Лютая

Поняв, наконец, что именно от него хочет слышать Хугун, Рвай задумался. Как он представляет будущее? Он считал, что самое важное – выживание племени. До того, как он стал вождем, он заботился о своей семье, потом эта забота растянулась на все племя.

Хорошая и сытная еда, крыша над головой, безопасность. Именно это волновало его в первую очередь. Когда очнулась Лютая, вместе с ней в их жизни стало появляться нечто новое. Рвай никогда не мешал, так как видел – все, что она делала, направлено на пользу людям. Все новое могло помочь племени в борьбе за выживание.

Он вполне способен был жить в обычном шалаше, но был согласен поменять хлипкую хижину на крепкие стены из глины. Он мог питаться из каменных чаш, но керамическая посуда нравилась ему больше. И так во всем. У него не было проблем с выживанием без предметов, которые привнесла Лютая, но он понимал, что они улучшают жизнь людей.

Все эти мысли и были озвучены. Он сомневался, что его слова имеют какое-то отношение к вопросу Хугуна, но другого ответа у него не было.

Слушая его, старый вождь кивал головой, а потом, когда Рвай замолчал, произнес:

– Все идут вперед. Тот, кто стоит, – умирает.

Сначала Рвай не совсем понял, о чем речь, поэтому на некоторое время задумался над произнесенными старым вождем словами.

Все идут вперед. Тот, кто стоит, – умирает.

Казалось бы, это очевидно. Люди, которые ничего не делают, рано или поздно умирают от голода. Если во время охоты не будешь осторожен, если замрешь на месте при взгляде на приближающегося хищника, то, конечно же, погибнешь.

Все это знали, даже дети.

Вот только Рваю вдруг показалось, что Хугун говорит о чем-то другом. Он ведь не мог сказать это просто так, верно? Значит, пояснение нужно искать в более ранних словах.

О чем они говорили до этого? О будущем, о том, как Рвай его представляет себе. Если связать эти две темы, то что из этого следует?

Он нахмурился, все еще не понимая. Бросив взгляд на пристально смотрящего на него вождя, Рвай сжал губы. Какое отношение имеют его слова о бездействии к тому, как он видит будущее? Стоило ему подумать об этом, как в нем вспыхнула догадка. Ему только чудом удалось ухватить мимолетную мысль. Кажется, он понял, что имел в виду старик.

Когда он описывал будущее, предстающее перед ним в воображении, то говорил о привычной жизни. В нем не было места кое-чему очень важному. Удивительно, если бы Хугун не заставил его задуматься, то он никогда не стал бы обращать на это внимание.

В этот момент перед его внутренним взором предстала Лютая. Она отличалась от него. Рвай вдруг подумал о том, что на похожий вопрос о будущем эта женщина ответила бы иначе.

Он не был уверен, что она знает, что такое спокойная жизнь. Создавалось впечатление, будто ей все время нужно было что-то вокруг себя менять.

Нет, не так.

Улучшать.

Вот правильное слово.

Лютая делала свою жизнь и жизнь людей вокруг лучше. Все, что она создавала, несло в себе некое развитие. Развитие, о котором сам Рвай до этого момента даже не думал. Он всегда ел из каменной чаши и за все прожитые годы ни разу не подумал, что можно сделать что-то иное. Что-то, что будет намного удобнее и лучше.

И так во всем.

Сейчас, оборачиваясь назад, он не понимал, по какой причине он уделял миру вокруг себя так мало внимания. Он был отличным охотником. Люди вокруг всегда говорили это. Да и сам Рвай видел, что отличается от многих в этой области в лучшую сторону. Тогда почему ему ни разу не пришло в голову, что способ охоты можно как-то изменить или улучшить?

У него не было ответа.

Сейчас, размышляя о прошлом, Рвай вдруг подумал, что был слишком глуп. Словно его голову опутывал туман, не дающий ему ясно рассуждать. 

