Маршал 2

— Не думаю, — спокойно возразил министр иностранных дел Великобритании. — Дело в том, что США продолжают выбирать ту леди, с которой они будет дальше танцевать, а эти особы из кожи вон лезут, пытаясь доказать, что они лучше всего подойдут для предназначенной им роли.

— То есть?

— Перед нами, как и перед США стояла задача недопущения реального усиления какого-либо европейского государства. На роль главного хулигана мы совместно в свое время выбрали Германию и стали ее аккуратно к этому готовить, с целью потом вмешаться и добить ослабевшего победителя.

— Я вас не понимаю. Вы говорите прописные истины сакральным тоном. Вы выяснили, в чем тут проблема?

— В США. Они решили вести свою игру, не уведомив нас. И я считаю, что за океаном передумали делать ставку на бошей, так как они себя плохо показали в Испании. А вот Советский Союз – напротив, проявил себя весьма и весьма неожиданно. Громкие военные успехи в Испании, Чехословакии, Монголии говорят о многом.

— Все равно не понимаю, — пожал плечами Чемберлен. — Мы и так с вами об этом уже знаем.

— Дело в том, что после неудачи в Чехословакии Гитлер решил изменить тактику, — лукаво улыбнулся лорд Иден. — И теперь финансовая активность Германии стала значительно увеличиваться в отношении США. В Берлине хотят изменить решение, принятое нашими коллегами, предлагая им более интересные условия.

— Вы считаете, что в Берлине все знают?

— Я убежден в этом. Хотя, конечно, внешне все весьма благочинно. Гитлер, правда, последнее время сильно раздражен и его окружению не сладко.

— Интересно, если Гитлер все знает или хотя бы догадывается, то почему он продолжает идти в эту петлю? — удивленно поднял брови Чемберлен.

— Вы думаете, у него есть выбор? — усмехнулся лорд Иден. — Его обещания заключались в том, чтобы дать жизненное пространство для германского народа и покарать всех тех, кто в восемнадцатом унизил немцев. Если он откажется и свернет с этого пути, то станет политическим трупом. Особенно в свете того, что правое крыло НСДАП теряет свои баллы за счет увеличивающегося социалистического влияния. Да и Вермахт с Кригсмарине занимают очень странную позицию. Канарис в откровенной панике. Он считает, что Гальдер и ряд других руководителей вооруженных сил Рейха в курсе того, чем он занимается, но молчат и улыбаются. То есть, чего-то выжидают. Кроме того, японские планы Берлина пошли совершенным прахом и это сейчас понимают очень многие по обе стороны Евразии. После урока, полученного в Монголии, японцы не сунутся в Советский Союз, пока тот еще будет в состоянии хоть как-то обороняться. И Берлин это ясно осознал. Хотя обе стороны делают вид, что договоренности в силе. Ситуация усугубляется еще и совершенно неожиданным шагом Москвы по роспуску Коминтерна и созданием вместо него Социнтерна с очень интересными формулировками. Мы все думали, что шутка, однако…

— Однако это сорвало нам все усилия по созданию Антикоминтерновского пакта, — подытожил Чемберлен. — Я уже наслышан. В Виндзорском замке. До сих пор не понимаю, как я усидел в кресле после того разговора.

— И это еще не все. Расширение торгового сотрудничества СССР и Италии вкупе с фактическим роспуском Антикоминтерновского пакта, привело к еще большему охлаждению отношений между Германией и Италией. Кроме того Муссолини вообще последний год активно сближается с Франко, помогая ему восстанавливать хозяйство. За счет развития собственной промышленности, разумеется. Да и входя итальянскими банковскими капиталами на испанский рынок. Что также ослабляет позиции Берлина. И ничто не предвещает потепления отношений между Италией и Германией. Так что Гитлер, получается, загнан в угол. Либо ему нужно совершать политическое, а то и фактическое самоубийство, либо искать нестандартные ходы.

— Поэтому вы и считаете, что он пытается показать товар лицом, чтобы лечь под ковбоя? Даже понимая, чем ему это грозит?

