Маршал Конев
Шрифт:
6
Адъютант Соломахин по просьбе маршала принёс из оперативного управления карту западной части Советского Союза с полной боевой обстановкой. Иван Степанович углубился в её изучение. Ему приятно было отметить успехи Красной Армии и Флота за минувший 1944 год. Результаты были весьма внушительные. Прежде всего, отметил он, это разгром фашистских войск на юге, освобождение Правобережной Украины и Крыма, наступление советских войск на Северо-Западном и Западном стратегических направлениях, борьба советского флота на морских коммуникациях, развёртывание всенародной борьбы на оккупированных территориях.
Конев хорошо помнил, что началось всё это сразу же после осенних сражений 1943 года, когда Советские Вооружённые Силы в трудных условиях многоснежной зимы развернули наступление на фронте от Балтийского до Чёрного моря. Главная цель этого мощного наступления
Наиболее крупной по размаху и результатам была стратегическая операция, которая проводилась на Правобережной Украине. В ходе её было осуществлено десять фронтовых операций и операций групп фронтов, объединённых общим замыслом. Боевые действия на Правобережной Украине проводились в тесном взаимодействии с Крымской операцией. Они охватили обширную территорию от Днепра до Карпат и от Полесья до Чёрного моря. В ходе этого грандиозного наступления наши войска осуществили знаменитую Корсунь-Шевченковскую операцию и впервые за годы Великой Отечественной войны вышли на государственную границу СССР. Боевые действия в этом районе были перенесены за пределы Советского Союза. Конев с радостью отметил и тот исторический факт, что полное освобождение от вражеской блокады Ленинграда, ставшего символом несгибаемой стойкости и мужества советских людей, явилось выдающимся событием сорок четвёртого года. Лопнули бредовые планы Гитлера, который говорил, что Ленинграду суждено умереть голодной смертью. В специальном документе «О блокаде Ленинграда» предписывалось, что город следует «окружить по возможности проволочным забором, пустить по нему электрический ток и простреливать его из пулемётов"... Сровняем Ленинград с землёй...» В другой директиве значилось: «С нашей стороны... нет заинтересованности в сохранении хотя бы части населения этого большого города».
Успешным боевым операциям на советско-германском фронте способствовали активные действия партизанских отрядов, соединений и подпольных групп.
В ожесточённых сражениях зимой и весной 1944 года Вооружённые Силы СССР сокрушили оборону противника почти на всём протяжении советско-германского фронта и продвинулись в Юго-Западном направлении на двести пятьдесят-четыреста пятьдесят километров. От врага были освобождены вся Правобережная Украина и Крым, часть Белоруссии, Ленинградская и ряд районов Калининской области. Наши войска вступили на территорию Молдавской и Эстонской ССР. Эти победы Красной Армии привели к дальнейшему изменению обстановки в пользу антифашистской коалиции. Сорвав военные планы врага, советские войска заняли выгодное стратегическое положение для развёртывания и осуществления новых крупных наступательных операций.
В результате таких внушительных побед Красной Армии к лету 1944 года уже тридцать восемь государств находились в состоянии войны со странами агрессивного блока, а восемь порвали с ними дипломатические отношения. И даже в этой исключительно благоприятной обстановке англо-американское командование не торопилось с открытием второго фронта в Европе.
Анализируя события 1944 года, Иван Степанович вспомнил, что накануне наступления войск 1-го Украинского фронта на Львовском направлении 23 июня 1944 года в Ставке было проведено специальное совещание, на котором он, командующий фронтом, доложил о замысле операции, цель которой сводилась к нанесению двух одновременных ударов — на Львовском и Рава-Русском направлениях. Это позволило рассечь противостоящую фашистскую группу армий «Северная Украина» — одну из четырёх главных группировок врага, окружить и уничтожить его в районе Бродов. Уже на первом этапе операции войска фронта успешно преодолели глубокоэшелонированную оборону противника и, введя в бой танковые и механизированные части, нанесли ему тяжёлое поражение. Создав условия для дальнейшего наступления и завершив полное освобождение Советской Украины, они вступили на польскую землю.
Продолжая стремительное наступление по направлению к Висле, передовые соединения к исходу 30 июля преодолели её двухсотпятидесятиметровую ширину, захватив сразу два небольших плацдарма в районе Сандомира. К 10 августа здесь уже сосредоточились войска четырёх наших армий, в том числе двух танковых. Ширина плацдарма насчитывала шестьдесят километров, а глубина — до пятидесяти. Этот успех был достигнут в тесном взаимодействии
с 1-м Белорусским фронтом, занявшим Магнушевский плацдарм южнее Варшавы. Согласованные действия двух фронтов позволили советскому командованию сосредоточить здесь крупные силы для последующего наступления к восточной границе фашистской Германии.Важнейшим политическим итогом разгрома группы армий «Южная Украина» был приход к власти новых сил в Румынии и Болгарии.
