Малыш

Потом они совершили экскурсию на трамвае, и, когда проезжали мимо примечательных зданий, мальчики расспрашивали Грипа, и у того всегда был наготове ответ. То это было исправительное учреждение, где сидят заключенные, то работные дома, где людей заставляют работать за жалкое вознаграждение.

— А это что?… — спросил Боб, указывая на большое здание на Кумб-стрит.

— Это?… — ответил Грип. — Сюда вам лучше не попадать, потому что это сиротский приют.

Каким же болезненным эхом отозвалось это слово в душе Малыша! Но если в стенах приюта на его долю выпало столько страданий, то там же он познакомился с Грипом, — что ж, нет худа без добра. Да и не все приюты одинаковы… Вот и здесь, за этими стенами, был целый мир, мир брошенных детей! Правда, воспитанники в своих вязаных голубых кофточках, серых штанишках, добротных ботинках и беретах совсем не походили на оборванцев Голуэя, на которых мистеру О'Бодкинзу просто было наплевать! Дело в том, что эта школа была собственностью Общества миссионеров Ирландской церкви [229] и целью его было не только накормить и обучить воспитанников, но и приобщить их к англиканской вере. Следует добавить, что и католические приюты, доверенные монахиням, были, по счастью, ничуть не хуже.

[229] Ирландская церковь — независимая англиканская (протестантская) церковь, общая для Республики Ирландии и Ольстера; религиозные общины этой конфессии появились в Ирландии во второй половине XVI века, но как тогда, так и сейчас большинство приверженцев Ирландской церкви составляют выходцы из Англии и Шотландии. Общее число ее последователей в настоящее время оценивается в полмиллиона человек; в богослужении с 1634 года разрешено применение ирландского языка; Ирландская церковь признает духовное наследие ирландских дореформаторских епископов.

И вот, следуя за многоопытным гидом, Малыш и Боб сошли с трамвая у входа в какой-то сад, раскинувшийся в западной части города и доходящий до реки Лиффи.

Так это был сад?… Да нет, скорее целый парк, огромный парк площадью в тысячу семьсот пятьдесят акров, носящий название Феникс-парк и являющийся предметом законной гордости дублинцев. И чего здесь только нет: великолепные развесистые вязы, зеленые лужайки, на которых пасутся коровы и овцы, укромные лесные уголки, где гуляют косули, пестрые цветочные клумбы, плацы для парадов, обнесенные оградой просторные площадки для игры в поло [230] и футбол — подлинный природный оазис в самом центре большого города! Неподалеку от центральной аллеи находятся летняя резиденция генерал-губернатора и, само собой разумеется, военное училище и госпиталь, а также артиллерийский штаб и полицейская казарма.

[230] Поло — традиционная английская игра в мяч на лошадях.

И тем не менее в Феникс-парке нередко случаются убийства. Грип показал своим спутникам две впадины во рву, расположенные в форме креста. Около трех месяцев назад, шестого мая, почти на глазах у вице-короля, здесь были заколоты теми, кто называет себя «Непобедимыми», государственный секретарь по делам Ирландии и его помощник — мистер Бёрк и лорд Фредерик Кавендиш.

Прогулка по Феникс-парку, а затем по прилегающему к нему зоологическому саду завершила экскурсию по столице. Было пять часов, когда друзья распрощались с Грипом, собираясь вернуться к себе на Патрик-стрит. Они условились, что будут видеться по возможности каждый день, до самого отплытия «Вулкана».

Когда они уже собирались расстаться, Грип спросил Малыша:

— Ну как, мальчуган, не осенила ли тебя какая-нибудь хорошая идея во время нашей прогулки?…

— Идея, Грип?…

— Ну да… ты уже решил, что будешь делать?…

— Что буду делать?… Нет, Грип, но зато я знаю, чего не буду делать. То, чем мы занимались в Корке, здесь не имеет смысла… Если опять продавать газеты и брошюры, то у нас будет слишком много конкурентов.

— Я тоже так думаю, — заметил Грип.

— Бегать же по улицам с тележкой… вряд ли… Чем бы мы стали торговать?… И потом, здесь таких торговцев хватает!… Нет уж! Похоже, что было бы лучше осесть где-нибудь… взять в аренду небольшую лавочку, например…

— Это то, что надо, мальчуган!

