Лисьи листы

В те дни я отчетливо поняла, что так и не научилась жить, потерявши это умение после смерти Олега. Да, так случилось — повезло — что меня вписали в кем-то придуманную яркую и насыщенную жизнь. Но вот сценарий оборвался, и я опять молча стою на сцене. И что? Поехать в Париж? Ходить по ресторанам? Купить шубу? Привести на ночь стриптизера?

Даже сны мои стали тускнеть и покрываться серым налетом. Комнаты, комнаты, комнаты огромного, набитого людьми дома, комнаты, где я всё ищу и не могу найти кого-то с забытым лицом… И пришла ночь, когда мне приснилось, что кто-то сидит в кресле напротив моей кровати, а в комнате, как всегда без света и с задернутыми шторами, так темно, что зеленый огонек на телевизоре буквально пронзает мозг ослепительно-ярким лучом. И я знаю, конечно, кто это.

— Неплохая попытка, — сказал Чжуан, когда всё это — сон, квартира, мир, переполненный бесцельным ожиданием — разлезлось в легкие клочья пепла и растаяло в пустоте, — Неплохая, но вялая.

— Так значит, всё это было иллюзией? — спросила я.

— И да, и нет. То, что будет настоящим, — останется. Но вернуться из ада в прозябание невозможно.

— И что теперь?

— Ничего. Пытайся.

…Духам не дано видеть настоящих людей. Для них любой дом пуст. Правда, в отличие от нас, духи не пугаются, когда видят плывущую по воздуху чашку или движущиеся сами по себе страницы книги. В мире преттов вообще нет эмоций. Страх, радость, ярость, любовь, раздражение, жалость возможны лишь для живых. А претты плывут сквозь вселенную, как сигаретный дым сквозь лучи света, касаясь настолько легко, что даже танец атомов на поверхности вещей ни на миг не сбивается с ритма. Там, где озера ничем не отличаются от бассейнов, а дома приравнены к утесам, там, где звук прибоя и шум машин безразличны и безличны, а луна и уличный фонарь так похожи…

На сей раз из оцепенения мыслей и чувств меня вывел жалобный писк котенка. Я обнаружила себя в светлой уютной квартирке, обитатели которой — мужчина, женщина и маленькая девочка — разошлись по своим делам. Котенок был пушистым и здоровым, с круглым животиком и ясными глазенками. В одной секции его миски белело молоко, во второй — лежали нежные кусочки чего-то мясного. И яркий бантик для игр был привязан к перекладине стула. Но звереныш всё же плакал. Он еще не привык быть один. Ему мучительно хотелось прижаться к чему-то теплому и большому, что он мог бы воспринимать, как маму. А его оставили и — он не знал — может быть, навсегда.

Я нагнулась и взяла на руки невесомое светлое тельце, и малыш умиротворенно заурчал, утаптывая меня лапками. Ему пока еще было всё равно, кто его гладит.

Не знаю, сколько времени я провела, баюкая чужого котенка, но звонкие детские голоса возле двери и шорох ключа в замке застали меня врасплох. Я опустила детеныша на пол, обернулась лисой и метнулась в темный угол под вешалкой, где, пусть ненадежно, но всё же укрытая полами плащей, настороженно затаилась.

— Ну, всё, Натка, да завтра! — и рыженькая девочка распахнула дверь своей квартиры, небрежно бросив свой яркий рюкзачок на пол.

— Мурзя! Мурзенька! — тут же вспомнила она о котенке, загребла его в охапку и, что-то неразборчиво воркуя, понесла в комнату.

Я перевела дыхание, вернулась в человеческий облик и осторожно, стараясь не щелкнуть замком, выскользнула за входную дверь.

Это был тот же самый город, что и в первое моё возвращение из мира преттов — я узнала его мгновенно. Дождя, правда, не было, но плотные тучи всё так же лежали, едва не касаясь крыш. Даже дата на газетных листах в киоске — 6 октября — и та совпадала с моим предыдущим прибытием. Что делать, я уже знала: гостиница, кафе… Поначалу я вознамерилась было заглянуть к Петру, на что-то меня остановило: может быть, мысль о том, что он всё равно не может помнить о нашем знакомстве, а может, тот факт, что фляжка с бальзамом уже лежала в кармане моей куртки.

А вот Алине всё же позвонить пришлось: денег на билет по-прежнему не хватало. Поначалу наш диалог ничем не отличался от прошлого раза, но в ответ на:

— Сиди в квартире и жди нас с Виктором, — я твердо ответила:

— Не надо никуда ездить. Я уже знаю про Оракул Печали.

— Откуда? — изумилась Алина.