В тот момент, когда войска 2-го и 3-го Украинских фронтов стремительно продвигались к границам Югославии и Венгрии, 14 сентября 1944 года началось одновременное наступление всех прибалтийских фронтов на Таллинском и Рижском направлениях. А тремя днями позже в районе Тарту перешли в наступление войска Ленинградского фронта. В октябре начался разгром немецко-фашистских войск в Заполярье силами Карельского фронта и Северного флота. В результате ожесточённых боев гитлеровцы были изгнаны почти из всех районов Прибалтики, а в ходе успешной операции на Крайнем Севере наши войска освободили советское Заполярье и помогли норвежскому народу обрести независимость. Норвегия стала седьмой страной, куда в 1944 году пришли советские воины. На очереди была борьба за освобождение народов Чехословакии, Югославии и Венгрии.
Приближение советских войск к границам Чехословакии вызвало в стране мощный подъем национально-освободительной борьбы. Плечом к плечу с нашими воинами сражался 1-й чехословацкий армейский корпус, сформированный в СССР. Его возглавил генерал Свобода. В первых же боях советские и словацкие партизаны и восставшие части словацкой армии заняли важный аэродром «Три дуба», куда с очередным рейсом отправился корреспондент «Правды» Б. Полевой, а затем побывал там и собкор фронтовой газеты, напечатав репортаж об этом событии. По просьбе Чехословакии командование 1-го Украинского фронта, начиная с 5 сентября, через этот аэродром регулярно снабжало повстанцев оружием и боеприпасами. А17 сентября на освобождённую территорию Словакии перебазировался 1-й чехословацкий отдельный истребительный авиационный полк, сформированный в СССР. Главная же помощь нашей страны состояла в активизации наступательных действий советских войск на участках фронта, прилегающих к Чехословакии. «Без всесторонней помощи Советского Союза — помощи военной, материальной, политической и моральной — восставший народ Словакии не мог бы в течение двух месяцев вести тяжёлую открытую борьбу против превосходящих сил гитлеровских, дивизий», — писали чехи маршалу Коневу.
В начале сентября 1944 года, действуя в тяжелейших высокогорных условиях, войска 1-го и 4-го Украинских фронтов провели Восточно-Карпатскую стратегическую операцию (особенно её важнейшую часть — Карпатско-Дуклинскую) и 20 сентября вышли на чехословацкую территорию в районе села Калинова. 6 октября был взят Дуклинский перевал. Чехословацкие части вступили на родную землю.
Сложив в «гармошку» огромную карту с нанесённой обстановкой по всему западному фронту боевых действий, Конев решительно поднялся со стула и стал прохаживаться по комнате, продолжая размышлять.
В это время, постучав в дверь, вошёл начальник штаба Василий Данилович Соколовский. Поздоровавшись, он хотел было докладывать о документах, которые принёс на подпись, но, увидев на столе необычного формата географическую карту, спросил:
— Вы, Иван Степанович, вижу, чем-то озабочены?
— У нас с вами заботы общие, — ответил Конев и после небольшой паузы добавил: — Нам надо внимательнейшим образом изучать и анализировать все наиболее важные боевые операции советских войск, которые происходили в этом году не только на нашем участке, ной на всех других огромного советско-германского фронта, который протянулся от самого Севера до Чёрного моря. Пока есть время, мы должны скрупулёзно искать и находить крупицы положительного опыта, перенимать и брать на вооружение всё то, что можно применить и использовать для пользы дела: ведь нам ещё воевать долго придётся. Судя по данным, которыми мы с вами располагаем, и тем, что получаем из Москвы, фашистское командование готовится к тяжёлым боям, к тому, что каждый населённый пункт, не говоря уж о городах и тем более Берлине, противник будет защищать до последнего солдата. Так что есть над чем задуматься. Тем более что Сталин, по известному утверждению Штеменко, дал нам высокую оценку: дескать, воюем не по шаблону. Это ко многому обязывает. Сталин так просто ничего не делает. Он нас как бы авансировал и одновременно подзадорил, вдохновил на новые оригинальные действия.
— Но вы, Иван Степанович, ведь и на самом деле мыслите и воюете не по шаблону. Это же не раз вами доказано. Все наступательные операции, начиная ещё с Калининского фронта и до самой последней Львовско-Сандомирской, не походили одна на другую ни по своим задачам, ни по количеству участвующих в них войск, ни по масштабам, ни по пространственному размаху, ни по другим параметрам.
— Спасибо за такую лестную оценку, хотя во всём этом заслуга не одного командующего, а и его штаба, заместителей, помощников и многих других единомышленников.