— В каком-нибудь многолюдном квартале… не очень богатом… на одной из улиц, скажем, вроде «Свободы»…

— Лучше и не придумаешь! — поддержал приятеля Грип.

— Но чем же мы будем торговать?… — спросил Боб.

— Всякими необходимыми вещами, — ответил Малыш, — теми, которые людям всегда нужны…

— Ага, значит, чем-нибудь съедобным? — не утерпел Боб. — Пирожными, например…

— Ну и сластена! — воскликнул Грип. — Да от них никакой пользы, подумаешь, пирожные…

— Но они же вкусные!…

— Этого мало, нужно, чтобы это была необходимая вещь! — пояснил Малыш. — Ну, ладно… Там видно будет… я еще подумаю… поброжу по кварталу… Там есть перекупщики, которые вполне преуспели… Полагаю, хорошо бы устроить что-нибудь вроде дешевого универсального магазинчика…

— Точно… это подойдет! — воскликнул Грип, уже представивший себе принадлежащий Малышу магазин с яркой, разрисованной вывеской и сияющим золотыми буквами названием.

— Я подумаю, Грип… Не будем спешить… Прежде чем решиться, нужно хорошенько подумать…

— И не забудь, мальчуган, что все мои деньги в твоем распоряжении… Я все равно не знаю, что с ними делать… да, кроме того, страшно неудобно таскать их все время с собой…

— Всегда?…

— Конечно… они у меня в поясе!

— Почему ты их никуда не поместишь, Грип?

— Я их и помещу… у тебя… Согласен?…

— Посмотрим позднее… если торговля пойдет хорошо… Сейчас нам не так важны деньги, как определить, куда их лучше вложить без особого риска, но с пользой.

— Не бойся, мальчуган!… Говорю тебе, ты разбогатеешь, точно!… У тебя будут сотни и тысячи фунтов.

— Когда отплывает «Вулкан», Грип?

— Через недельку.

— А когда вернешься?

— Не раньше чем через пару месяцев; мы пойдем в Бостон и Балтимор… [231] и еще куда-то, даже не знаю, куда… да, в общем, туда, где можно взять какой-нибудь груз…

— И доставить его сюда!… — закончил Малыш с завистливым вздохом.

Наконец друзья расстались. Грип направился к докам, а Малыш с Бобом и Бёком, перейдя Лиффи, вернулись в квартал Святого Патрика.

[231] Бостон, Балтимор — города и крупные порты на атлантическом побережье США.

Сколько же бедности, сколько нищеты увидели они по пути, сколько несчастных, доведенных до животного состояния джином и виски!

Увы! Напрасно архиепископ Джон еще в 1186 году на церковном Соборе, проходившем в столице Ирландии, яростно обрушился на повальное пьянство соотечественников! И семь веков спустя Пэдди продолжали предаваться этой пагубной привычке сверх всякой меры, и ни одному архиепископу, ни одному Собору в целом мире не одолеть этого ужасного порока!

Глава XI МАГАЗИН «ДЛЯ ТОЩИХ КОШЕЛЬКОВ»

Нашему герою было тогда одиннадцать с половиной лет, а Бобу — семь. Даже если сложить годы, до узаконенного совершеннолетия друзья все равно не дотягивали. Для того чтобы вообразить себе, как Малыш будет заниматься предпринимательством и откроет свое торговое предприятие, и в самом деле нужно было быть Грипом, то есть существом, любившим Малыша слепой любовью, нужна была исступленная и безрассудная вера старшего друга в его возможный быстрый успех, в последовательное расширение предприятия Малыша и, наконец, в фантастическое обогащение!

Как бы то ни было, но через два месяца после появления мальчуганов в столице Ирландии в районе квартала Святого Патрика появился магазинчик, который тотчас же привлек к себе внимание покупателей.

Но не вздумайте искать этот магазин на одной из захудалых улочек «Свободы», примыкающих к улице Святого Патрика. Малыш выбрал местечко поближе к Лиффи, на Бэдфорд-стрит, в квартале, где жители не столь богаты, чтобы предаваться излишествам, и ограничиваются самым необходимым. На товары повседневного спроса всегда найдутся покупатели, при условии, конечно, что они хорошего качества и продаются по разумным ценам. Это наш юный «патрон» почерпнул из «богатого коммерческого опыта», который он приобрел, колеся со своей тележкой по улицам Корка, а затем — по дорогам графств Манстер и Ленстер.