Маскарад

– Обязательно, только ответь: если он придет, что будешь делать?

– Придет кто?

– Ты прекрасно поняла. Но все равно отвечу: твой драгоценный принц, который сегодня на твоих глазах пообещал взять в жены другую и любить ее до конца своих дней. Ей пообещал, не тебе.

– Ах, вот ты о ком… ладно, не смотри так злобно, я все поняла: отчего-то мысль о том, чтобы трахаться со мной в то время, когда я думаю о нем, вдруг стала тебе противна. Справедливо, хотя и внезапно.

– Внезапно?! – он вдруг рассмеялся, да так, что жуткие мурашки поползли по коже. – По-твоему, это внезапно?

– По-моему, как минимум неожиданно, – промямлила я уже без особой уверенности. – Разве нет? Ты с самого начала знал, что у меня есть прошлое с принцем. Настоящее даже, чувства, которые вряд ли могут просто так исчезнуть. Это совсем не тайна. А я, в свою очередь, всегда знала, кто ты такой, что привык к определенному… насыщенному образу жизни, и не интересовалась, как ты проводишь все те вечера, когда мы не вместе. Звучит справедливо. И было бы странно, устрой я вдруг сцену ревности из-за какой-нибудь актрисы, или альтьеры, или с кем ты там обычно спишь. Я ведь правильно поняла, это все сцена ревности?

– Не было никаких актрис.

Повисла неловкая, тягучая тишина.

– Значит, певицы. Или акробатки. Или те девушки из шампанского… – говоря это, я и сама понимала, как жалко звучат попытки заполнить эту самую тишину.

– Только ты.

Я закуталась в простыни плотнее, надеясь спрятаться и исчезнуть где-нибудь в недрах пушистого одеяла, лишь бы не продолжать этот разговор. Почему он не ушел молча? Зачем все это говорит? Это ведь сам Актер! У него безумные вечеринки и распутные актрисы. И проклятые девицы в шампанском! И наверняка немало других развлечений, из тех, которые мой ограниченный мозг не способен даже вообразить. Не может быть, что Актеру вдруг понадобилась я, причем в одиночестве.

Но Хал решил меня добить:

– Я тебя люблю, Ида. Думал, это и так очевидно.

– Что? Любишь?! Да ты… зачем ты такое говоришь?

– Потому что это правда.

– Какая правда? Не ты ли совсем недавно потешался над подобными чувствами и утверждал, что это удел скучающих бездельников? Не ты ли считал меня игрушкой принца, развлекающей его друзей? А теперь твердишь про любовь ко мне?

– То были глупые слова. Я не знал, как это бывает, – он тяжело покачал головой. – Не знал, пока тебя не встретил.

– Ты… заблуждаешься, Хал. Тебе просто стало скучно, вот ты и…

– Лучше не продолжай.

Хал говорил тихо и спокойно, он ни разу не повысил голос, а стоял далеко в дверях. И это почему-то только нагнетало и без того накаленную обстановку. Лу, мой старый наставник, всегда утверждал: самые страшные звери – тихие звери. Они способны стать ночным кошмаром для любого, даже самого отважного храбреца и лучшего в мире бойца, ведь тишина – оружие, внушающее первобытный страх. Не знаю, почему, но спокойствие Хала напомнило мне о словах мудреца Лу.

– Прости, – пробормотала я, надеясь еще хоть как-то сгладить ситуацию. – Я прекрасно понимаю, что говорю не то, что ты желаешь услышать… но в конце концов, чего ты ждал? Ты обрушил на меня… такое, отлично зная, что сегодня за вечер. Мне… мне даже думать о чем-то другом сложно, а ты будто решил добить. Словно это какая-то изощренная издевка.

– Вот что это для тебя – издевка. А я, дурак, думал, что ты посмотришь на своего маменькиного принца и все поймешь. Отпустишь его, избавишься. И уж точно не станешь биться в припадке, увидев его с другой. В конце концов, вы не виделись все то время, что мы были вместе. Я думал…

Меня передернуло на его «были вместе», но насторожило другое:

– Откуда ты знаешь, что мы с Александром не виделись?

