Марадона, Марадона...

На левом краю атаки мячом завладел кто-то из игроков в голубой майке. Параллельно ему ближе к центру двигался Марадона, которому и последовала передача. Аргентинца плотно опекал «сторож», а в двух метрах находился страхующий защитник. Наверное, следует сказать, что пас партнера не был идеальным. Мяч был послан довольно сильно и не по земле, а на высоте колена. Чтобы извлечь из ситуации что-то конкретное, нужно было быть Марадоной. Далеко вытянув вперед левую ногу, он принял мяч, и тот словно приклеился к носку его бутсы. Мягко положив мяч на газон, аргентинец резко замедлил ход, что автоматически повторили оба защитника. Ну а остальное было «просто». Последовал тот самый знаменитый рывок, без которого «нет Марадоны», и в мгновение ока соперники остались далеко за спиной. Диего вышел к воротам, дождался, когда вратарь

Галли бросится наперерез, обвел его и тихонько толкнул мяч в ворота. Сразу два миланца, мчавшиеся на помощь голкиперу, попытались в отчаянных шпагатах предотвратить беду, но их свидание с мячом состоялось уже за линией ворот...

Совершив какой-то невероятный пируэт, Марадона с торжествующе вскинутыми руками помчался вдоль лицевой линии к трибуне. Затем рухнул на колени и так проехал метра три по скользкой траве. Впрочем, в одиночестве ему пришлось пребывать недолго. Сверху на него обрушились товарищи по команде, и через несколько секунд Диего Армандо Марадона исчез в ликующем бело-голубом водовороте.

Оставшиеся 60 минут матча стадион «Сан-Лаоло» больше напоминал городскую площадь во время карнавала. Забитый «Миланом» незадолго до финального свистка гол престижа никак не повлиял на настроение публики. Лишь на несколько минут она было приутихла, когда радио донесло из Милана сообщение о том, что «Интер» тоже совершил двухочковый шаг и по-прежнему находится в неприятной близости от лидера. Но только на несколько минут. Трудно сказать почему, но болельщики «Наполи» свято верили в окончательный успех команды при условии, что она обыграет именно «Милан». Хотя, если приглядеться внимательнее к сложившемуся тогда положению, повод для смелых выводов у неаполитанцев действительно был. Во-первых, «Милан» являл собой последнего опасного соперника — остальные матчи кандидат в чемпионы проводил с середняками. Во-вторых, трудно было представить, что мощный рывок во втором круге «Интера» может продолжаться без конца и без последствий — слишком много физических и моральных сил потребовал он. К тому же календарь подсказывал: финиш турнира для черно-синих будет архисложным — две игры из трех им предстояло провести на чужих полях и вдобавок с аутсайдерами, отчаянно пытавшимися выкарабкаться из пропасти в таблице. Но самое главное заключалось в другом: забил наконец Марадона. И не просто забил, а показал отличную игру. И едва прозвучал свисток судьи, зафиксировавшего результат 2:1 в пользу хозяев поля, как к аргентинцу устремилась туча корреспондентов. На этот раз Диего было приятно давать интервью. Он улыбался. Да, он верит в скорую победу «Наполи», потому, что сегодня его команда сильнее других. Она не ожидает подарков от противников. Она в состоянии позаботиться о своей судьбе.

 «Наполи» «пешком» пересек финишную черту сделав в заключительных встречах три ничьи подряд. Но и этого с лихвой хватило для победы. Что же касается «Интера», то предположения специалистов и болельщиков о возможном срыве на финише полностью оправдались. Дело кончилось конфузом: набрав всего 1 очко из 6 возможных, миланцы не только подписали капитуляцию в борьбе с «Наполи», но вообще оказались на третьем месте, пропустив вперед еще и «Ювентус». Ну а Неаполь за тур до конца чемпионата пришивал на футболки заветный трехцветный щит — скудетто.

