Любовь зла, полюбишь и... Кощея

— Ты же знаешь, что это опасно! — Взмолилась она.

— Плевать! — Смотрел в её чёрные глаза и погружался в них, как в омут, с головой. — Я тебя не видел две недели. Истосковалася. — Честно признался я.

Она опустила взгляд на мою грудь и провела по пуговицам своими тоненькими пальчиками.

— Я тоже, — еле слышно прошептала она и крепко прижалась.

(Маша)

Если сейчас выскочит медведица, я её собственными руками задушу. Этот момент только наш, не хочу его делить ещё с кем-то.

Он думает мне легко дались эти пятнадцать дней. Он ошибается. Если бы я превращалась в волчицу, а не в медведицу, он бы слышал каждую ночь мой траурный стулеж и вой.

Я оградила себя от внешней среды не просто так. Я опасна. Я могу навредить, как они этого не понимают? Я спряталась в своей комнате для того, чтобы все были целы. И что я вижу, проснувшись утром? Кощея, дрыхнувшего на полу у моей кровати. Совсем спятил? Он был тут всю ночь? Если так, почему цел? Неужели она его не тронула? Ох, столько вопросов, на которые хотелось бы знать ответы. Но вместо того, чтобы спросить, все, что я могу делать сейчас, это ощущать его присутствие своей кожей и вдыхать его исключительный запах.

Провела ладонью по впалой щеке. Исхудал.

— Ты ел вообще? — Почему-то разозлилась я.

— А ты? — Вскинул бровь, принимая бой мой воин.

Ладно, сгласна на ничью.

— Что ж, раз мы оба голодны, предлагаю спуститься в столовую и отзавтракать. — Уверенно поднялся на ноги и с лёгкостью поставил меня.

Я засомневалась. Безопасно ли это?

— Эй, — будто прочитал мои мысли Бессмертный — все будет хорошо, я рядом.

— Ладно, — сдалась я, — я попробую.

Выходить из комнаты было тяжело. Будто я просидела в ней не две недели, а два года. Все казалось таким необычным, странным. Но каждый новый шаг был крепче, увереннее, а когда мы подошли к лестнице я осмелела совсем и сама двинулась в сторону кухни.

Тётя Лена уже вовсю суетилась. Она всегда готовит, будто гостей ждём, а сейчас совсем с цепи сорвалась. Блины, рагу, пирог, два. Один сладкий, один с мясом. Суп.

— Маша, — воскликнул Колобок, заметив меня, стоящую на пороге, — Тётя Лена, Маша пришла!

Он прыгнул мне на руки и я слегка осела. То ли кругляш поднабрал, то ли я охляла.

— Рада видеть тебя здесь!
–

Совсем не удивилась хозяйка. Будто знала, что по-другому и быть не могло.

— Накрой в беседке, — скомандовал Кощей и потащил меня на улицу.

Я, выпуская Колобка из рук, поплелась за своим мужчиной.

Мы вышли на свежий воздух. Я вдохнула его наполную и пошатнулась, цепляясь за крепкое плечо. Вот, чего мне не хватало — кислорода.

Взяла под руку хозяина своего сердца и мы зашли за угол дома. Дух перехватило от увиденного. Тюльпаны, которые мы высаживали с Кощеем совсем недавно, расцвели. Так много цветов, аж в глазах рябит.

— Какая красота! — Выдохнула я.

— Боялся, что ты это пропустишь, — улыбнулся он.

— Ты поэтому влез ко мне ночью в комнату? Убедить, чтобы вышла посмотреть на цветочки? — Ухмыльнулась, подкалывая преступника.

— От части, — не стал лукавить провинившийся.

Кощей усадил меня на скамейку, а сам присел рядом, обнимая за плечи.

Лена подала завтрак, если это можно так назвать. Стол ломился от переизбытка явств.

— Кто все это есть будет? — Водила круглыми глазами по блюдам я.

— Я обижусь, — послышался крик из окна.

— Ты её слышала, обидится, — на полном серьёзе говорил Кощей, только смешинки в глазах выдавали его издевку.

— Хозяин, — внезапно перепрыгнул оградку Соловей, — разговор есть.

Он отломил ломоть от сведевыпеченного хлеба, макнул его в жижу из-под рагу и отправил в рот на уничтожение.

Если Кощей до сих пор не вышвырнул его за такую наглость, значит случилось действительно что-то страшное.

5.1

— Не здесь, — цедя каждое слово сквозь зубы, шипел мой мужчина. — Ты завтракай, я на секунду, — улыбнулся он, чмокнул меня в щеку и встал из-за стола.

Разница, которую я почувствовала в его тоне, немного успокоила. Соловью холодная расчетливость, а вот мне досталась теплота и забота. И как эти две противоположности умещаются в одном мужчине?

Они отошли на несколько метров, а я вгрызлась зубами в запеченую уточку. Как же я, оказывается, голодна!

(Кощей)

Смотрю на Соловья изподлобья, а этому лосю хоть бы что. Жует хлеб изо рта сыпется. Если бы не важная информация, втащил бы ему прямо за столом, при Маше.

— Слушаю, — зло выстрелил я.

— Капканы сработали, — чавкал разбойник.

— Взяли? — Буравил его строгим взглядом.

— Неа, когда пришли, уже не было никого, только железо в крови и это, — протянул мне замусоленный тканевый сверток.

— Что это? — Взял в руки увесистый предмет замотанный в когда-то белый шелк.

— Не знаю, не смотрел. Тебе принес первым делом, — ковырялся в зубах прихвостень.

— Свободен, — выдал я и направился к беседке, разворачивая сюрприз, который либо по ошибке, либо специально оставил незванный гость на моей территории.

— Хозяин, — позвал Соловей, я тут же повернулся. — Рагу что надо.

— Нечем заняться? Я сейчас найду для тебя задание. — Зыркнул на наглеца.

— Все-все, — поднял руки бестолочь, — понял я, удаляюсь. — И скрылся в тени густых каштанов.

Я бросил взгляд на свою руку, в которой умостился вырезанный из черного дерева медведь и почесал затылок.

И что мне с этой хренью делать?

(Маша)

Кощей вернулся озадаченным и задумчивым.

— Знаешь что это? — Протянул мне руку с деревянной игрушкой в форме медведя.

Я рассмотрела незнакомый мне предмет и отрицательно покачала головой, нервно сглатывая слюну. То, что это дело рук моих братьев было понятно без слов. Но убедиться в этом было все же необходимостью для меня.

— Они нашли меня? — Уткнулась взглядом в стол, ожидая вердикта.

Боялась поднять глаза и увидеть в них то, что меня пугает больше всего, страх.

— Они тебя и пальцем не коснутся, ты поняла меня? — Взял за плечи и повернул на себя. — Тебя никто больше не обидит.

Кощей не знал всей истории моей семьи. Я не расскрывала ему всех тайн, лишь то, что ему нужно было знать. Но даже из этой информации, что я так тщательно обрабатывала перед тем, как поднести ее Бессмертному, было понятно, что отношения у меня с семьей мягко говоря неочень.