти свалят, – ответил Хог. – А ищут потому, что в морду одному козлу дал. За его левый базар.
– Ну так ему и надо.
– А?
Лимит удивился, когда девушка неожиданно улыбнулась. Не наигранно, натурально. Будто она поняла, о ком идёт речь и, видно, сама хотела так поступить. Хотя, быть может, её улыбка – спектакль без публики, но явно не дешёвый. Огонь в жёлтых глазах был неподделен.
– Что? – улыбчиво спросила она.
– Да… ну-у… – Хог задумчиво почесал затылок и переглянулся с Пряником. – Разве тебя это не должно возмутить? Ты ведь одна из них.
– Мне нет дела до местного отребья. Хотя оно любит стелить красивыми изречениями, от его лицемерной экспансии на моё тело меня аж выворачивает.
– Э-э-э…
– Я объясню, Кнутик. Видишь ли, – начал Пряник. – Сия прекрасная самка хочет мысль донести до тебя, что ей не нравятся извечные попытки данного общества принудить её к спариванию.
Хог странно посмотрел на незнакомку. Не любить общество только за то, что оно вполне закономерно соблазняется её привлекательностью? В этом отчасти смысл был, но то, как именно подан он…
– Вуа-ха-ха-ха!
Хог расхохотался. Ему внезапно захотелось посвятить данной даме целую лекцию о том, что чтобы не привлекать к своей фигуре лишнего внимания – достаточно просто разжиреть, ну или перестать носить юбки с чулками.
Сделать этого он, однако, не успел.
– Ищем эту мерзость, сябры, ищем, – послышались голоса разъярённых волонтёров.
– Эта гнида нашу королеву схватила! Непростительно!
– Я его поймаю и ноги ему вырву!
– Смотри только, не обделайся, когда его увидишь.
– Это да. Говорят, он в щи раскатал наших в одиночку. Какой-то жуткий на самом деле тип.
Пряник тихо хихикнул.
– Не хочу этого признавать, Кнутик, но сейчас ты самая натуральная гроза района. Вон, как обсуждают тебя.
Хог отмахнулся, хоть и гордился самим собой в душе (немного).
– Оу, – снова заговорила пленница, задумчиво прижав палец к своим губам. – Так ты, оказывается, крутой парень?
– В смысле? – насторожился Хог.
Синеволосая усмехнулась. Подошла к большому столу и села на него, положив ногу на ногу. И спину изогнула, чуть ли не призывно выпячивая вперёд пышную грудь.
– Где, думаешь, ты сейчас находишься?
– В притоне, полным шлюх и криминала, – моментально ответил Хог, чем рассмешил красавицу. – Что?
– Да нет, ничего. У меня была аналогичная ассоциация, когда я впервые пришла сюда.
– Тогда почему ты тут осталась?
– Мне здесь хорошо.
Хог скривился от услышанного.
– Понятно, – хмуро промолвил он. Дальше разговаривать смысла нет: она ничем не лучше тех, кто сейчас находится снаружи.
– Назови своё имя, пожалуйста.
– С какой целью интересуешься?
– Разве это не первое, что должен сделать рыцарь, когда похищает принцессу из логова свирепого дракона?
– Не переживай, «принцесса»: как только толпа рассосётся, я сразу верну тебя дракону.
– Твоя неоправданная грубость делает моему нежному сердечку очень больно, – театрально обиделась синевласка.