Не скрою, мне очень хотелось увидеть воочию пиршество победителей, тем более что неаполитанцы неистощимы на всяческие выдумки и фокусы. Но так уж случилось, что в те дни мне пришлось покинуть Италию и улететь на Мальту, где тоже бушевали страсти, но страсти политические — в стране проходили всеобщие выборы. Когда я вернулся, все осталось позади. Но из того, что я прочитал и услышал, могу с полной уверенностью сказать — всё было: и флаг на Везувии, и праздничный фейерверк, и голубые фонарики на балконах, и автомобильные гонки по улицам, и танцы в майскую ночь.

ВСТРЕЧА С МАРАДОНОЙ

Встретиться с Марадоной и трудно, и легко.

Чтобы взять короткое интервью на лету, задать пару вопросов и сделать десяток фотоснимков — для этого достаточно явиться на стадион в день игры, присоединиться к группе аккредитованных спортивных комментаторов и репортеров и ждать окончания встречи, когда журналисты получают право терзать еще тяжело дышаших футболистов, покидающих поле.

Но мне надо было на этот раз побеседовать основательно. И сделать материал для «Футбольного обозрения».

Звоню в клуб.

— Клуб «Наполи», — равнодушным мужским голосом отвечает трубка. — Вам что?

Представляюсь. Говорю о цели звонка.

— Вопрос о большом интервью решает только сам синьор Марадона. Звоните его секретарше.

— Прекрасно, если вы дадите мне ее телефон. После довольно длительной паузы голос сообщает номер и поясняет, что секретаршу зовут Чечилия. Благодарю собеседника и набираю нужную комбинацию цифр.

— Я вас слушаю.

— Говорит аккредитованный в Риме корреспондент советского радио и телевидения. Я хотел бы...

— Синьор Марадона не дает интервью телевидению. Ни своему, ни иностранному.

— Но я не далее как вчера его видел.

— Только послематчевые и короткие.

Автор этих строк должен признать, что момент для встречи с Марадоной был выбран крайне неудачно. Был апрель 1987 года. Оставалось несколько дней до матча «Наполи» — «Милан». По предыдущей главе вы можете себе легко представить состояние Марадоны в те дни. Но отступать было некуда.

— Хорошо. Не надо для телевидения. Я бы просто поговорил с Диего с диктофоном в руках.

Чечилия раздумывает, потом неохотно произносит:

— Я поговорю с синьором Марадоной. Позвоните в это же время через неделю.

Звоню через неделю.

— Синьор Марадона пока ничего не ответил. — Звоню через неделю.

— Не могу пока вам ничего сказать. — Однако.

У нас устанавливаются почти дружеские телефонные отношения. На следующий раз мы обсуждаем шансы «Наполи», погоду, а также чем отличается неаполитанская пицца от римской. Нет одного. Согласия Марадоны на интервью. Плюнуть на все и приехать в Неаполь так, на авось? Не получится. Без предварительной договоренности Диего Армандо все равно не примет. Это общеизвестно.

Потом корреспондентские дела надолго уводят меня из Рима. Когда я возвращаюсь, сезон окончен, поезд, что называется, ушел. А самолет улетел. В Буэнос-Айрес, с Марадоной на борту. Каникулы.

Звоню Чечилии в последний день августа.

— А, это вы, — произносит она так, будто мы вчера общались и не успели закончить разговор. — Звоните завтра. Думаю, все будет в порядке.

Назавтра.

— Добрый день, синьор Марадона готов с вами встретиться. Можете приезжать с камерой и снимать беседу также для телевидения. Только, если не трудно, привезите фотографию Сергея Бубки с автографом...

Просьба не случайная, а главное — своевременная. В Риме проходит чемпионат мира по легкой атлетике на котором я не аккредитован. Значит, надо попросить помочь коллег, приехавших освещать ход соревнований — Александра Курашова и Ефима Шарпанского.

Коллеги не подвели.

В назначенный день с кинооператором Александром Саранцевым едем в Неаполь. По скоростной автостраде от столицы Италии до столицы юга 200 километров и два часа езды не спеша. Зато совсем немного меньше времени нужно потратить на то, чтобы от окраины Неаполя добраться до центра, где находится наша гостиница. Интервью назначено на пять часов дня — ориентировочно, поэтому в половине второго нужно на всякий случай созвониться с Чечилией. Подъезжаем к широкой привокзальной площади Гарибальди. На часах — без двадцати час.