Люби, Рапунцель

– Почему?

– Все же мне далеко до того мальчика с его пламенными танцами.

Даня подавилась воздухом и пару раз натужно кашлянула.

– Это была показуха для спонсоров. И, в общем-то, для тебя тоже. Как для одного из организаторов. Признай, Левицкий умеет устраивать шоу.

– Не спорю. – Владимир плавно покружил ее и придержал, когда она неловко качнулась, намереваясь втемяшиться в танцующих рядом людей. – Изумляет другое. Твое участие в его несколько экстравагантных выходках. Мальчик смел, признаю, и столь же смело и открыто подает себя. Однако тебя в таком амплуа мне еще видеть не приходилось.

– Ну, мне некуда деваться. – Затылок Дани разом вспотел, а ладони – наоборот, похолодели. – Я – его менеджер. Должность обязывает обеспечивать его всяческой поддержкой.

– Значит, выкладываешься на полную? Как и всегда в работе. Однако, – Владимир потянул ее в противоположную от стола Якова сторону. Возможно, заметил быстрые Данины взгляды, – мне показалось, что в данном конкретном случае ты получила настоящее удовольствие. Испытала особые эмоции.

– Ты явно не туда смотрел. – Даня, хохотнув, по-свойски похлопала его по плечу. – Видел, как я с ног валилась? А этот деспот крутил мое мясо на костях, как ему вздумается! Сомнительное удовольствие.

– Мне показалось, что он обращал твою скованность в грацию.

– Вот именно, тебепоказалось. Он командовал мной и моим телом, и это безумно злит. Мне больше нравится танцевать с тобой. Мы просто движемся, и ты не ограничиваешь меня в танце и не пытаешься подавить.

– Уверен, пожелай ты свободы в танце, и этот мальчик мгновенно поддержал бы каждое твое стремление и подстроился бы под любое твое желание.

– Что-то я никак не пойму. – Даня, насупившись, легонько стукнула кулачком по груди Владимира. – Ты его хвалишь, что ли? Защищаешь от нехорошей и недооценивающей его таланты меня?

– Не совсем. – Владимир с прежней деликатностью отнял ее руку от своей груди и медленно повел девушку дальше сквозь толпу. – Просто хочу узнать, что из себя представляют ваши отношения.

– Деловые они, – ворчливо отозвалась она. – До крайности деловые.

– Что ж, понятно.

Возникла пауза, от которой Даня почувствовала себя неловко. Ничего не было, никто ничего продолжать не собирается. Поэтому она и не должна ни перед кем оправдываться. Даже перед Владимиром.

– А ты раньше, случаем, не встречал Якова? – Затянувшееся молчание оказалось слишком сложно вынести. А музыкальная композиция все не заканчивалась. Танец продолжался.

– Не думаю. Слишком яркая личность, чтобы забыть.

«А вот Яков тебя знает… Как же еще он мог запросто сопоставить того, о ком я ему рассказывала, и, в общем-то, левого мужчину, которого видел в первый раз? Надо бы помучить Принцессу расспросами. А то слишком много вопросов… помучить… помучить…»

– Но ты его отчество знал, – вспомнила Даня. – Обратился к нему официально по имени и отчеству, хотя я не рассказывала тебе подробности о нем. Или ты снова воспользовался связями и за три минуты откопал все, что тебе было нужно?

– Если быть точнее, за одну минуту. – Владимир никогда не баловался масками самодовольства. Вместо этого степень его настроения передавалась через холодную невозмутимость. Чем спокойнее он выглядел, тем яснее становился имеющийся у него в наличии уровень контроля. – Всего один звонок. Мне необходимо было выяснить, кто этот мальчик, к которому ты прикипела всей душой.

– Зарплатным счетом я к нему прикипела. Он мне семейный бюджет пополняет. По-моему, это очевидно!

– Полагаю, у меня нет причин тебя разуверять.

– В чем? – насторожилась Даня.

– В том, что ты, возможно, не желаешь признать наличия «особого отношения».

– Мне не знаком этот терминологический оборот. Никакого «особого» отношения нет и быть не может.

Реакция Владимира на ее слова продолжала оставаться в пределах умеренного интереса. По крайней мере, именно такую иллюзию создавали его спокойный голос и застывшее понимание в глазах.

– Что ж, – он замедлился, прислушиваясь к затихающей мелодии, ознаменовавшей окончание их маленького уединения, – пока ты не придаешь значения отдельным деталям и придерживаешься ограничений, думаю, волноваться не о чем.

– Волноваться не о чем, – согласно закивала Даня и почти сразу поймала себя на том, что кивков получилось значительно больше, чем требовала адекватность ситуации.

«Левицкий меня нереально подбешивает. – Во взбудораженном сознании мысли заметались с безумной скоростью, едва ли не высекая искры. – Все из-за него… Меня даже Владимир теперь серьезно не воспринимает».

Новая композиция. И вновь медленная.

– Не возражаешь, если продолжим? – Руки Владимира обвили ее талию. – Честно говоря, соскучился по нашим разговорам.

«Было бы гораздо легче, если бы до этого я не дунула бокальчик «фанильского», – мрачно подумала Даня, позволяя вовлечь себя в новый деликатный танец. – Меня мутит. Уж лучше тут покачаюсь да повишу на Владимире».

– А ты здесь какими судьбами? Зачем вернулся?

– По работе. А принять участие в качестве члена жюри меня попросил знакомый. У него не получилось оторваться от дел, а я как раз пересек границу и пару дней спустя уже прибыл сюда. – На лице Владимира появилась досада. – Непривычная для меня публика. Своеобразное мировоззрение. Причудливое отношение к жизни. И некий налет цинизма по отношению к консервативному быту. Взять, к примеру, вашего конкурсанта Фаниля…

Даня полностью отключилась от беседы. Слова Владимира доносились до нее и плавно проскальзывали мимо. Хищно подобравшись, она бросала взгляд из стороны в сторону в поисках нужного объекта. При последней проверке выяснилось, что стол, который недавно занимали Яков и Потцев, ныне оккупировала другая компания. А те двое исчезли.

Присмотревшись внимательно к бокалу Якова, который еще не успели унести, Даня обнаружила, что тот почти пуст. Кто-то заглотил «ананасовый сок» и отправился бороздить просторы банкетного зала.

И лучше бы это был любопытный Потцев.

Даня активно замотала головой, будто поломанная игрушка, сканируя местность.

– Что-то случилось? – Поняв, что это бесполезно, Владимир оставил попытки заинтересовать партнершу беседой. Он тоже посмотрел по сторонам. – Потеряла кого-то?

– Не-е-ет, – неуверенно протянула Даня, ощущая нарастающую внутри панику. В поле зрения не было не только Якова. Она не видела нигде и деятельного Потцева. А теперь какова вероятность того, что они ушли вместе?