— Сложно объяснять. Скажем так: это связано с тем, где я была…

— И что ты теперь делать собираешься?

— Еще не знаю. Приеду домой, осмотрюсь…

Алина начала было говорить о том, что кто-то из нас должен остановиться первым, но во второй раз я всего этого выслушивать не стала.

— Я постараюсь не исчезать из поля зрения. Это всё, что я могу обещать. Я понимаю, конечно, что Лао и Хитч взрослые, сильные и опытные. Но тут дело не только в них. И во мне самой — тоже.

— А может, лучше к нам приедешь? — неожиданно предложила моя собеседница, — Одной, конечно, тоскливо…

Я подумала и помотала головой так, словно она могла меня увидеть:

— Нет. Спасибо, конечно, но это ничего не решит. Я уж как-нибудь сама…

— Ладно, — сдалась Алина, — Деньги я сегодня вышлю. Только не делай глупостей, хорошо? Я Хитчу обещала, если ты появишься, присмотреть за тобой.

— Ну, мне всё-таки не пять лет, — улыбнулась я, — Вот лично тебе понравилось бы, если б кто-то принялся за тобой присматривать?

— Вряд ли, — вздохнули на том конце провода, и мы распрощались.

…А ночью мне приснился разговор:

— Знаешь что, оставайся. Если рейс всё время откладывают, это что-то значит.

— Просто погода нелетная. А мне нужно…

— Ничего в этом срочного нет. И вообще, я знаю, зачем ты летишь. А вот ПОЧЕМУ…

— В смысле?

— Ты ведь просто зацепился за эти дела, как за предлог, чтобы опять уехать. Почему? Что тебя гонит?

— Если честно, в каком-то смысле — ты.

— Я?

— Да. Опять что-то неладно у нас с тобой. Дергаешься, нервничаешь… Так уже сколько раз было. А вот когда я исчезаю на какое-то время, потом всё надолго налаживается. Может, тебе просто нужно побольше личного пространства?

И хотя одной из говоривших была я сама, в ту ночь мне так и не удалось узнать следующей реплики: за стенкой что-то гулко бухнуло, забубнили голоса, и, открыв глаза, я обнаружила, что на часах уже начало десятого. Самое время принять душ, выпить кофе и отправляться за деньгами и билетом. Я даже помнила, на какое место он будет — 4-а, у окна. Да, и не забыть бы вместо дурацких кроссвордов купить себе что-нибудь почитать… или колоду карт для пасьянсов… ну, и карманный «тетрис» тоже можно…

А дома я окажусь только поздно вечером…

«В этот раз всё будет по-другому», — решила я. В конце концов, вовсе нетрудно пропылесосить квартиру, застелить чистые простыни и принять ванну с ароматическими солями перед сном. И планы на следующее утро у меня тоже имелись: съездить на фирму за деньгами, заправить машину, отправить долг Алине и…

«И что дальше?» — спросила я саму себя, сидя за столиком в маленькой забегаловке, куда я заглянула позавтракать. Просто сидеть и ждать — тупиковый вариант, в этом я уже убедилась. Нужно начинать поиски. А поскольку я понятия не имею, где сейчас находятся Лао и Хитч, искать нужно их цель — Оракул Печали. Как? А самым что ни на есть традиционным способом! Библиотеки-то существуют практически во всех мирах. И если как следует покопаться в книгах, наверняка можно будет найти либо легенду о самом Оракуле, либо сведения о его разрушении. Миры, где он уже больше не существует, отбрасываем сразу, а в остальных можно и поискать. Правда, есть шанс найти не тот Оракул… в смысле: отыскать функционирующий Оракул не в том мире, где шарится моя спасательная экспедиция, но по большому счету и это не проблема: спрошу у Оракула, как мне их найти — и всё!

Более того: чтобы опять не влипать в сложности с деньгами иных миров, можно запросто сидеть в библиотеке днем, а завтракать-ужинать-ночевать возвращаться в своё измерение. Так мы, в случае чего, и с Хитчем не разминемся, и Алине можно будет позванивать по вечерам, чтобы зря не нервировать.

Так-так-так… А какие, собственно, я знаю двери в родном городе? Краткая инвентаризация памяти показала, что немногие. Дверь возле офиса, открывающуюся в китайский сад, которую Лао показал мне еще в самый первый день моего обучения. Да, но туда старик мне в одиночку соваться настоятельно не рекомендовал! Дверь в мир, где я добывала робарис. Но это же почти сто пятьдесят километров от города — каждый день туда-обратно мотаться затруднительно… Остальные мои командировки и вовсе начинались с поездки на поезде или на самолете. Есть, конечно, еще и дверь в ад, но туда мне возвращаться что-то совсем не хочется…