Рвай еще некоторое время назад думал, что в будущем люди будут жить так же, как сейчас. Ничего не изменится. Хотя не совсем так. Их дома, возможно, станут другими. Всё-таки после того, как он увидел дом Лютой, ему и самому захотелось такой же. Он не считал, что другие люди сильно от него отличаются. Дома, одежда, оружие, привычный быт – все немного поменяется и в то же время останется прежним. Они, как всегда, будут ходить на охоту, потом заготавливать на время сезона дождей мясо. Будут готовить еду на кострах, носить шкуры и так далее.

Рвай внезапно осознал, что все изменения, которые настигли людей в последнее время, – еще не конец. Наверное, что-то будет продолжать меняться. Двигаться вперед.

– Ты понимаешь, – донесся до него довольный голос Хугуна.

Рвай резко поднял на него взгляд. Старик слегка щурился, а на его лице можно было увидеть блуждающую улыбку.

– Она… – начал Рвай, но тут же замолчал, не зная, как объяснить.

Но ничего объяснять не потребовалось.

– Она всегда идет вперед. И люди рядом с ней тоже, – старый вождь кивнул так, будто подтверждал прочитанные в голове Рвая мысли. – Особенный человек. Нельзя терять. Иначе всем снова придется долго стоять.

– Разве мы не можем двигаться сами?

Хугун фыркнул, посмотрев со скепсисом.

– Можем, – сказал неожиданно. – Очень медленно. Так медленно, что даже внуки и их внуки будут жить, как мы. А может, и дольше.

– Почему ты так думаешь?

– Я стар, – вождь слегка нахмурился. Уголки губ опустились, отчего на его лице появилось скорбное выражение. – Я видел многих. Люди рождались, умирали, но ничего никогда не менялось.

– Зачем ты говоришь мне все это?

Хугун замер на мгновение, потом посмотрел на Рвая так, словно в чем-то сомневался. Отведя взгляд в сторону, старый вождь некоторое время размышлял. Казалось, в этот момент он принимал какое-то решение.

Спустя пару минут он повернулся и заговорил:

– Эта женщина послана предками. Она идет вперед. И все вместе с ней. Никто не должен мешать ей.

– Кто мешает? – Рвай резко нахмурился.

Он всегда испытывал к Лютой некоторые чувства, поэтому отреагировал на слова Хугуна довольно быстро. Одно время он даже ненавидел Борга. Если бы махайрода не было, то она могла бы стать его.

Не могла бы. Почему-то эта мысль в тот момент была невероятно ясной. И тому была причина.

Как и сказал Хугун, Лютая особенная. Простой охотник не мог увлечь ее. Что он мог дать ей? Еду? Она вполне способна добыть ее сама. Одежду? Если уж она могла найти еду, то и одежда не была проблемой. Защита? Даже не смешно! Он до сих пор помнил, как она одним ударом убила ужасную птицу. Да и потом, во время охоты, с легкостью повторяла за Боргом. Хороший дом? И тут он не мог ничем ее порадовать.

У него уже были жены, так что, войди она в круг ради него, стала бы просто одной из них. Рвай почему-то сомневался, что подобное ее могло устроить.

Когда появился Борг, он все понял. Поначалу тот ничем, казалось, не отличался от других. Такой же охотник, пусть и немного сильнее. Но время шло, и Рвай видел, что мужчина все-таки был иным.

Он никогда не смотрел на других женщин, словно весь его мир сконцентрировался на Лютой. Любой другой мужчина на его месте сразу же проверил бы всех свободных женщин племени. Ни один мужчина не может долго обходиться без женской ласки. И даже если у него есть одна жена (временная подруга), он всегда будет желать еще. Это внутри них, и ничего с этим не поделать. Но Борг даже не думал о чем-то подобном, словно бросая вызов своей природе. И да, Рвай отлично знал, что махайрод на самом деле не прикасался ни к одной женщине в племени. Уже это было более чем странно.