Хал посмотрел на меня и вдруг засмеялся:

– А ты сама подумай, откуда.

– Уже подумала, вопрос был риторическим. Отлично мы «были вместе», ничего не скажешь. Знаешь, что, альтьер Актер? Проваливай отсюда и больше никогда не появляйся, не присылай мне свои дурацкие тряпки и письма. Тошнит меня от тебя и от твоей любви, особенно если она такая.

Вряд ли после такого ситуацию можно сгладить, но мне внезапно стало это безразлично. Поначалу, конечно, хотелось выбраться из всего этого без очередного врага за спиной, но уже не получится. Мысль о том, что за мной кто-то приглядывал все это время… мало мне Дарлана и его интриг, в конце концов, у Дара работа такая – смотреть в оба. Но Актер не имел права. Враги так враги, переживу.

От моих резких слов Хал заметно дернулся, но не ушел, нет. Он медленно двинулся в мою сторону, точно крался. Тихий зверь из кошмаров, все как говорил старик Лу. Я осталась на месте, ждала его приближения и не двигалась. Вскакивать с кровати в одной простыне? Глупо, это бы выглядело, словно я его боюсь. А для меня уже очень давно существует всего один настоящий страх, и это совсем не Актер, какие бы чувства в данный момент им не двигали.

Хал навис над кроватью мрачной тенью.

– Проваливать лучше в другую сторону, – я спокойно кивнула на дверь. – Но ты, по всей видимости, выбрал иной путь и сейчас объяснишь, насколько я ошибалась, не полюбив тебя всей душой. Валяй, начинай.

– Начинать что?

– То, ради чего ты подошел ближе, Хал.

– Думаешь, я тебя ударю? – лед его голоса сковывал мир вокруг. – Или сделаю что похуже?

– Попробуй.

– И что будет?

– Я тебя убью.

И это даже не шутка. В тот момент я была в такой ярости, что хотелось разрушить все, что попало под руку. Ко всему прочему, Актер понятия не имел, что в руках у меня есть неоспоримый козырь. Точнее, не совсем в руках, а валяется где-то в одной из гостевых комнат, но все же… кровь в руках врага – практически смертный приговор. А у меня хранилась рубашка, целиком и полностью пропитанная кровью Хала.

Он присел рядом с кроватью, мы долго молчали, глядя друг другу в глаза.

– Знаешь, – наконец заговорил Хал. – Очень обидно, когда тебя считают монстром. Велик соблазн стать им на самом деле, – с этими словами он потянулся ко мне и мягко поцеловал в лоб.

Поднялся и наконец ушел прочь.

Вряд ли мы еще когда-нибудь увидимся, слишком бурным получилось расставание. Что ж… я всегда знала, что это случится, правда, никогда не предполагала, что таким вот странным образом.

Я упала на кровать и уставилась в потолок, пытаясь осознать случившееся. Разумеется, я даже мысли не допускала о том, что у Хала действительно могла случиться внезапная любовь ко мне. Так вообще бывает? Конечно, с момента нашего знакомства прошло немало времени, и кое-что друг о друге мы успели узнать… хотя не так уж и много, мы оба не самые разговорчивые персоны на свете. Он так вообще способен весь вечер молча глазами сверкать. Так делают безумно влюбленные? Я думала, ему просто не о чем со мной разговаривать.

Да, в любовь я не верила. Зато верила в инстинкт добытчика, а в Хале он развит намного сильнее, чем во всех остальных знакомых мне людях. Он всю свою жизнь добивался чего-то, шел все к новым и новым целям. Это его жизненный уклад. Если вспомнить изречения все того же старика Лу: есть люди, которым жизненно необходимо плыть против течения, по-другому они не умеют. Повернуться и расслабиться для них невыносимо, невозможно даже. Помнится, раньше я этого не понимала, зато теперь до меня наконец дошло. Актеру не нужны простые цели, потому он нашел меня, посложнее, с мозгами набекрень, чтоб совсем уж наверняка. И банальное слово «цель» облек в другое. Любовь. Так, наверное, даже интереснее.