— У него нет иного пути, — развел руками лорд Иден. — Кроме того, он опасается непредсказуемого поведения Советского Союза. Раньше это были только досужие разговоры, но Монголия явно дала всем понять, что эти простолюдины как-то умудрились справиться.

— Гитлер не пойдет на союз со Сталиным, — уверенно произнес Чемберлен и скептически покачал головой.

— Стратегический – да. Но тактический – очень даже возможно. Ведь что ему нужно? Ему нужно давать уже результаты, то есть, выполнять обещания. А без успехов во внешней политике это нереально.

— Польша? Франция?

— Я думаю, что Польша. Мы ведь с вами не имеем права публично уступить ее Берлину. Избиратели нас не поймут. Поэтому наш удел – пытаться максимально делать вид, что все можно урегулировать и договориться. Ее разгром станет началом военного успеха Германии и выполнением одного из обещаний Гитлера. Но Германия сейчас не сможет в разумные сроки разгромить Войско Польское. Значит… — лорд Иден сделал очень загадочное лицо.

— Вы считаете, что будет заключен союз между Берлином и Москвой по разделу Польши?

— Да. Для Москвы Польша как кость в горле. Тут и ущемление имперских амбиций, которые последние годы вновь стали отчетливо звучать, и стремление угомонить шумного соседа, и получение своих старых земель и многое другое. Для Германии – аналогично. Только Варшава во время чехословацкой кампании умудрилась сделать серьезный прокол, пропустив "интербригады"… В общем, не завидую я полякам.

— И все-таки, мне кажется, Германия на это не пойдет, — покачал головой Чемберлен.

— Германия – да, а вот Гитлер, вполне.

— Вы не думали, кем нам его можно заменить?

— Да нет, — несколько удивленно пожал плечами лорд Иден. — А зачем? Что нам это даст?

— Мы с вами уже совершенно убедились в том, что США решили развить нашу идею и теперь стремится разрушить не только материковую Европу, но и зацепить нас. Ведь если Советский Союз разгромит Германию в будущей войне, наша судьба предрешена. Мы не США, нас от вооруженных орд защищает всего лишь небольшой пролив, который можно преодолеть на простой лодке, а то и вплавь.

— Может быть проще разрешить Канарису предоставить ОКХ и Гитлеру всю полноту информации по Советскому Союзу?

— После чего он совершенно точно не решится идти на Москву войной.

— Тогда что?

— Нам нужно всемерно усилить Германию перед началом войны. Позволить ей простоять как можно дольше под ударами советских войск, изматывая их и позволяя остальному цивилизованному миру спокойно готовиться к отражению русской агрессии.

— Я думаю, мы можем поступить иначе, — улыбнулся лорд Иден. — Гитлер прекрасно справляется с задачами вождя, способного эмоционально зажигать толпу. И заменить его просто не на кого. Однако мы можем через Канариса передать Берлину массу полезных сведений, не связанных напрямую с ситуацией в СССР, но позволяющих Германии серьезно окрепнуть в научно-техническом плане. Да и положение Канариса нужно укреплять. Ведь если все так, как он говорит, то Вермахт считает его чуть ли не предателем, а это почти провал.

— И что вы хотите им передать? — задумчиво спросил Чемберлен.

— Думаю, у нас есть чем поделиться. Прежде всего, в области промышленного производства. Если верить Канарису, то у немцев в этом плане все грустно – массовый выпуск промышленной продукции идет ни шатко, ни валко. Кроме того, наработки в области перспективных решений, таких как турбореактивные двигатели и прочее. Главное морскую тематику не трогать.

— Интересное предложение. — Кивнул Чемберлен. — Подготовьте список технологий, которые мы позволим у нас украсть. И вообще, запросите у Канариса подробную справку о положения дел в экономике Германии, нужно подумать, чем мы сможем им помочь. Как-никак – они теперь наш шанс на выживание, — грустно усмехнулся Чемберлен. — Даже если нам с ними придется воевать. Без них, увы, Советский Союз вполне может поднять красный флаг над Виндзорским замком. И еще – пусть уже сейчас начинает искать компетентных людей, способных решительно увеличить эффективность промышленного производства в Германии. Что же до флота, то… хм… как бы прекратить это неожиданное увлечение Гитлера подводными лодками?