Мастер печали

– Да ты сама такая же, – поддразнил он ее. – Вечно делаешь то, что тебе не положено.

Маюн улыбнулась:

– Может, и так. – Она кивком указала на другую дверь. – А тут что написано?

– То же самое. Cartlann. «Архив».

Маюн разочарованно хмыкнула:

– А на тех двух?

– Mallachtai. «Проклятия». И Ruin. «Тайны».

– Что ж, логично – это кабинет Нараха, а он у нас мастер тайн. Хотя вряд ли он здесь ночует.

И с этими словами Маюн, к ужасу Аннева, подняла кулачок и постучала в дверь кабинета.

Аннев замер на месте, не дыша. Тишина. Маюн постучала снова – и снова никто не отозвался. Она повернулась к Анневу:

– Ты ведь проверил его покои, до того как…

– Держитесь правой стороны, парни, – раздался вдруг чей-то бас со стороны лестницы. – И перешагивайте через каждую третью ступеньку. Иначе отхватите какой-нибудь гадкий подарочек от мастера Мурлаха – они тут повсюду.

– Пропади он пропадом со своими ловушками, – проворчал следом старческий голос.

Маюн, поймав затравленный взгляд Аннева, рассмеялась:

– Да не бойся ты, Ани. Никто не станет наказывать тебя за то, что ты оказался здесь по вине какого-то мастера-шутника – тем более ты принес с собой артефакт. А уж отчитывать меня точно никому в голову не придет. – Она сжала его ладонь в своей, не замечая, что он стоит ни жив ни мертв.

Они узнают правду. С ними Фин и Кентон… они все узнают.

– Это еще что такое? – Голос Нараха дребезжащим эхом прокатился по коридорам. – Вчера вечером дверь была заперта.

Его спутник – Аннев узнал голос Брайана – засмеялся:

– Как ты можешь это помнить – после такого-то количества медовухи?

По лестнице, судя по эху шагов, спускались как минимум четверо, и Аннев уже не сомневался, что самым страшным его предчувствиям суждено сбыться. Через пару мгновений в дверь, размахивая факелом, вошел Нарах.

– Я же говорил! – воскликнул он, потрясая кольцом с ключами. – Здесь действительно кто-то есть.

Следом появился Фин с резным деревянным цилиндром в руке, за ним – Кентон с Милостью и маленькой серебряной арфой из кабинета Янака, и замыкал шествие Брайан. Увидев Аннева, все встали как вкопанные, раскрыв рты от изумления, а лицо Кентона стало белее мела.

– Провалиться мне, если это не мастер Айнневог! Или ты призрак? Эти двое наплели нам всякой ерунды – будто ты заживо сгорел или что-то наподобие того. – Нарах подошел ближе, наклонил голову к плечу и, прищурившись, вгляделся в лицо спутницы Аннева. – Маюн? А ты тут какими судьбами? Отец прислал?

Темные глаза Кентона, скользнув по фигурке девушки, остановились на кольце – и лицо аватара перекосила гримаса ненависти.

– Маюн, – выдавил он с трудом, – почему ты здесь – с ним?

– Аннев! Ты как умудрился выжить? – одновременно с Кентоном спросил Фин.

Зеленоглазая красавица бросила на Аннева удивленный взгляд, однако ответила Нараху:

– Мастер Нарах, мастер Айнневог добыл артефакт, поэтому я и привела его сюда.

– Да ты что! – Сердитое лицо Нараха смягчилось. – Тебе удалось отыскать жезл принуждения? Эти молодые люди утверждают, что его увели у них из-под носа. Хочешь сказать, тебе удалось его заполучить назад – и вернуться раньше этих двоих?

– Да еще и на своих двоих! – восхитился Брайан. – Поскорее бы рассказать Титусу, то-то он обрадуется! Неслыханное дело, трое новичков за ночь добыли четыре артефакта! Да это войдет в историю!

И, не обращая внимания на косые взгляды остальных, радостно хлопнул в ладоши.

Аннев с негодованием смотрел на приближающихся аватаров, злясь на них за то, что они бросили его на произвол судьбы. И в то же время понимал, что сейчас их предательство ему только на руку: наверняка оба заявили, что все доставленные ими артефакты – из замка Янака, а значит, уже не проболтаются, что фонарь и меч принадлежат Анневу.

«Еще не все потеряно, – думал он. – Я отдам Нараху лампу, уговорю его взять меня с собой в Хранилище, а там попробую найти протез».

– Мастер Нарах, позвольте помочь вам отнести артефакты в Хранилище. Я надеялся, вы расскажете мне поподробнее вот об этой масляной лампе – ведь никто не разбирается в магических предметах лучше, чем вы.

Нарах часто заморгал, застигнутый врасплох столь внезапным интересом к его работе, а потом широко улыбнулся, обнажив два ряда полусгнивших зубов:

– О… ну разумеется, мастер Аннев.

Маюн зло зыркнула на старика, не скрывая досады и отвращения.

– Аннев, не ходи туда. Не нужна тебе эта проклятая магия. Лучше отдай эту гадость мастеру Нараху и идем со мной.

Аннев был бы только рад. Он рассчитывал на то, что Маюн не захочет переступать порог Хранилища, однако и надеяться не смел, что она позовет его с собой.

– Маюн, – начал он, – я бы с удовольствием, но…

Он увидел, что улыбка на губах девушки дрогнула, взгляд потух, и слова комом застряли у него в горле. Как бы ему хотелось, чтобы они ушли отсюда вместе и провели утро за разговорами об их будущем… но нельзя. Если он не попадет в Хранилище – у него вообще нет никакого будущего, поэтому остается лишь собраться с духом и придумать какое-нибудь убедительное оправдание.

– Я бы с радостью, – повторил Аннев, – но перед встречей с твоим отцом мне необходимо лично убедиться, что артефакты помещены в Хранилище. Ведь я мастер-аватар, и это мой долг.

Хорошенькое личико Маюн помрачнело. Она пристально смотрела Анневу в глаза, словно чувствуя, что он что-то скрывает.

– Я все понимаю.

– Спасибо тебе, – прошептал он.

Он поднял голову и увидел, что Фин с Кентоном внимательно за ним наблюдают. Не выдержав его взгляда, оба аватара отвели глаза в сторону.

«Так-то, – горько усмехнулся про себя Аннев. – Все мы теперь в одной лодке».

Никто из этих двоих не станет признаваться, что артефакты, которые обеспечили им заветный титул, они выкрали у него, а не у Янака.

Что до Кентона, с ним у Аннева особые счеты. Оба они хранят одну и ту же страшную тайну, а потому изобличать Аннева во владении магией аватар не станет. Не сейчас. Но он уже пытался его убить, и Аннев знал, что рано или поздно с Кентоном придется разобраться.

– Аватар Фин, аватар Кентон, я найду вас после того, как помогу мастеру Нараху с артефактами, и затем мы вместе отправимся к старейшему Тосану.