Ловушка

— Сейчас я им ничем не могу помочь, — констатировал я, осознавая безнадёжность положения родных, но больше всё-таки страшась встречи с тем, что я мог в случае такой встречи увидеть. — Двоюродный брат матери здесь в морге уж полтора месяца лежит. Мы жили на одной улице. Скорее всего, их нет в живых. Грейс, твой отец продержался так долго потому, что вся компания энерджи пыталась искусственно поддерживать ему жизнь. Сейчас у нас одна проблема. Если эта Мисси умрёт, пока мы медлим, всё будет кончено.

— Уважаю твой выбор, — утвердила Грейс. — Пока ты будешь отсутствовать, я могу съездить, проведать твоих родных.

«Вот ещё чего не хватало!» — ужаснулся я.

— Не мотайся по этому ужасному городу! — велел я ей. — Будешь ждать моего возвращения в безопасном месте.

— Так и сделаю, — согласилась она, моргнув.

Время не ждёт. Мы оделись в защитные костюмы. Подключили кислородные баллоны. Грейс набрала в дорогу сухпайков, минеральной воды и какой-то ерунды: фонарик, батарейки, медицинский чемоданчик… Пока мы грузили провизию в джип, заметили в северной стороне лагеря дым. Где-то в районе въездных ворот вздымались чёрные клубы как от крупного пожара. Мы не стали обращать на это внимания. В городе кругом дым, повсюду что-то или кто-то горит.

За руль Грейс опять посадила меня, а сама села рядом.

Проехав в обратном направлении к входу, мы узнали истинную причину появления дыма. Горели восемь палаток — четыре в одном ряду, четыре — в другом…

Беснующаяся толпа с криками поджигала палатки одну за другой. Эти сумасбродные люди наступали на лагерь, как стая саранчи на урожай. Медленные, слабые. С уродливыми, красными лицами, покрытыми островками кожи — изменённой так, словно её, воспалённую и сползшую с головы кто-то вернул на место и сшил по лоскутам невидимыми нитками. У многих на головах были завязаны красные тряпки. Кто-то увидел наш джип.

Спустя мгновения толпа живо двинулась на нас со всех сторон. Ужасные рожи! Не лица! Я понимал, что эти люди изуродованы болезнью, но всё равно их рожи были ужасными!

— Грейс! Блокируй двери!

— Они с ума посходили? — испуганно бросила она. — Чего им надо?!

— Учёные отсюда живенько свалили, — произнёс я, — даже электропитание в лабе выключить не подумали. Видимо, ожидали нападения.

Заблокировавшись во внедорожнике, мы не знали, что предпринять.

Похоже, судьба свела нас тет-а-тет с людьми, которые разгромили верхний уровень нашего научного центра. Настроенные агрессивно в отношении медиков и учёных, они готовы рвать и метать. Мы с Грейс не были учёными или медиками, но имели самое непосредственное отношение к появлению заразы, низвергшей мир в бездну гибели. Они про то не знали, но это незнание не мешало им пытаться нас сейчас прибить.

Толпа окружила внедорожник и принялась колотить куда попало — ногами, железками, дубинами — в двери, в стёкла, в колёса. Внедорожник качался под силой их агрессивного натиска. Было видно, что эти люди больны и лишены сил. Они кое-как держали орудия в руках, но в данный момент их разрушительная мощь заключалась в количестве.

— Держитесь, учёнишки! — кричали они нам, громя джип. — Сейчас прямо в рай полетите на крылышках! Покажем вам, как экспериментировать на людях! Вы не бойтесь! Ничего страшного! Мы всего лишь ваши ученые головушки вставим в ваши ученые задницы и провернём раза так четыре! Против часовой стрелки!..

— Какие нахалы! — возмущённо крикнула Грейс. — Мы вообще не учёные! И даже не медики!

— Грейс, они тебя не слышат, — сказал я. — Попробуй, докажи им, что мы не учёные. В этих костюмах едем прямо из лаборатории!

