Маг

В подвале тут же запахло кровью. Крики раненых и умирающих разорвали тишину болезненно острыми осколками. Как взрыв. Как разорвавшийся прямо под ногами снаряд. Но у нападавших не было ни единого шанса: в разверзшемся здесь аду я был единственным демоном, а каратели неожиданно превратились в грешников, с которыми я творил все, что хотел.

Не знаю… наверное, в какой-то миг меня все-таки переклинило. А может, звериные инстинкты опять взяли вверх. Но в тот момент я уже ни о чем не думал. Бросался на людей без остановки, словно и впрямь сошел с ума. Перед глазами стояла алая пелена. В ноздри забивался будоражащий запах железа и соли. Мои когти и зубы с каждым ударом находили новую цель. И мне было хорошо-о. Настолько хорошо, что я с головой окунулся в кровавое безумие, на какое-то время действительно став свирепым и не рассуждающим зверем, который хотел только одного — убивать. Все, что движется. Все, что даже потенциально могло представлять угрозу. И я убивал. Безостановочно рвал на части податливые тела. Ровно до тех пор, пока шум и крики вокруг меня не стихли, из искалеченных тел окончательно не ушла всякая жизнь, а погрузившееся в темноту помещение не огласил мой победный рык.

Когда же стены подвала дрогнули, а отразившееся от них эхо гулко ударило по чувствительным ушам, я остановился и, тяжело дыша, поднял голову от искалеченного трупа.

Застившая мой разум кровавая пелена так же неожиданно спала. Удушающий запах смерти, который до этого лишь раззадоривал и подстегивал азарт, стал почти непереносимым. К тому же в нем неожиданно появилось что-то горькое, неприятное, даже мерзкое. После чего у меня в мозгу что-то щелкнуло. Воинственно стегающий воздух хвост неожиданно присмирел. А я обвел глазами забрызганное кровищей помещение и как-то даже устыдился собственного поведения, после чего выплюнул из пасти огрызок чьей-то руки и отошел от горы тел, в которых не осталось ничего человеческого.

Еще через миг до меня донеслась обеспокоенная мысль от испугавшегося за мой рассудок Ули. А вместе с ней пришла и очередная порция картинок от Первого.

Перехватив их, я какое-то время пытался сообразить, что все это значит. Но потом окончательно пришел в себя. Вспомнил, кто я такой и зачем пришел. Мысленно извинился перед улишшами за эту постыдную вспышку. Затем отыскал взглядом мечущуюся по изнанке Пакость. Выудил ее оттуда хвостом. Терпеливо снес сердитый кусь за то, что снова посмел ее бросить. А затем прислушался к Ули и коротко рыкнул.

Оказывается, в доме был еще один человек, который во время устроенной нами бойни благоразумно оставался наверху. Более того, даже не подумал вмешаться или как-то помочь карателям. Пока я буйствовал, он терпеливо дожидался окончания схватки и только после того как шум затих, осторожно приблизился к ведущей в подвал двери.

Там-то малыш его и нашел, когда вломился в дом с улицы. И там же прижал к стене, угрожающе скаля зубы и готовясь прибить чужака, который почему-то не пытался оказывать сопротивление. Напротив, вместо того, чтобы причитать, кричать или суетиться, он демонстративно выставил перед разъяренным улишшем пустые ладони. Не зная, видимо, что малыш не понимает человеческую речь, пытался что-то говорить. Объяснять. Уговаривать. А когда сообразил, что свирепо скалящийся зверь недвусмысленно оттесняет его ко входу в подвал, сам туда направился. И, открыв дверь, очень медленно и осторожно спустился вниз, нащупывая ногой ступеньки и не спуская глаз с неотступно следующего за ним нурра.

— Спокойно, спокойно, — донесся до меня увещевающий голос, при звуках которого я изумленно замер. — Не надо нападать. Не видишь? Я совершенно не планирую атаковать.

Желая убедиться, что мне не привиделось, я подошел к лестнице и, вскинув голову, повелительно рыкнул.

Закутанный в длинный халат человек сперва замер, а потом медленно-медленно обернулся и, встретившись со мной взглядом, с тихим вздохом сполз вниз по стенке.

