Марсианский след

– Я не согласен. Когда тебе нужно было выйти к могиле родителей, никто не препятствовал.

Марта посмотрела на него и вздохнула. Алексей встал и замер, так почему-то и не решившись ослушаться. Что-то мимолетно изменилось в ее взгляде. Куда-то пропала та мягкость, которая присутствовала раньше, даже когда она на него сердилась.

– Алекс, сядь! Мы не знаем, что там вокруг! Дай время разведке изучить территорию, если не хочешь нарваться на сюрприз! … Или ты думаешь, что марсиане вот так вот легко отдадут тебе образцы!?

– «Кладбищем» тоже пугали и ничего, проехали как-то. Почему сейчас нет? … Тут пустыня. Ничего кроме снега и льда.

Разведывательный аппарат тем временем объехал зону падения обломков и вернулся к наиболее крупному, чтоб найти подходящего размера или срезать кусок того, что торчал из грунта и привлекал всеобщее внимание. Снег из-за мороза был рыхлый и сыпучий. Робот легко разгреб его, добравшись к достаточно крупному цельному где-то 1.5х2 метра обломку. Резать ничего не пришлось. Он извлек кусок из-под снега, используя манипуляторы и, взвалив на крышу, двинулся обратно. Из бронетранспортера за ним внимательно наблюдали.

Внезапно сенсор робота уловил движение за «спиной» и просигналил об этом. Алексей как раз силился убедить всех, но более всего самого себя, что выйти наружу совершенно безопасно. Это выглядело бы смешно, но в тот момент им было не до смеха.

– Это «колеса»! – выдала Марта присмотревшись к двигающимся наперерез роботу маркерам на экране.

– С чего вдруг? По картинке совершенно не ясно – усомнился Алексей.

– Посмотри на скорость движения! «Бокоходы» куда более медлительны!

Дальше спорить Алексей не решился. Бойцы занялись извлечением лазерных винтовок из ниши в полу. Все изделия были проверены, пристреляны и готовы к использованию. Они достаточно быстро подключили кабели к сети питания и активировали нагрузку на концентратор. Реактор тут же отозвался «прыжком» в желтую зону. Алексей услышал характерный звук наполнения накопителя для выстрела.

– Отсекатели на 5 – указал остальным Алексей, попутно настраивая свой излучатель.

Эти модули на лазерных винтовках для бойцов были в диковинку. Ранее ручной лазер до Алексеевых улучшений был малоэффективным, потому что производил один мощный выстрел, сила которого к тому же частично поглощалась пургой и пылевым облаком, а потом уходил на долгую 5-минутную перезарядку. С появлением отсекателя появилась и возможность распределять энергию выстрела во времени, выдавая как бы ее высокочастотными «порциями». Благодаря усовершенствованному реактору и новой схеме запитки от концентратора удалось свести и время перезарядки к одной минуте. Но имелся и недостаток. Концентратор был крупным, в жесткой сцепке с реактором, и запитываться от него приходилось силовым кабелем. Поэтому, чтобы действовать эффективно, бойцам требовалось следить за ним и не допускать обрывов. Вдобавок кабель своей длинной в 50 метров ограничивал радиус действия десантников. Несмотря на все эти минусы и плюсы главным достоинством лазера была несомненно его легкость в использовании и феноменальная точность. Опытным воинам не нужно было подпускать «бокоходы» на дистанцию в 20-30 метров, где и те могли вполне успешно ответить дуговым разрядом. Бить из лазера можно было сразу же, как только ярко сине-фиолетовое пятно «глаза» вспыхивало в снежно-пылевом облаке.

Десантники, услышав о новом значении отсекателя, немало удивились. На полигоне стрельбы производили на залпах длиной в 3 секунды, что выглядело приемлемо и более чем достаточно по мощности. Новое значение отсекателя ожидаемо породило некоторые сомнения.

– Уверен? – посмотрели на Алексея бойцы.

– Да. 5 секунд лучше, чем 3… Это ж «колеса». Скорость и маневренность у них выше. 5-секундная длина выстрела даст больше шансов на попадание.

– Мощность выстрела упадет, нет? – тут же одернула его Марта.

– Нет. Не упадет… Я форсанул реактор. Концентратор накопит и выдаст больше энергии… 10-и минут на бой нам хватит! Ввалим им за твоих родителей, как следует!

Зачем Алексей старался угодить Марте, он и сам не знал. Все происходило как-то само собой, на уровне рефлексов.

– О! Вот это правильно! – одобрили его бойцы. – «Василёк», командуй!

Однако не успела Марта одобрить идею, как внезапно «завопил» сенсор задней полусферы башни «Урвы», на которой кроме реактивного орудия крепилась так же дозорная развед-оптика. На экран высыпались предупредительные маркеры и пиктограммы с указанием направления и скорости новой опасности. На бронетранспортер надвигалась небольшая снежная буря.