Механизм мыслей отщёлкал мне мигом тревожное понимание: если жестокие вандалы прорвутся в машину, нам не поздоровится. Действовать следовало без промедления. Но что делать? Хотел я попытаться с ними поговорить по-человечески, но услышал справа звук разбившегося стекла и приглушённый крик Грейс. Кто-то разбил боковое стекло, и осколки посыпались на неё. Грейс среагировала незамедлительно. Обернулась, протянула руки к заднему сидению, подняла запасной баллон с воздухом. Я не без труда врезал ногой по чьей-то роже, полезшей в салон со стороны Грейс через разбитое окно. Вот теперь уж Грейс с помощью баллона сама принялась отбиваться куда эффективнее.

— Жми на газ! — крикнула она, ударяя тяжеленным кислородным баллоном каждого, кто пытался пролезть в окно или просунуть руку. — Чего ждёшь?! А-а-а-а! Получайте!.. Мерзкие ублюдки!

Я в болезненных колебаниях посмотрел на педаль газа. Как тут выехать? По людям что ли?!

— Не тормози! — крикнула Грейс. — Они нас пришибут!

Тут под ударами разлетелось в осколки стекло с моей стороны. Я приготовился отбиваться, но теперь никто уже не попытался влезть в машину. Грохот ударов стих. Наступило затишье. Минутка передышки?..

Глава 8

Кто-то прокричал что-то на незнакомом мне языке. Плотное кольцо разъярённых людей немного раздвинулось. Вандалы отступили на несколько шагов, освобождая пространство вокруг машины. Грейс, тяжело дыша, положила баллон на колени в ожидании.

Вперёд из толпы вышел темнокожий парень в красной бандане и с объёмным подсумком. Он метнул в джип бутылку с торчащей из горлышка, подожжённой тряпкой. Мы с Грейс в ужасе проследили за полётом бутылки. Она ударилась в самый край джипа. Разбилась, и вспыхнувшее горючее разлетелось огненными струями. Сзади загорелись багажник, дверь и колесо.

Парень, метнувший коктейль Молотова, достал из подсумка следующую бутылку. Принялся поджигать её под улюлюканье заведённой толпы.

Грейс колотила по рулю и по мне с криками.

— Дави! Дави! Дави-и-и-и!

Ощущая стук крови в висках, чувствуя парадоксальное сочетание страха и ярости, я надавил на педаль газа. Едва машина пришла в движение, от скорости в глазах вся картина дёрнулась, все детали размылись для взгляда. Отчётливым в этой неразборчивой мешанине остался только яркий, красный платок…

Бац!..

Человек с коктейлем Молотова от удара взлетел над капотом и, стукнувшись спиной о лобовое стекло, перелетел через джип. Бутылка с горючей смесью вылетела из его руки, разбилась о крышу, и огонь мигом выполз на стёкла со всех сторон.

Бабах!..

Внедорожник врезался в толпу. Кто-то от удара перекатился по крышке капота, кто-то упал под колёса, кто-то отлетел в сторону. Джип подскочил, переезжая кого-то колёсами.

Так мы выбрались из оцепления людей, обезумевших от слепой ярости. Далее, не снижая скорости, промчались мимо горящих палаток до въездных ворот. Я вслепую через непроглядную стену чёрного дыма выправил джип к дороге. Поддав газу, отъехали сразу на пару кварталов от лагеря. Только теперь остановились, съехав с дороги.

Мы выскочили из машины и обнаружили, что пламя разнеслось по крыше джипа и по всей задней левой части, включая колесо.

Грейс принялась вытаскивать половики и кидать их на крышу.

— Туши, пока не загорелся салон!

Я засомневался. А стоило ли вообще эту развалину тушить?

— Ну и какого ты встал?! — выпалила Грейс, спасая отцовский джип. — Пока не разгорелось, туши!

Так, накрывая огонь половиками, мы в термозащитных костюмах, не ощущая жара, ослабляли горение огня. Я открыл багажник. Невзирая на бьющий с крыши в лицо огонь, вытащил две пятилитровые бутыли воды из запасов нашей провизии. Вынул широкую прорезиненную подкладку со дна багажника и пустил в дело её тоже. Главное перекрыть огню доступ к кислороду. Следом стал поливать водой горящее колесо, но тут же услышал недовольный возглас Грейс, а следом ощутил на своей пятой точке её яростный пинок: