Шрифт:
Юному читателю
Милый мой друг! Читая эти рассказы, ты войдёшь в мир музыки.
Ты узнаешь о рояле, о звуке камертона, о добром настройщике и о душевной чистоте маленького музыканта.
Задумаешься над огромной любовью, которая привела мальчика Диму в музыкальную школу…
Познакомишься
Как живые, встанут перед тобой маленькие композиторы. Ты увидишь их в труде, в спорах, в дружбе, в печали и в радости.
Обрати внимание на то, как поэтично показана в этих рассказах связь музыки с природой («Камертон» и «Неоконченный вальс»).
Дорогой друг! Знай, что только труд, и упорный труд, делает человека настоящим музыкантом.
Прославленные пианисты, такие, как Святослав Рихтер, Эмиль Гилельс и другие, тоже были «маленькими музыкантами», но они стали большими музыкантами потому, что много трудились.
Помни одно: как бы ни был одарён человек, если он лентяй, то из него никогда ничего не выйдет.
Раз ты любишь музыку, то учись и учись! Желаю тебе упорно работать и стать большим музыкантом.
Народный артист РСФСР,
доктор искусствоведения,
профессор Г. НЕЙГАУЗ.
КАМЕРТОН
Утром, как только Юра просыпался и открывал глаза, он широко улыбался: против его дивана стоял рояль — большой, чёрный, блестящий! Такой же точно рояль, как на сцене заводского клуба, куда Юра ходил по праздникам с отцом и матерью.
Юрины родители очень любили музыку. Мать пела в самодеятельном заводском хоре, а отец играл в трио баянистов.
Юра тоже любил музыку и радовался, когда видел своих родителей на концертах.
В эту зиму произошло много событий. Из тесной комнатушки семья перебралась в просторную, светлую квартиру. Тогда в столовой и появился рояль.
Юра знал, что на покупку рояля и новой мебели деньги копили давным-давно. Наконец в один прекрасный день двое рабочих внесли рояль, привинтили ножки, педали, поставили его и ушли.
Отец торжественно уселся и притронулся к клавишам. Рояль откликнулся густым радостным звуком.
— Он теперь наш! — улыбаясь, сказал Юра и погладил блестящую чёрную поверхность, которая от звука вздрагивала, как живая.
— Ну вот, — сказал отец, — теперь у тебя своя музыка. Учись!
Потом к Юре стала приходить молодая учительница. Она взялась приготовить мальчика в музыкальную школу.
Вместе с роялем в дом вошла радость. Звуки рояля казались Юре прекраснее всех других музыкальных звуков. Мальчик ухаживал за инструментом — каждое утро чистой влажной тряпочкой протирал клавиатуру, воображая,
будто чистит зубы своему другу-великану. Осторожно вытирал пыль на крышке, с боков, на ножках и бежал к бабушке.— Бабуленька, вытри, пожалуйста, роялю спину.
— У меня и без твоего рояля много дел, — ворчала бабушка. — Я обед готовлю.
Но по лицу её Юра видел, что и бабушка любит рояль.
Последнее время инструмент вёл себя как-то странно: одна клавиша совсем не звучала, а другая дребезжала, как голос простуженного человека.
— Придётся позвать настройщика, — сказал отец.
Однажды утром, когда родители ушли на работу, раздался звонок.
В столовую вошёл незнакомый человек. В руке он держал небольшой чемодан.
— Здравствуйте, — сказал он и улыбнулся. — Я настройщик.
Юра тоже улыбнулся. Весёлый человек ему понравился. А настройщик положил чемодан на подоконник и подошёл к роялю. Он приоткрыл крышку, пошарил рукой внутри и поставил стоймя круглую чёрную палочку. Тяжёлая крышка оперлась на неё.
— Если мальчик будет мешать, — сказала бабушка, — отошлите его ко мне.
Настройщик весело подмигнул Юре:
— Он мешать не будет.
Бабушка отправилась на кухню. Юра подбежал к роялю. Попробовал заглянуть внутрь. Не видно!
Он придвинул стул. Залез на него. Затаив дыхание, жадно, не отрываясь, глядел.
Внутри рояля, как в коробке, лежала блестящая золотая рама. По краям ярко-красным цветом горел шёлковый шнур. Золотом и серебром блестели струны, натянутые вдоль рамы.
— Красиво! — вырвалось у Юры.
— Красиво! — согласился настройщик.
Он раскрыл чемоданчик. Юра соскочил со стула и подошёл к нему.
Юра увидел много чудесных вещей. Там были стамеска, отвёртка, клещи, крошечный рубанок и ещё какие-то непонятные Юре инструменты.
Настройщик вынул из груды вещей небольшой кожаный мешочек. Из мешочка достал блестящий предмет, похожий на двузубую вилку, только оба зуба были длинные и тупые. Короткая ножка предмета оканчивалась круглым шариком. Настройщик ударил вилкой по крышке рояля и поставил шарик ножки на её край.
Раздался тонкий ровный звук.
— Что это? — спросил Юра.
— Это камертон.
— Ка-мер-тон?
— Да! Моя палочка-выручалочка, — улыбаясь, сказал настройщик. — По её указанию я настраиваю рояль.
Он достал из чемодана железный рычаг с деревянной ручкой, зацепил загнутым концом колышек, к которому была прикреплена струна, и стал поворачивать ручку.
Колышек крутился, настройщик ударял пальцем по клавише и проверял камертоном, так ли звучит нота.
Рояль гудел на все голоса, и среди этих беспокойных звуков всё время слышался ясный и чистый голос камертона.
Юра жадными глазами смотрел на камертон.
— Можно мне попробовать? — попросил он.
— Можно.
— А вы?
— Я дам тебе запасной. На!
Радуясь тому, что держит камертон в руках, Юра ударял им по стулу, ставил на ножку, и камертон звенел высоким певучим звуком.
Юра закрывал глаза, вслушивался и улыбался.
Настройщик пробежал пальцами по клавиатуре. Звук рояля стал совсем другой: ни хрипа, ни стона — каждая нота звучала чисто.
— Всё! — сказал настройщик, закончив звонким аккордом. — Рояль настроен. За это ты сыграй мне, пока я собираю инструменты. Ты в школу ходишь?