— Вот, значит, ты какой… — прошептал он, глядя на меня безо всякого страха. — До чего же необычная тебе досталась форма. Нурр… не зря каратели так всполошились, когда нашли в подземелье твои следы.

Я пригнул голову и зашипел.

— Не нужно, — качнул головой человек, во все глаза рассматривая мою звериную форму. — Я не собираюсь тебя убивать. Да и вряд у меня получится. Твоя чешуя… не думаю, что смогу ее поранить после того, как с ней не справился даже тагор. Все, чего я хочу, это посмотреть тебе в глаза, мальчик. А все, что мне нужно, это чтобы ты меня выслушал.

— Р-р-р! — тихо рыкнул на него Первый.

— Покажись, — неожиданно попросил гость, не делая попытки встать со ступеньки. — Дай взглянуть на тебя — человека.

Я заколебался.

Он слишком много знал. И был слишком спокоен для человека, который лицом к лицу столкнулся с шайеном. Более того, он совершенно точно знал, кого именно здесь встретит. Он меня ждал. Даже приготовил приманку… причем отличную приманку — в подвале действительно лежали вещи Олерона Аввима. Знакомой расцветки ковры, сложенные аккуратными стопками у стен книги, поврежденные Пакостью короба, откуда по-прежнему торчали огрызки того, что она не доела. Вплоть до того, что и щепки от разбитых Первым комодов были аккуратно собраны в ящики и сложены рядом с лестницей, как если бы в них и впрямь осталось что-то ценное.

Даже убитый мной «ужас подземелий» сюда зачем-то приволокли. Да еще уложили тело так, чтобы я точно его увидел и, наверное, совершил ту самую ошибку, которую совершил.

Но что самое главное, я прекрасно знал человека, который придумал для меня такую своеобразную ловушку. Однако, как и раньше, хоть убей не мог разобраться в его мотивах.

— Покажись, — повторил он, глядя на меня уже не с просьбой, а с мольбой. — Прошу. Докажи, что хотя бы на этот раз я не ошибся.

— Я бы на твоем месте прислушался, — как водится, без предупреждения раздался из-за моей спины знакомый голос. — К тому же в человеческой личине разговаривать удобнее.

Шэд. Ну кто бы сомневался? Как всегда — в нужное время и в нужном месте.

— Конечно, — подтвердил собиратель душ. — Я иногда за тобой присматриваю. Но сейчас это нужно не только тебе одному.

Окончательно перестав что-либо понимать, я стряхнул со спины деловито устроившуюся там нурру и действительно сменил матрицу. Не доверять Шэду поводов не было. Что бы он ни говорил, но ни один его совет не оказался никчемным или неуместным. Поэтому я дал команду Ули и выбрал уже привычный для себя образ. А когда выпрямился и, вытащив из собственной груди надоевший до оскомины нож, спокойно воззрился на сидящего на лестнице человека.

— Здравствуйте, магистр Ной. Неожиданное вы выбрали место для встречи.

— Здравствуй, мой мальчик, — с невыразимым облегчением прошептал старый маг. — Если бы ты знал, как я рад тебя видеть…

* * *

— Извини за это, — неопределенно махнув рукой куда-то мне за спину, сказал великий магистр Ной, не делая попыток подняться на ноги. — Чтобы пригласить тебя сюда, пришлось проявить смекалку. А чтобы в случае неудачи не погибнуть зазря и не выглядеть в глазах Ковена магом-отступником, я был вынужден привлечь к этому посторонних.

— А что, без карателей нельзя было обойтись?

— Я мог ошибаться. Вместо тебя сюда мог явиться неуправляемый зверь в обличье Таора. Или подставное лицо. Или просто враг, узнавший о моей слабости. А рисковать я не хотел. Поэтому предпочел отправить магистру Нэшу сообщение о потенциально опасном монстре в городских подземельях и предложил поучаствовать в охоте. Монстр, как видишь, уже здесь…

Учитель выразительно покосился на люк, возле которой лежала изуродованная мной тварь.

— Будь добр, достань тело с изнанки. Когда сюда придут, надо будет предъявить доказательства.