– Плохо дело! Тамир твой сектор на 2 и 4 часа! На тебе «бокоходы» … Мы с Сиджеком – на 8 и 10 часов. Берем на себя «колеса».

Марта, закончив с приказами, еще раз глянула на Алексея и скомандовала:

– Гони «Урву» навстречу разведчику! Надо во что бы то ни стало перехватить робота с артефактами, пока его не уничтожили «колеса»! На тебе МОРП-пушка! Работаешь по ситуации, как дальность выстрела позволит!

Большая 8-колесная машина, будто сорвавшийся с цепи голодный пес, выбрасывая снежные комья и грунт, рванула в сторону поля разбросанных обломков марсианского летательного аппарата. Яркие желтые мерцающие росчерки осветили сумрачное место схватки, лизнув матовое пластинчатое покрытие вращающегося подобно моно-колесу противника. Светящийся красным оплавленный след с каскадами искр ознаменовал собой удачное мимолетное попадание луча на 5-секундном излете. Большая же часть его энергии ушла в грунт, пропоров камни и растопив снег, высвободив при этом облако жаркого, но быстро застывающего белого пара. Частичного попадания оказалось недостаточно, чтоб сразить «колесо», но хватило, чтобы существенно замедлить его. Из «раны» тем временем повалил густой сизый дым. Бронетранспортёр стремительно шел на сближение, чтоб перехватить робота-разведчика с артефактом на борту. Его башня с двумя стволами по бокам пришла в движение, выцеливая приближающиеся «колеса». Те ускорились, оставив раненого «бедолагу» позади. На небольшом пригорке по пути движения они подпрыгнули и на высоте в несколько метров раскрылись, как парашюты, планируя и снижаясь. Они ловили движения разряженных воздушных масс и направляли свои тела на перехват небольшого 4-колесного робота, который пытался уйти под защиту машины побольше. Казалось, что шансов успеть у него нет, пока ярко оранжевым светом не блеснул очередной луч, который, быстро мерцая, двинулся по снежной целине, мгновенно расплавляя ее белые массы и вызывая испарения с глухим шипением. Плотная белая пелена сокрыла марсиан на какое-то мгновение, пока мороз не сделал свое дело, притянув влагу обратно к земле. Высокочастотный мерцающий луч тем временем прочертил борозду до грунта и метнулся ввысь, полоснув один из колес-парашютов. Яркий сноп искр разлетелся во все стороны, накрыв поляну горящими оплавленными микро-частицами. Парашют спикировал вниз, превращаясь в «колесо». Скорость его заметно упала. Что-то внутри него оставляло сильный дымный след, как и у его собрата, отставшего где-то позади. Остальные 3-е тут же схлопнули свои «паруса» и камнем устремились к поверхности, насколько позволяла невысокая гравитация Марса. Спустя минуту от бронетранспортера отделился еще один быстро мерцающий луч, а затем еще. Все колеса попали под удар, заметно растратив свой изначальный пыл. Их движения теперь уже были куда более предсказуемые. Но и дымы затихли совсем, а «раны» затянулись. Первые два «колеса» весьма резко развернулись в некие подобия жуков-панцирников. По бокам в виде скруток из матовой темно-серой материи возникли конечности. Спереди появились некие подобия беспалых лап с трубками на конце. Они быстро направили их на главную угрозу для себя. Похожий на гром звук с яркими вспышками ознаменовался вылетом шаровых молний прямо по мчащийся наперерез 8-колесной машине. Оба огненно-белых вибрирующих и искрящихся шара метнулись в ее сторону с упреждением. Растресканные на морозе остатки резинового покрытие выдержали удар, но весьма быстро пришли в окончательную негодность. Еще две твари так же приготовились к атаке, выбирая позиции, чтоб не попасть под перекрёстный огонь своих же.

Вторая шаровая молния тем временем ударила прямо в кабину бронетранспортёра. От контакта машину подбросило и едва не перевернуло на бок. Бронезащиту с яркими всполохами искр и вырвавшегося пламени выбросило наружу. Остатки кабины с треском и разно-форменными черными обгоревшими обломками рассеяло по пути следования. Огонь тут же потух превратившись густой белесый дым. Если бы там сидели пилоты, то им пришел бы неминуемый конец. Сам бронетранспортёр выполнил задуманное, спрятав робота разведки с ценным артефактом от прямой видимости со стороны противника. Расстояние сократилось достаточно, чтоб применить ответный удар основного калибра, пока было с чего стрелять. Башня провернулась на небольшой угол, выцепила первую и вторую цели и зарокотала. Вибрация от бронемашины взрыхлила снег вокруг, наполнив разряженный воздух белым плотным облаком. Яркие красные и оранжевые росчерки с шипением и искрами метнулись в сторону тварей. Адская машина, движимая энергией реактора, ни в чем себе не отказывая, накрывала пространство плотным и тяжелым урановым сплавом с магниевым воспламенителем. Дум-дум-дум, работала установка, извергая из себя килограммы смертоносной массы. Грунт вперемешку со снегом под «колесами» вздыбился, разметая на фрагменты все, что попадалось на пути. Первые две пластинчатые твари просто исчезли в разрывах снарядов. Оставшиеся попробовали сменить позицию, обернувшись обратно в «колеса», однако дум-дум-пушка была на шаг впереди. Вышибая пластины с толстой шкуры тварей она, не прекращая, молотила, разламывая все, что попадалось на пути. Последнюю тварь огненный росчерк магниевого снаряда поймал уже на излете при попытке скрыться за складкой местности. Еще три боеголовки улетели в светлеющее «молоко» сумеречного утреннего неба.

Когда последний снаряд покинул ствол ленты, наступила кратковременная тишина. Механизмы внутри башни с характерным лязгом перещёлкивали, подавая новую ленту уже разогретых в электро-магнитном барабане до высокой температуры снарядов. Началось воспламенения магниевого окислителя в катушке со стремительным ростом давления. Башня достаточно быстро провернулась почти на 180 градусов, пока не нащупала очередную цель. Заработали внутренние механизмы. Ее раскаленные до красна стволы громоподобным рокотом накрыли ту самую снежную бурю, что надвигалась с тыла. Внезапно выскочившая из грунта пара полутора-метровых огненных шаров в непосредственной близости попыталась переломить ситуацию. Мощный и ослепительно яркий дуговой разряд полоснул бронетранспортер прямо по кожуху реактора. Резиновое покрытие приняло удар, погасив частично его силу и разбросав ошметки задубевшего вещества во все стороны, но мгновенно оплавилось и задымило. За этим ударом искусственной молнии последовал еще один в то же самое место. Марсиане словно знали, куда надо бить, чтоб сразить машину окончательно. Крышку частично с кожухом реактора разрядом выгнуло и сорвало с креплений, отшвырнув в сторону. Яркие желтые лучи своими росчерками полоснули по «шарам» из амбразур десантного модуля, отвлекая внимание на себя. Ручные излучатели десантников внутри машины, казалось, совершенно не могли навредить огненно-белым вибрирующим шарам, которые будто живые отталкиваясь от грунта рукотворными молниями, надвигались на бронетранспортер. Они впитали излучения лазеров, словно только этого и ждали.

Башня пушки весьма вовремя переключилась на новые цели и сходу приговорила их. Магниевые снаряды с окислителем, шипя, искрясь во все стороны и оставляя позади росчерки-следы плотного серого дыма, обрушились на первый полутораметровый ярко-белый шар. С резким хлопком он распался на многочисленные горящие и дымящиеся фрагменты, окатив пространство вокруг фонтаном искр и разогретых кусочков конструкции, будто его и не было. Второй шар попытался переключится на павших «бокоходов», чтобы восстановить тех, кого можно было. Это оказалось его фатальной ошибкой. Пара пушек с характерным звуком «дум-дум-дум» обрушила свою мощь на него и разорвала на многочисленные дымящиеся и затухающие фрагменты. Весь запал «непогоды» с надвигающимися «бокоходами» после встречи с МОРП-орудиями бронетранспортера внезапно быстро сдулся, оставив лишь на пути хода стихии перепаханную до рыжего марсианского грунта дымящуюся и остывающую на морозе разогретую землю. Все было кончено. Над долиной повисла совершенно необычная даже где-то звенящая тишина. Лишь только белесые плотные дымы в лучах утреннего солнца на фоне многочисленных чернеющих фрагментов и останков говорили о том, что тут произошло за последние несколько минут. Задняя дверь бронетранспортера открылась и наружу вышли 4-е фигуры в скафандрах, вооруженные излучателями. Они не могли далеко уйти даже если бы захотели. Бронетранспортёр держал их на привязи, благодаря кабелям подачи энергии.

Одна из фигурок, поддав из оксидных ускорителей скафандра, быстро подскочила к остаткам висевшей в виде лохмотьев броне-плите боевой машины в тыльной части сразу за башней. Несколькими резкими движениями «марсонавт» убрал куски защитного кожуха, чтоб дать реактору «продышаться» морозной утренней свежестью. Из открытого участка повалил густой темный дым. Реактор с глухим шипением остывал. Турбина все еще толкала поршни в холостую, выбрасывая излишки давления. Ленты подачи обоих стволов замерли в ожидании. Раскаленное покрытие МОРП-пушек и самой башни потрескивало на морозе. Толстый слой резинового состава совсем засох и отслаивался кусками. Бронетранспортер походил теперь на эдакого нищего в лохмотьях, присевшего отдохнуть и остудить раскаленные от трудов руки и ноги.